Ронин внутренне весь напрягся.
— Я не поэтому к вам пришел.
— Правда? Однако, осмелюсь заметить, тебе все же придется смириться с тем фактом, что ты очень здорово прокололся. Он взял тебя на заметку. Возможно, они за тобой следят. Мне достаточно только...
— Нет.
— Я так и думал, что нет. Я не совсем понимаю, но ладно... — Он пожал плечами. — Может быть, скажешь тогда, зачем ты пришел.
Ронин кивнул.
— Это касается одного колдуна.
Когда Ронин закончил рассказ, Саламандра еще долго молчал. Запах гвоздики, разлитый в воздухе, стал, казалось, еще насыщенней. «Птицы» по-прежнему пели. На стенах влажно поблескивал зеленоватый мох, который здесь выращивали специально. Ронину было немного не по себе. Ему даже не верилось, что все это происходит на глубине в несколько километров под землей. Это странное ощущение оторванности от всего, к чему он привык у себя на нижних этажах, обернулось вдруг пониманием: Саламандра не случайно принял его именно в этой комнате — он хочет сделать ему какое-то предложение.
— Как ты думаешь, — неожиданно спросил сенсей, — почему я могу себе это позволить? — Он развел руками, словно развернул в воздухе огромный веер.
Нет, наверное, я ошибся. Не стоило мне приходить, решил Ронин и встал.
Саламандра уставился на него, широко распахнув глаза.
— Что случилось?
— Было время, когда это было действительно необходимо, — сердито проговорил Ронин. — А теперь...
— Прости.
— Вы сами сказали, что все изменилось.
— Разве я не учил тебя, что всему свое время?
— Я больше не ваш ученик.
— Да, ты мне ясно дал это понять.
Взгляды их встретились. Зрачки Саламандры расширились, черные и сверкающие. В воздухе, казалось, накапливается электрический заряд.
— Хорошо, — произнес наконец сенсей. — Хорошо. Ты сядь. У меня есть для тебя ответ. Только, пожалуйста, не торопи меня.
Как по сигналу, открылась дверь, и на пороге возник Восс. Он быстро прошел через зал и встал навытяжку перед Саламандрой.
— Открой линзы, — коротко распорядился тот.
Бросив на Ронина быстрый взгляд, Восс поклонился и скрылся за маленькой узкой дверью, которую Ронин до этого почему-то не заметил.
— Так на чем мы с тобой остановились? — Саламандра тряхнул головой. — Ах да, мы обсуждали мои шикарные апартаменты. Здесь действительно много места. Раньше, будучи учеником, ты видел лишь ту их часть, которую полагается видеть ученикам. Ты мог бы... Ладно, теперь уж скрывать ни к чему. — Он почесал ладони о подлокотники стула. — Я, знаешь ли, занимаю весь сектор.
— Нет, я не знал. — Ронин действительно был удивлен.
— Да, — кивнул Саламандра. — Эта чудесная комната — так... декорация. Чтобы производить впечатление на нужных людей. Но это лишь малая часть моих «скромных» владений. Но иметь — это не самое главное. Главное — как ты добьешься того, что имеешь. А для того, чтобы такого добиться, нужно только одно: власть. — Он резко подался вперед. — А у меня она есть.
— Да, так все говорят.
Сенсей внимательно изучал лицо своего бывшего ученика.
— И ты не боишься ее, — выдал он наконец с некоторым, как показалось Ронину, презрением. — Вот в чем твоя ошибка.
— Просто я не считаю власть предметом для преклонения.