Сборник "Николас Линнер+Отдельные триллеры",Компиляция. Книги 1-12: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Я хочу взять их на память.

– Да, да, конечно, – поспешно согласился Яшида.

Стиви смогла лишь начать дышать спокойнее, все остальные чувства и действия вышли из-под ее контроля. Ей почему-то подумалось, что все это происходит в каком-то безумном сне и что если она ущипнет себя и проснется, то реальность окажется не такой уж страшной.

– Ну и чего же вы хотите? – спросила она Яшиду спустя какое-то время.

– А ничего, – ответил тот, направляясь к двери. – Все, что я хотел, получил сполна.

Он вышел, в номере установилась мертвая тишина. Стиви долго сидела сгорбившись за столом. Сквозь окно со звукопоглощающими шторами прорвался звук автомобильного гудка, прозвучавший столь резко и остро, что она наконец очнулась. А потом снова воцарилась мертвая тишина, напоминающая ей густой запах цветов, лежащих у свежей могилы.

– Есть одна древняя японская легенда, а может, и в китайская – настолько она древняя-предревняя, – начала Чика. – В ней рассказывается о демоне-людоеде. Как и все прочие демоны, этот тоже был двуполым, то есть одновременно и мужчиной и женщиной, но раз уж он предпочитал являться перед людьми в женском обличье, то его и стали называть "она".

Этого демона изгнали из тринадцатого круга подземного царства, который жители западных стран отождествляют с адом, за нерадивость. Итак, ходила она, бродила по свету и никак не могла придумать, каким образом увеличить свою демоническую силу.

Сначала она пожирала сердца своих жертв, запивая кровью, а обнаружив, что от этого проку мало, пошла в своем стремлении сделаться сильнее дальше: стала пожирать у людей мозги. Почувствовав прилив энергии, она взялась за это дело особенно рьяно и вскоре уже не могла остановиться.

Вот в кого превратилась, по сути дела, Достопочтенная Мать. Она стремится превзойти мифического демона. Единственная разница между ними заключается в том, что она добилась гораздо большего успеха, высасывая и перекачивая из других людей их сущность – дар "макура на хирума". И предупреждаю тебя, что под какой бы личиной она ни предстала перед тобой, под ней все равно скрывается страшная морда демона-людоеда. Никому, чья "макура на хирума" сильна, она не позволяет жить на этом свете.

Если ты ослабишь бдительность, она уничтожит тебя, предварительно высосав из тебя то, что сочтет для себя полезным.

Чика и Вулф стояли в тени железобетонного здания, вытянувшегося вдоль узенькой улочки в районе Сибайя. На улочке стоял невообразимый шум, казалось, что даже густой туманный воздух дрожит от этого шума. Позади них стучало механическое сердце какого-то гигантского генератора. Над головами устремлялась вверх огромная дуга подвесной скоростной дороги, пересекающей этот район. Вулф знал от Чики, что такие генераторы создают поле, способное не пропускать волны особого психического настроя, и таким образом под ними можно укрываться от Достопочтенной Матери и ее людей. Но даже если это было именно так, то Вулф все равно на всякий случай привел в ход свое биополе "макура на хирума" и создал вокруг них своеобразный защитный экран.

– Теперь, когда Достопочтенная Мать узнала, что Минако предала ее, – сказала Чика, – она никогда не допустит ее в храм Запретных грез.

– Твоя мать, может, уже мертва.

– Нет. Достопочтенная Мать так теперь не поступит. Для нее не будет никакого удовольствия, если Минако легко умрет. Но твой план слишком опасен. Я все еще раздумываю, следует ли мне идти с тобой.

– Да, идти вместе со мной вряд ли разумно, – согласился Вулф. – Она учует твое появление и получше подготовится. А меня Сума не обнаружит, не сумеет обнаружить и Достопочтенная Мать. Только я один могу вызволить Минако из храма Запретных грез.

– Но чтобы вызволить ее оттуда, ты должен будешь уничтожить Достопочтенную Мать. – Чика наклонила голову и коснулась кончиками пальцев лба Вулфа. – Да, моя мама была права: это твоя карма.

А на роду ему было написано: уничтожить в этом регионе зло, принявшее невероятные размеры.

У дверей храма Запретных грез Вулфа поприветствовала женщина-карлица, одетая если не смешно, то уж, во всяком случае, странно: на ней был прекрасно сшитый по индивидуальному заказу мужской деловой костюм.

– Мое имя Дэвид Уоррен, – представился Вулф. – Я партнер господина Лоуренса Моравиа. Он сообщил мне ваш адрес и сказал, что у вас самый лучший клуб в Японии.

Карлица секунду-другую приглядывалась к нему, а затем, низко поклонившись, жестом пригласила войти внутрь.

Переступив через порог, Вулф услышал, как за его спиной захлопнулась дверь, и почувствовал вокруг своей головы легкие электрические разряды. Время было как раз полуденное, в храме находилось полным-полно народу. В баре он спросил банку пива и, стоя в тесноте рядом с каким-то японцем в темном костюме, утолял жажду. Освоившись немного и осмелев, он спросил, как пройти в туалет, и покинул бар.

Припомнив рассказ Чики о расположении помещений, он быстро спустился в выложенный каменными плитками коридор. По нему он шел довольно долго и наконец очутился в большой комнате. На стенах были развешаны литографии с изображениями вооруженных самураев, сражающихся в смертельной схватке не только друг с другом, но и со зверями: тиграми, вепрями и удавами. Свирепые лица самураев странно контрастировали со стоическими, спокойными выражениями на мордах животных.

Другая застекленная дверь вела из комнаты прямо в сад, оформленный с большим вкусом. Вулф прошел по комнате, толкнул дверь и очутился в саду. Сверху над ним неясно вырисовывались силуэты токийских небоскребов, искаженные волшебными чарами сада. Они казались гигантскими таинственными деревьями, криптомериями, растущими на склонах гор. Вулф четко ощущал, что течения времени здесь не замечаешь, и вспомнил, что Чика предупреждала его об этом, рассказывая об особенностях храма.

В саду находилась женщина. Она сидела в позе лотоса на коричневом мху. В легкой дымке было трудно разглядеть ее овальное лицо. Глаза она закрыла и как будто дремала среди необычного спокойствия, царившего в этом уголке. У женщины были густые волосы, блестевшие, словно боевой шлем, и зачесанные от высокого лба назад. Полные губы бантиком, накрашенные красной помадой, резко контрастировавшей с бледным лицом, производили необычное впечатление: будто внезапно натолкнулся на срамное слово, написанное на скромной одежде монахини. Она носила черное кимоно с белыми полосками на отворотах и спине. Когда Вулф вошел в сад, ему сразу бросилось в глаза что-то черное на черном же фоне, что создавало впечатление реки, журчащей в темноте ненастной ночи.

Женщина сидела одна и, по-видимому, без оружия. Это и была Достопочтенная Мать.

Но вот она открыла глаза, желтоватые и столь светлые, что казались золотыми. Создавалось впечатление, что сквозь них можно видеть все, что происходит позади нее.

– От вас ничего не исходит, я ничего не ощущаю. И все же вы обладаете биополем, – произнесла Достопочтенная Мать, обшаривая Вулфа взглядом своих широко раскрытых необычных глаз, и непонятно было: то ли в них играючи менялся цвет, то ли в глубине разгорался желтоватый огонь.

Вулф ощутил, как рядом с ним возникло и прошло мимо нечто массивное, будто он стоял на палубе корабля, дрейфующего ночью в открытом море и мимо него проплыл айсберг невероятных размеров.

– Либо я слепа, либо вы не существуете, – продолжала она, не сводя глаз с Вулфа. – Но я не слепа, и вы все же существуете. Следовательно, я права.