Павло снова выдохнул, прислонился пылающим лбом к холодному стеклу будки. Этот разговор давался ему с большим трудом.
– Не парься, я тебя понял, – сказал Ромка. – Что надо?
– Мне надо валить, пока не поздно. А у меня тухляк, ни гроша. Займи мне ещё три сотни. Я тебе всё пришлю! Чтоб мне падлой быть, За-блуда! Сделай, а? Ты же конкретный пацан! Я ведь знаю, у тебя бабки есть. Я для тебя потом что хочешь…
– Говорю, не парься, – прервал его Ромка. Он уселся на диван, закинул ногу на ногу. Голос его теперь звучал уверенно, в нём даже появились повелительные нотки. – Бабки самому нужны, сам понимаешь, но для тебя сделаю. Можешь прямо сегодня подгрести, я тебе дам. Скелетов нету, не стремайся.
– Я знал, что ты реальный мужик! – обрадовался Павло. – Спасибо тебе, Заблуда! Я только бабло возьму и сразу схиляю, не боись.
– Некисло, – подвёл итог Ромка. – Когда подвалишь?
– Реально через полчасика. Я тебе век не забуду!
– Ладно, разберёмся.
Павло повесил трубку.
Повеселевшим взглядом посмотрел по сторонам. Впервые за этот долгий день ему полегчало. Он не ошибся в своём друге.
Заблуда – классный пацан!
Конкретный.
35. Перезвоны
Света стояла в ванной, в ужасе смотрела на себя в зеркало.
Ну и видок!
Лицо красное, глаза измученные, платье порвано.
Она достала мобильник, быстро набрала номер Артёма. Прошла долгая томительная секунда, и наконец раздались гудки.
– Ну же, – взмолилась Света, – сними трубку, ну, давай же сними трубку, ну, пожалуйста!..
Она держала телефон очень долго, потом отключилась и снова набрала тот же номер.
Телефон в кармане у лежавшего навзничь Артёма Раскатова продолжал звонить, но Виктору Сушкину было сейчас не до этих назойливых звонков. Он судорожно пытался привести в сознание бесчувственного Артёма. Звал его, тормошил, поливал водой.
Когда он уже совсем отчаялся, Артём наконец кашлянул, открыл глаза. Сушкин с облегчением вздохнул.
В ту же секунду бесконечно трезвонивший телефон внезапно замолчал.
За три минуты до этого классный пацан Ромка Заблудший уселся на диван и, кусая ногти (что он всегда делал в момент сильного умственного напряжения), лихорадочно набрал номер.
– Саня! – заорал он в телефон, как только услышал, что на другом конце сняли трубку. – Это Заблуда.
– Зд-дорово! Что за д-дела? – раздался голос Сани Колоскова.
– Догадайся с трёх раз, – быстро заговорил Ромка. – Павло мне сейчас звонил. Сам раскололся. Без понтов. Он Тамару и Арама замочил, а потом Погребного грохнул за то, что тот ему полтыщи гринов не отдал, как обещал. Я тебе говорил, что он отморозок полный, маньяк грёбаный!
– А г-где он? – лаконично поинтересовался Саня, когда Ромка закончил свою тираду.
– Сюда чешет. Давай, Сань, дуй ко мне по-скорому. Мы его тут за-ломаем и сдадим…
– Еду, – успокоил его Саня. – Не п-парься!
– Только ты это… не подведи… – заволновался Ромка. – И пока никому, лады? Мы с тобой на всю страну загремим! Нас по ящику показывать будут! О’кей?