Джура кивнула и скользнула на кухню.
Квандда стал осматривать Элеану. Если он и удивился, увидев говорящую раппу, то не подал вида.
— Нет никаких признаков ушиба мозга, — объявил дэйрус. — Она что, упала с большой высоты?
— По-моему, ей дали какой-то яд, — проговорила Риана, — но какой именно, не знаю.
Кирллл Квандда кивнул. Он закончил предварительный осмотр, и его пальцы, тонкие и нежные, как у девушки, неспешно заскользили по телу Элеаны.
— На голове и шее нет никаких повреждений, — вслух комментировал дэйрус, — с руками тоже все в порядке. Стоп, а это что? — Опытный глаз врача увидел маленькую дырку в тунике. Туника у Элеаны была поношенная, но эта дырка сильно отличалась от остальных — ткань была не порвана, а проткнула. Аккуратно подняв грязную материю, дэйрус обнажил нежную кожу живота, казавшуюся очень бледной по сравнению с загорелыми рукам и ногами. С левой стороны алело уродливое пятно с черным треугольником запекшейся крови в середине.
— Чистая работа, — похвалил Кирллл Квандда, а Риана тут же подумала: «Курган».
— Ну, теперь мы знаем, как ее отравили. Остается определить, что это за яд. — Квандда аккуратно открыл рот Элеаны, вытащил язык и стал внимательно рассматривать. — Ты знаешь, что язык дает почти полное представление о состоянии больного? — возбужденно спросил он.
Риана покачала головой.
— Тем не менее это так. Каждая часть языка относится либо к органу, либо к системе, — объяснял он. — Так я и думал! Видишь эти красные точки? Эта часть языка отвечает за вегетативную нервную систему. Значит, ей ввели какое-то нервнопаралитическое средство. Точек всего пять, значит, это ньеобский паралитический гель.
Естественно, Аннон слышал об этом геле, но Риана и вида не показала. Откуда молодой кундалианке знать о существовании планеты Ньеоб, не говоря уже о каком-то геле оттуда?
— Очень хорошо, что вы нашли Джуру, — заявил дэйрус, роясь в сумке. — Сомневаюсь, что тут помогли бы кундалианские травы.
Даже волшебство не помогло. Не то что травы.
— С ней будет все в порядке? — спросила Риана.
— Как только я составлю и введу противоядие. — Кирллл Квандда огляделся по сторонам. — Может, найдем место поукромнее?
Тигпен тут же бросилась прочь из зала, а вернувшись, объявила, что рядом есть кладовая, которая идеально им подойдет. Собравшись с силами, Риана подняла Элеану на руки и понесла в маленькую душную комнату. Воздух здесь был таким спертым, что пылинки не танцевали, а висели неподвижно, словно в сахарном сиропе.
Квандда составил ящики в ряд, Тигпен постелила скатерти, и на это импровизированное ложе Риана аккуратно положила подругу.
Дэйрус уже что-то собирал из переливающихся металлических трубок, конусов и колб. Взяв немного слюны Элеаны, он капнул на конец одной из трубочек.
— Не волнуйся, — улыбнулся он Риане. — Все будет в порядке.
— Я тебя помню. — Тигпен сидела на задних лапах, темные глаза сверкали, зубы обнажились.
— Видишь эти клыки? — повернулся к Риане дэйрус. — Ты знаешь, что эти зверьки могут впрыскивать довольно сильный яд через маленькое отверстие, находящееся у основания зубов?
— Не пытайся сменить тему, — рявкнула Тигпен. — И где ты научился называть рапп зверьками?
Риана недовольно взглянула на раппу и ответила дэйрусу:
— Нет, я не знала.
Кирллл Квандда грустно улыбнулся.
— Значит, можно сказать, что ты почти не знакома со своей спутницей.
— Ты, что ли, знаком? — фыркнула Тигпен. — А вот я все про тебя знаю, дэйрус; как ни играй словами, факт остается фактом.
— Откуда ты его знаешь? — спросила Риана.
— Расскажи ей. — Тигпен скрестила лапы на груди и вызывающе смотрела на дэйруса. — Не терпится услышать твою версию.
Кирллл Квандда пожал плечами.