– Садитесь, – сказала она. – Я сейчас принесу кофе, чтобы вы немного протрезвели. За счет заведения.
– Не хочу никакого кофе!
– Говорите потише. На вас смотрят.
– А мне все равно!
Холли обернулась к Верну, ожидая от него помощи.
– Угомонись, – с укором сказал приятелю тот. – Не устраивай сцену, черт возьми.
– Я… – Бак смущенно заморгал, но быстро опомнился. – Я хочу видеть директора! – объявил он.
Холли торопливо оглянулась по сторонам.
– Нет, Бак, не надо. Вы выпили. Лучше сядьте и молчите или отправляйтесь домой.
– Я требую встречи с директором!
– В чем проблема? – Внезапно появившийся у Холли за спиной невысокий мужчина вопросительно посмотрел на Бака. – Я могу вам чем-либо помочь, сэр?
– Да, черт побери! Проводите меня к директору.
– Разумеется.
Холли нервно облизала губы. Сама она еще ни разу не видела директора «Хранилища». Насколько ей было известно, его не видел никто. Прямо никто об этом не говорил, но как-то само собой подразумевалось, что эту тему лучше не затрагивать.
Почему – Холли не могла сказать.
И вот теперь известие о том, что Бака проводят к директору, вызвало у нее чувство, близкое к панике.
– Он пьян, – сказала Холли.
Невысокий мужчина повернулся к ней. Холли его еще не видела, но табличка на лацкане пиджака гласила «МИСТЕР УОКЕР».
– Знаю, – сказал он.
– Я желаю видеть директора! – не унимался Бак. – Немедленно!
– Но то обстоятельство, что он пьян, не означает, что он не имеет права встретиться с директором.
Бак ухмыльнулся.
– Сюда, пожалуйста. Я провожу вас к мистеру Лэму. Он проводит вас к директору.
Сжимая в руке кофейник, Холли со страхом смотрела, как Бака провели прямо по проходу к двери в противоположном конце. Дверь широко распахнулась, и Холли успела мельком увидеть лестницу, уходящую вверх, после чего дверь закрылась. Только сейчас она заметила на стене под самым потолком несколько однонаправленных зеркал, на которые прежде не обращала внимания.
Кабинет директора.
Она поежилась.
– Что будет дальше? – спросил Верн.
Он говорил очень тихо, и до Холли вдруг дошло, что ему тоже страшно.
От этого ее ужас только усилился.
– Не знаю, – прошептала она.