Бен задумался.
– Я бы сказал, это весьма вероятно.
– Но почему? Городской совет и так безропотно поддерживал любые предложения «Хранилища».
– Быть может, этого было недостаточно, – предположил Стрит. – Быть может, «Хранилищу» нужно еще больше.
Это была пугающая мысль, и трое друзей задумались.
– Вы думаете, «Хранилище» хочет выставить своих кандидатов? – наконец спросил Стрит.
– Возможно, – сказал Бен. – Однако это открывает перед нами возможность, которой раньше у нас не было. Мы можем выставить наших кандидатов. И моя газета поддержит тех, кто ставит интересы города выше интересов «Хранилища». Думаю, у нас будет шанс вытащить Джунипер из той ямы, в которую он попал.
– Газета-то у нас есть, – заметил Билл. – А вот радиостанции нет.
– Тоже верно. Но все же я полагаю, что мы должны принять бой.
– У «Хранилища» есть деньги.
– Деньги – это еще не всё.
– Неужели?
– Помните рекламные ролики, которые крутили по телевидению в семидесятых? Очаровательные сцены дикой природы, возрожденной на средства нефтяных компаний? Нам внушали, что нефтяные компании не вредят окружающей среде, а, наоборот, помогают ей. Дикая природа сама нарывается на разные проблемы, а нефтяные компании эти проблемы решают. Они потратили миллионы долларов на рекламу, потому что им не только было нужно то, чтобы мы покупали их продукцию, но они еще хотели нам нравиться. – Бен помолчал. – Кто-нибудь купился на этот бред? Несмотря на всю эту пропагандистскую кампанию, несмотря на обилие эфирного времени, есть в стране хотя бы один человек, считающий, что бурение нефтяных скважин благоприятно сказывается на окружающей среде?
– И ты считаешь, то же самое применимо и к нашей ситуации?
– А почему нет?
– Похоже, ты на самом деле не такой уж и циник.
Бен улыбнулся.
– Это лишь фасад. Под грубой внешностью я – Полианна[244].
Билл уставился в окно.
– И все же у «Хранилища» много сторонников. Оно действительно создало в Джунипере новые рабочие места.
– Но не меньше рабочих мест было закрыто.
По улице промчалась машина, видавший виды старенький красный «Форд»-пикап, набитый подростками. Визжа тормозами, пикап завернул за угол.
– Долой «Хранилище»! – крикнул один из парней, вскидывая руку с поднятым средним пальцем.
Улыбнувшись, Билл повернулся к Бену.
– Возможно, ты прав, – сказал он.
Билл должен был закончить составление документации еще на прошлой неделе, но всё тянул. Обыкновенно он предпочитал завершать работу досрочно, однако на этот раз собирался дотянуть до крайнего срока.
У него не было ни малейшего желания помогать «Хранилищу».
Закрыв глаза, Билл откинулся назад. У него раскалывалась голова. Он не мог определить, то ли он заболевает, то ли это просто стресс, однако в течение последнего часа он думал не столько о работе, сколько о головной боли.
На улице темнело. Сосны за окном уже давно слились в одну сплошную зазубренную стену, и по мере того, как угасал окружающий свет, текст на экране компьютера становился все более ярким. С кухни доносилось, как Джинни громыхает кастрюлями, и на это накладывались звуки вечернего выпуска новостей из телевизора в гостиной.
Сохранив на дискете результаты сегодняшней работы, Билл уже собирался выключить компьютер, как вдруг зазвонил телефон. Резкий звук усилил головную боль, и он закрыл глаза, спасаясь от шума, надеясь, что Джинни снимет трубку, моля бога о том, чтобы звонили не ему.
[244] Полианна – героиня одноименной детской книги американской писательницы Элеаноры Портер (1868–1920), неисправимая оптимистка. Ее имя стало нарицательным – символом ничем не оправданного оптимизма.