Лесные тайны: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Теперь о ядре. У старого дерева ядро составляет преобладающую часть древесины, основную массу ствола. Но по ядру не проходит почвенный раствор. Трубочки-сосуды закупорены особыми микроскопическими пробками и не пропускают жидкости. Словом, ядро — это недеятельная, отслужившая свой век древесина. А темная она оттого, что пропитана особыми консервирующими веществами, которые препятствуют ее загниванию.

Много интересного можно узнать, рассматривая свежий пень старой ели. Здесь хорошо видны годичные кольца древесины. Но никаких «уколов иголкой» нельзя заметить. В древесине ели вообще нет трубочек-сосудов. Почвенный раствор поднимается вверх по стволу более сложным путем, чем у дуба. Древесина состоит из множества отдельных клеток, похожих на длинные волокна, и жидкость передвигается по этим клеткам от одной к другой. Получается нечто вроде передачи по эстафете.

Если обратить внимание на толщину отдельных годичных колец ели, легко заметить, что они сильно различаются в этом отношении. Есть кольца более широкие, есть более узкие. Такие различия вызваны прежде всего тем, что отдельные годы неодинаковы по влажности. А ель — дерево влаголюбивое, она чувствительна к засухе. Поэтому во влажные годы, когда условия благоприятны, кольца образуются более широкие, в сухие — более узкие. Ель как бы записывает погоду отдельных лет.

Но иногда причина различий в толщине годичных колец может быть и другой. Вот только один пример. Предположим, что нам попался пень ели, где в средней его части кольца очень узкие, а дальше они вдруг становятся широкими. Эти различия нельзя объяснить климатом. Дело здесь совсем в другом. В начале своей жизни ель росла в лесу, в условиях сильного затенения соседними деревьями, а потом вдруг оказалась на свободе, при полном освещении (соседние деревья, вероятно, вырубили). Следовательно, толщина годичных колец зависит и от условий освещения, в которых растет дерево. В нашем примере ель записала не погоду разных лет, а свою собственную «биографию».

БЕЛОКРОВНОЕ ДЕРЕВО

В нашей флоре немало растений, имеющих млечный сок. Оторвешь стебель такого растения — тотчас же появляется молочно-белая капелька. Так бывает у молочая и одуванчика, осота и салата. Примеров можно привести много. Но вот что характерно: все эти примеры относятся к растениям травянистым.

Что касается, например, наших мелких кустарничков и более крупных кустарников, то среди них нет ни одного, у которого был бы млечный сок. Этой группе растений такая особенность не свойственна.

Можно подумать, что так же обстоит дело и у деревьев, которые растут в нашей стране. Но, оказывается, это предположение ошибочно: среди деревьев есть «белокровные». И пример тому — самый обычный знакомый многим клен, который нередко встречается в лесах средней полосы европейской части страны. Правильное его название — клен платановидный. Это дерево имеет характерные пальчато-лопастные листья, острые лопасти которых направлены в разные стороны, как растопыренные пальцы руки. Так вот именно у этого дерева и есть млечный сок. Правда, выделяется он не всегда, а только весной, когда молодые побеги дерева только что появились из почек. Они еще мягкие, нежные, не успели загрубеть. Если в это время оторвать верхушку совсем юного зеленого стебля или черешок листа, на месте разрыва выступает белая капелька. Совсем как у молочая. Но летом ни^ какой белой жидкости на месте разрыва уже не увидите. Ткани растения стали грубыми, и млечный сок теперь не выделяется,

Итак, клен платановидный — настоящее «белокровное» дерево. В этом отношении он редкое исключение среди деревьев умеренных широт. Выделение млечного сока свойственно большей частью субтропическим и тропическим деревьям. Среди них можно назвать, например, инжир, дающий вкусные плоды, гевею, которая служит поставщиком натурального каучука, и многие-многие другие. Млечный сок выделяется у многочисленных видов тропических фикусов, в том числе у того, который часто выращивается у нас как комнатное декоративное растение (фикус эластический).

Итак, наш среднерусский клен в одном отношении имеет сходство с деревьями более южных широт. У него есть своеобразная, необычная особенность, которой не наделены другие деревья, растущие рядом с ним. Интересно отметить и еще одно: в млечном соке клена есть каучук. Конечно, его не так уж много — гораздо меньше, чем у знаменитой гевеи. Но все же он имеется.

А теперь вернемся вновь к травянистым растениям, имеющим млечный сок. Какого цвета эта жидкость? Чаще всего белая, как молоко, иногда более светлая, беловатая, водянистая. Но у одного растения нашей флоры сок совершенно иной — ярко-оранжевый. Мы имеем в виду чистотел — обычный обитатель нарушенных мест. Цветки этого растения ярко-желтые, несколькс похожие на цветки лютика. Но число лепестков у них другое -только четыре (у лютика пять). Оранжевый млечный сок -уникальная особенность только одного чистотела. Ни у какш других растений нашей флоры такого не встретите.

ЖИВЫЕ ПРОПЕЛЛЕРЫ

Многие видели семена наших хвойных деревьев — сосны и ели. Эти семена крылатые. Собственно семя довольно мелкое — как просяное зерно. Оно снабжено тонким перепончатым крылышком овальной формы. Каково назначение крылышка — понятно. Это приспособление, которое способствует более дальнему распространению семян. Все это очевидно. Но как работает крылышко? Можно ли его сравнить с парусом? Нет, такое сравнение никак не подходит.

Понаблюдайте, как опускаются на землю зрелые семена сосны и ели после того, как они выпадут из шишек. А еще лучше — возьмите специально собранные семена и высыпьте их, стоя на каком-нибудь возвышении, например, на стуле. Вы увидите, что семена, оказавшись в воздухе, начинают быстро-быстро вращаться, словно маленький пропеллер. Опускаются они при этом сравнительно медленно. Во всяком случае гораздо медленнее, чем если бы у них не было крылышек. Такое замедленное падение семян благодаря вращению имеет важное преимущество. Крутящиеся семена легко подхватывает ветер, и они улетают на значительное расстояние от материнского растения. А это позволяет избежать нежелательной скученности, перенаселенности.

Далеко ли улетают семена сосны и ели от материнского дерева? Нет, не очень. Дальность их полета до 70 — 100 метров. И то только в том случае, если дерево стоит на опушке леса, а семена летят в сторону прилегающего открытого безлесного пространства, например, вырубки. К тому же так ведут себя только единичные семена. Основная же их масса приземляется ближе.

Семена сосны и ели очень сходны между собой по внешнему виду. Однако отличить их нетрудно. Нужно только обратить внимание на то, каким образом семя прикрепляется к крылышку, как с ним соединяется. У сосны семя зажато между двумя маленькими отростками крылышка, точно охвачено щипчиками. У ели семя лежит в маленьком углублении крылышка — так же, как слива в столовой ложке. Все это хорошо заметно, когда мы специально вынимаем семя из крылышка.

В природе выпадение зрелых семян из шишек сосны и ели происходит в разное время. У ели это бывает в конце зимы, когда еще лежит более или менее глубокий снеговой покров. В сухие солнечные дни чешуи шишек раздвигаются, освобождая семена. У сосны семена опадают значительно позднее, весной, уже после того, как сошел снег. И тоже при сухой солнечной погоде. Наверное, не все знают, что продолжительность созревания семян в шишках тоже различна у сосны и ели. Семена сосны зреют почти два года, ели только несколько месяцев (к осени они уже вполне зрелые, но опадают в конце зимы).

Теперь еще немного о рассеивании семян. Принцип пропеллера «взят на вооружение» не только теми хвойными деревьями, о которых уже была речь, но и другими (пихтой, лиственницей).

Сходным образом обстоит дело и у некоторых лиственных деревьев, например у клена платановидного. Его крылатые плоды, содержащие только одно семя, при опадении тоже ведут себя как пропеллер. Они очень быстро вращаются в воздухе и опадают на землю с некоторым замедлением. Конечно, без крылышка они падали бы гораздо быстрее.

Плоды клена примечательны не только тем, что это — живые пропеллеры. У них есть много других интересных особенностей. Например, то, что содержимое семени светло-зеленое, фисташкового цвета, а не белое, как у большинства растений. Семена клена особенно удивляют своим необычайно ранним прорастанием весной. При теплой погоде они начинают прорастать, находясь на поверхности тающего снега, т. е. при температуре около 0° С. Прямо на снегу у них образуются корешки. Такого никогда не бывает у других наших деревьев. Клен в этом отношении уникален.

ЛИСТОВАЯ МОЗАИКА

В лесу деревья создают под своим пологом более или менее сильное затенение. И при этом разные древесные породы затеняют почву в разной степени. Береза, сосна, лиственница — сравнительно слабо, потому что кроны этих деревьев сквозистые, ажурные, пропускающие много света. Ель, пихта с их плотными, густыми кронами, напротив, сильно затеняют почву. В зависимости от того, какие древесные породы господствуют в лесу, там создаются те или иные световые условия. В березняке всегда светло, много солнца. В ельнике же круглый год царит таинственный полумрак.

Но все же во многих типах леса древесный полог пропускает сравнительно мало света. Поэтому под деревьями не могут развиваться светолюбивые растения, например многие луговые травы, и растут только сравнительно теневыносливые, которые довольствуются небольшим количеством света. Да и те обычно испытывают большее или меньшее световое голодание. Света в лесу для растений почти всегда не хватает. Скудное освещение под деревьями — характерная черта леса. Но растения так или иначе мирятся с этими условиями, не погибают.

Интересно посмотреть, каким образом приспосабливаются к недостатку света некоторые лесные кустарники. Возьмем хотя бы обычный орешник. Если в лесу достаточно светло, орешник растет крупными кустами и листья его располагаются на ветвях обычным образом, без какой-либо особой правильности. Совершенно по-другому обстоит дело в тенистом лесу, где орешник получает мало света. Здесь кусты его низкорослые, мелкие. И листья на ветвях расположены совершенно иначе. Особенно хорошо это видно на самых нижних ветвях, которые затенены больше других. Посмотрите, как своеобразно ведут себя здесь листья. Все они располагаются горизонтально и при этом в одной плоскости. Точь-в-точь как в гербарии. Растению это выгодно. Именно при таком положении листья улавливают наибольшее количество света. Их пластинки наиболее выгодным образом ориентированы по отношению к слабому световому потоку. И один лист совершенно не затеняет другой, не мешает ему улавливать свет. В условиях сильного затенения все это очень важно, жизненно необходимо.

И еще одна подробность. На каждой ветке листья неодинаковы по размерам: есть более мелкие и более крупные. На сильно затененных ветвях те и другие располагаются не беспорядочно, а с определенной правильностью: мелкие занимают промежутки между крупными. Получается так называемая листовая мозаика. Между листьями почти не остается больших зазоров, они довольно плотно примыкают друг к другу.

Листовая мозаика характерна для ветвей, получающих мало света. И наблюдается это явление, конечно, не только у одного орешника. То же самое можно нередко видеть в густом лесу на сильно затененных, расположенных у самой земли ветвях липы, клена, вяза. Эти ветки тоже как будто взяты из гербария. Все листья на них ориентированы в одной плоскости.

Если посмотреть для сравнения листья на нормальных, хорошо освещенных ветвях, то мы не увидим ни листовой мозаики, ни расположения листьев в одной плоскости. Листья направлены в разные стороны, никакой правильности в их расположении заметить нельзя. Освещение здесь достаточное, и растениям нет необходимости стремиться к тому, чтобы уловить как можно больше света.

И, наконец, последнее. У одного и того же дерева или кустарника листья, хорошо освещенные, и листья, сильно затененные, различаются не только по тому, как они ориентированы в пространстве. Существенные различия есть и в их внутреннем строении. Это хорошо видно под микроскопом на тонком поперечном разрезе листа. В затененных листьях можно заметить некоторые особенности строения, направленные к лучшему поглощению света (например, хлоропласты, т. е. мельчайшие зеленые тельца в клетках, улавливающие свет, имеют более крупные размеры). Словом, приспособления растений к скудному освещению многообразны. Одни из них касаются внешних признаков и хорошо видны простым глазом, другие внутреннего строения и различимы только при рассматривании в микроскоп.

ЛАЗАЮЩИЕ РАСТЕНИЯ

Если бы вам когда-нибудь довелось попасть в тропический лес, вы были бы удивлены обилием лиан. Словно змеи, вьются они по деревьям, оплетая ветви и стволы, перекидываясь с одного дерева на другое. Особенно пышно разрастаются лианы на опушках леса и прогалинах, образуя трудно проходимые заросли.