Я останавливаю его рукой.
— Не сегодня.
Он открывает рот, чтобы возразить.
— Пожалуйста, Би Джей. Завтра. Мы поговорим завтра.
Он смотрит на меня с тревогой.
— Нам надо поговорить, это не исчезнет, Лейла.
— Еще один день ничего не изменит, — тихо говорю я.
— Правильно. Хорошо. Завтра. Но завтра, крайний срок.
— Спасибо, Би Джей, — я осматриваю себя. — Я чувствую себя немного грязной, думаю, мне стоит принять душ.
Он пристально смотрит на меня, но я игнорирую его взгляд, встаю на носочки и нежно целую в губы, прежде чем пойти в дом. Он остается на том же месте, словно врос в землю, и смотрит на меня с замешательством.
— Привет, Лейла, — весело кричит Марсель из кухни.
— Привет, Марсель, — приветствую я его, поднимаясь по лестнице.
Я быстро принимаю душ, переодеваюсь и спускаюсь вниз. Би Джей стоит спиной к двери, глядя в окна. В одной руке у него стакан с янтарной жидкостью, в другой — сигарета. Открытая бутылка виски стоит на столе. Крышка небрежно брошена на стол. Я надела балетки на плоской подошве, и он не слышит меня. Пару секунд я наблюдаю за ним. Он полностью погружен в свои мысли, его мощные плечи сгорблены и напряжены.
— Я никогда раньше не видела, чтобы ты пил виски.
Он поворачивается, прищурившись смотрит на меня, молниеносно обшаривая мое тело.
— Да, мне нужно что-то крепкое для моих нервов, — он затягивается сигаретой и тушит ее в пепельнице, стоящей на подоконнике. Распрямляет плечи и внимательно осматривает.
— Хочешь чего-нибудь выпить? — медленно спрашивает он.
Я моргаю, у меня в сердце возникает резкая боль. Я не пила алкоголя, как только узнала, что беременна, и он никогда не предлагал до сегодняшнего дня.
Мы пялимся друг на друга.
— Бокал белого вина, — тихо говорю я.
Он подходит к бару, достает бутылку из холодильника и наливает мне бокал.
Я беру его, наши руки соприкасаются, искра проходит по всему моему телу.
Наблюдая за ним через край бокал, я делаю глоток. Ощущая холод на своем языке, но на вкус не слишком уж хорошее. Возможно, я не в настроении.
Он поднимает свой стакан, и смотрит на меня ничего не выражающими глазами.
— Не хочешь рассказать, что ты делала сегодня?
Я сажусь на диван.
— Я ездила к тарологу моей матери.
— И, — говорит он осторожно. — Что она сказала?
— Не так много. Ничего, что могло бы помочь, — я опускаю глаза на пол.
— У нас будут еще дети, Лейла. Я обещаю.