— И вы говорите за то, чтобы ударить старого человека?! — ахнул торговец стариной, покосился было на окно, но Дара приблизилась еще — и старик вдруг сменил тон: — Какой браслет, почему браслет, не видел никакого браслета…
— Ща увидишь, — пообещал Кристо. Он решил, что давить нужно до конца. — И браслет, и звездочки вокруг башки, а может, еще всех своих предков повидаешь…
Дара бросила на него предупредительный взгляд, а старик забормотал себе под нос:
— Браслет, какой браслет? Вам что — только нужен какой-то браслет?
Вот тебе и раз. Неужто сработало?
— Давайте сюда!
Загнанный в угол торговец попятился, а Дара сделала шаг вперед, протягивая руку, как вдруг случилось это.
Раздался хлопок, и в ногу Кристо воткнулась какая-то острая штука. Одна, а потом вторая.
Рядом, тихо ойкнув, осела Дара, торговец грохнулся еще раньше.
Все ясно, мелькнула первая мысль. Меня кто-то проклял на невезучесть. Нужно было с распределения об этом подумать!
Кристо пошатнулся, сосредоточился и постарался направить магию на место уколов. Года два назад их учили изгонять яды из организма, да он, как назло, прозевал эти уроки. Все окружающее плыло перед ним, но пока он оставался в сознании настолько, чтобы думать.
Черт! Да ему в жизни не приходилось столько соображать!
Это не яд, это что-то вроде снотворного. Он повалился на колени, нащупал руку Дары — сердце билось ровно, но от нее самой толку сейчас немного. Отключили самым лучшим образом.
Кто?
Он все-таки не удержал равновесие и упал. Пожалуй, на том уроке нужно было слушать получше…
По полу прозвучали тяжелые шаги. Несколько человек. Потом голос одного из них, резкий и неприятный. Голос говорил не на языке той страны, в которой они находились.
— …наследить еще больше. Ладно, грузите их всех. Дилетанты. Вы б еще пулями зарядили.
Второй голос издалека огрызнулся, но слов Кристо не услышал. Первый человек подошел к нему и нагнулся, рассматривая, и парень еще увидел не самую приятную физиономию с неожиданным тонким аристократическим носом, потом тот же голос спросил:
— Это еще что за хрень?
«Хрень — это про меня», — успокоено успел подумать Кристо до того, как провалиться в дремоту.
* * *
— Плевое задание, — глухо повторил Гробовщик. — Мечтатель, говорю тебе: это был синий цвет!
С него давно слетел его знаменитый капюшон — и явил приглушенному золотистому свету Особого Зала лысину, высовывающуюся из седых косм, как верхушка холма из лесов. Гробовщик даже ядом истекать не пытался, и неудивительно, потому что прямо напротив него застыла Фелла Бестия, и рука ее очень красноречиво сжимала рукоять боевого серпа.
Директор Одонара пока молчал, хотя Гробовщик обращался только к нему. Экстер застыл, глядя на Перечень, в который тыкал пальцем Гробовщик. Вид у директора был отсутствующий, но не сказать, чтобы очень самоуглубленный.
Зато Бестия жаждала крови.
— Синий? Ты выжил из ума или перестал различать цвета, Локсо? — она бухнула кулаком по Перечню. — Ты послал практикантов — на «желтый» вызов — и теперь пытаешься…
— Он вспыхнул желтым час назад, я сказал тебе! — заорал Гробовщик, вытягивая тонкую морщинистую шею. Он тоже как следует пристукнул по обсидиану Перечня. — Такого никогда не было, вам бы бить тревогу, а вы…
— Браслет Безумия? — переспросил директор тихо.
— Безумия!
— Всего лишь! — фыркнула Фелла. — Может, взбесился Перечень? Может, вообще вся эта тревога зря? Артефакт с таким названием едва ли будет таким уж опасным…