— Не думаю, что они знают.
— Давай встретимся.
— В тоннеле?
— Да.
— Не должна ли я сообщить об этом? Нужно, чтобы они знали.
— Не нужно.
— Могут погибнуть люди. И погибнут.
— Послушай, если что-то начнется, чьи люди будут гибнуть? Ты думаешь, наши тоннели повернут ход событий? Думаешь, они откроются, как огромная пасть, и проглотят Израиль целиком? Они породят мучеников, которые воодушевят новых мучеников, — вот и все, что они сделают. Думаешь, Иерусалим падет из-за дырки в земле?
— А если похитят еще одного солдата?[24] А если доберутся до ближайшего кибуца?
— Я тебя не о том спрашиваю, что происходит на войне. Я спрашиваю, хочешь ли ты поужинать со мной.
— В тоннеле? Под землей?
— Почему такой мрачный тон?
— А как иначе?
— Свечи. Белая скатерть. Для тебя — бутылка вина.
— Вот это уже лучше.
— Еще бы. Представь себе просто: мы вдвоем внутри ничейной земли, ни под той страной, ни под этой. Ты да я, небольшой совместный пир между мирами. Ужин в центре Земли.
2014. Граница с Газой
(со стороны Палестины)
Картограф сидит в офисе, который вообще-то не офис, а комната в доме очень крупного мужчины. Хозяин — лысый, брюхастый, широколицый и широкоплечий — на вид силен как бык, его руки у запястий такие же по толщине, как ноги картографа.
Хозяин раз за разом выходит в проулок, где у него горят угли в мангале. Когда возвращается, то, едва присев, встает и наведывается на кухню, бросая вместо извинения: «Мариную»; на обратном пути из кухни всякий раз облизывает один и тот же палец, явно пробуя что-то очень хорошее.
На стене огромный плоскоэкранный телевизор показывает что-то детское, звук очень громкий, картографу он мешает. На полу игрушки, но детей не видно.
К стене напротив телевизора прислонился человек лет тридцати — тридцати пяти, рослый и сильный; про него хозяин, знакомя с ним гостя, сказал: «Это мой дебильный сын». Сын курит сигарету и смотрит на посетителя недоверчиво, холодно.
Усевшись наконец за стол, хозяин говорит сыну, чтобы шел раздувать угли. Затем обращается к гостю:
— Считаю за честь принимать тебя у себя дома. Ты хорошо послужил нашему народу, спасибо.
Картограф скромно отвечает, что честь оказана ему, и продолжает:
— Говорят, ты самый лучший.
— В чем? В шашлыках? Ну, тут они, конечно, правы.
— В тоннелях, вот я о чем, — говорит картограф со всей откровенностью. — Говорят, в разработке маршрутов и в доставке по ним всяческих грузов тебе нет равных.
Хозяин наклоняется вперед и угрожающе выставляет толстый палец.
— А тебя случайно не подослали? Меня не прикончит израильский дрон, если я приму твою похвалу?
— Разве те, кто меня на тебя вывел, могли бы так поступить?
[24] В июне 2006 г. израильский солдат Гилад Шалит был похищен палестинскими боевиками, проникшими на территорию Израиля из Газы по подземному тоннелю. Освобожден в 2011 г. в результате обмена.