Зейну уже видно мертвецов, выходящих из леса. Их много, очень много. А Лиам все продолжает улыбаться, словно ничего особенного не происходит. Даже когда первый вцепляется в него и впивается прогнившими зубами в горло, разрывая плоть до костей. Даже когда Зейн кричит, Лиам не двигается, не отбивается, не шевелится. Кровь заливает лицо Лиама, Зейн надсадно орет, но тот всего лишь улыбается, будто не обращает внимания на еще одного ходячего, расцарапавшего ему щеку, оставив на ней глубокий рубец.
Зейн подскакивает на кровати, просыпаясь и тяжело дыша. Лиам тоже открывает глаза, садится и хмуро разглядывает словно загнанного Зейна, сводя густые брови вместе. В камере темно, лишь немного света проникает сквозь щели в занавеске, едва освещая помещение.
– С тобой все хорошо, – обещает ему Лиам хриплым ото сна голосом.
Зейн устало качает головой и протягивает к нему руки: проводит ладонями по лицу, шее, груди, ребрам, по всему, до чего может дотянуться, потому что он в порядке. С ним все нормально. Он жив. Он дышит. Вот он, рядом. Зейн повторяет снова и снова, пытаясь заверить самого себя.
– Ты в порядке, – наконец произносит Зейн, глядя на Лиама широко раскрытыми глазами. Лиам склоняется к нему, опираясь на руки по обе стороны от его головы.
– Со мной все отлично, – уверяет он.
Зейн облегченно вздыхает и снова прикрывает глаза. Он так устал, но больше не горит желанием проваливаться в сон. Только не после этого кошмара. Но Лиам просто падает на него сверху, такой тяжелый и теплый, что Зейн больше не может сопротивляться.
***
Все берут перерыв на целый день. Никто не убирается и не занимается стиркой. Нет ничего, что было бы необходимо сделать именно сегодня. Только дежурство, но им заняты Лена и Уилсон, пока остальные собираются вокруг стола, который, как выяснил недавно Зейн, принадлежит Гарри, Лиаму, Луи и Найлу.
Они играют в покер. Правда, Зейн отказывается участвовать в этом, потому что ему в принципе насрать на эту игру, ну, и еще потому что он действительно не знает правил. Хотя он все равно не уходит, продолжая следить за событиями, устроив ладонь на теплом бедре Лиама и прижавшись к его боку.
Он слегка отвлекается и упускает какой-то важный момент, не понимая, что вдруг происходит. Луи кладет свои карты лицом вниз, затем то же самое делают Сэм и Найл. Мгновение спустя Лиам и Гарри раскрывают свои карты. И если Лиам ухмыляется во все лицо, то Гарри разочарованно разводит руками.
– Ни хрена подобного! – возмущается Гарри. – Ты жульничал!
– Жалкий неудачник, – пожимая плечами, отвечает ему улыбающийся Лиам.
– Жулик, – повторяет, настаивая, Гарри.
– Зови меня, как хочешь, но вся грязная посуда на тебе ближайшие две недели, – небрежно замечает Лиам.
Они начинают новую игру, Сэм раздающий. Он перемешивает колоду и смотрит на Зейна, когда раскидывает карты остальным.
– Хочешь сыграть? – сухо, но вежливо интересуется он.
– Я, правда, не знаю как, – качает головой Зейн.
– Могу научить, если хочешь, – чуть нервно проводит рукой по волосам Сэм, предлагая свою помощь.
– Нет, но спасибо, – спустя мгновение отказывается Зейн, внимательно рассматривая его.
Лиам с улыбкой смотрит на них обоих, и они все же отыгрывают еще одну игру. В этот раз побеждает Гарри, что означает, что Лиаму придется сменить Лену и Уилсона на дежурстве. Им особо нечего поставить, поэтому ставками являются дела, которые каждый из них не особо любит. Через какое-то время появляется Джен, сообщая о том, что уже обед, и Луи встает, чтобы помочь ей. После того, как с едой покончено, Лиам и Зейн направляются к башне, чтобы отдежурить свою смену.
– Сэм был приветлив с тобой сегодня, – констатирует Лиам, опускаясь на бетон рядом с Зейном.
– Ты так думаешь? – спрашивает сомневающийся в этом Зейн.
– Ага, – кивает Лиам. – Думаю, то, что ты сделал вчера, доказало им, что ты не просто кто-то бесполезный, а тот, кому можно доверять.
– Они просто счастливы, что я доставил тебя домой, – фыркает Зейн. – Здесь все развалится без тебя.
Лиам не стремится подтвердить это или опровергнуть. Он, как и в прошлый раз, не приближается к краю балкона. Зейн усмехается, замечая то, как тревожно он выглядит. Он сам чувствует себя гораздо лучше сегодня. Даже после того ночного кошмара. Если бы он только мог забыть все, что произошло вчера, он был бы счастлив. Настолько, насколько вообще можно быть счастливым в этом мире.
Наблюдая за тем, как солнце освещает бронзовую кожу Лиама, Зейн думает, что в его жизни есть еще место счастью.
– Собираемся зачистить сегодня корпус «Е», – после нескольких минут молчания, сообщает Лиам.
– Я думал, что все сегодня взяли выходной, – говорит Зейн, вглядываясь в какое-то движение вдалеке. Просто один из ходячих подобрался слишком близко к забору. Пока нет причин для беспокойства.
– Взяли, – соглашается Лиам, – но сегодня еще один ходячий оказался в блоке «В», и ему больше неоткуда взяться, кроме как из блока «Е». Мы должны сдержать их, оттеснить обратно. Посмотреть, что еще можно заблокировать, чтобы удостовериться, что такое больше не повторится.