Требования, какие предъявляются кандидату в епископы, следующие. Во-первых, он должен отличаться добрыми нравственными качествами как с внутренней стороны — быть трезв, целомудрен, благочинен, честен, страннолюбив, так и со стороны внешнего своего поведения — не пьяница, не бийца, не сварлив, не корыстолюбив, но тих, миролюбив. А вместе с тем он должен обладать и умственными данными — быть учителен (1 Тим. 3, 2–3).
Во-вторых, он должен доказать свою способность к управлению Церковью умелым и успешным управлением своего собственного дома (1 Тим. 3, 4–5). И в-третьих, он не должен быть из новообращенных в христианство (1 Тим. 3, 6), чтобы не возгордиться своим скорым возвышением.
Еще важное требование: он должен иметь доброе свидетельство от внешних (1 Тим. 3, 7), то есть от нехристиан, — не иметь дурной славы за какие-либо порочные дела у язычников и вообще всех, не принадлежащих к Церкви, дабы не опорочить в их глазах Церковь Христову как возвышающую лиц, нравственно недостойных.
Требования, предъявляемые к кандидатам во диаконы, весьма сходны с требованиями, которые предъявляет апостол к кандидатам в епископы: Диаконы также должны быть честны, не двоязычны, не пристрастны к вину, не корыстолюбивы (1 Тим. 3, 8).
Перечисляя качества диаконов, апостол не говорит об учительности, но зато прибавляет, что они должны иметь таинство веры в чистой совести (1 Тим. 3, 9). Это, по объяснению блаженного Феофилакта, значит «с хранением правого догмата иметь и жизнь непорочную. Ибо чистая совесть бывает при непорочной жизни». Апостол требует также, чтобы предварительно они подвергались испытанию, а хорошо служащие удостаивались бы высших степеней (см. 1 Тим. 3, 10).
В свою речь о диаконах святой апостол вставляет несколько слов и о женах: Равно и жены… честны, не клеветницы, трезвы, верны во всем (1 Тим. 3, 11). В русском переводе здесь курсивом добавлены слова их (то есть диаконов) должны быть, и некоторые современные толкователи полагают, что здесь идет речь о женах диаконов.
Однако все древние толкователи, такие как святитель Иоанн Златоуст, блаженный Феодорит, Экумений, блаженный Феофилакт, а также наш современный толкователь епископ Феофан, вполне основательно считают, что эти слова апостола относятся к институту диаконисс, существовавшему в Древней Церкви, и перечисляют тут качества, которыми должны отличаться не просто жены диаконов, а жены, служащие Церкви, то есть диакониссы, о которых упоминает еще Шестой Вселенский Собор в своем 14-м правиле.
В конце третьей главы излагаются две чрезвычайной важности догматические истины:
1. Церковь Бога живаго, столп и утверждение истины (1 Тим. 3, 15). Мысль этого стиха, что «единственный руководитель учителю истины в истине есть Святая Церковь».
2. Великая благочестия тайна: Бог явился во плоти (1 Тим. 3, 16). Это — первая и основная истина, которую надлежит проповедовать учителю истины.
В словах Церковь Бога живаго, столп и утверждение истины (1 Тим. 3, 15) заключается важное учение о непогрешимости Церкви. Ибо Церковь не есть только видимое внешнее собрание людей, верующих во Христа, но вместе с тем и невидимый дух, единодушие, вера, учение, связующие их между собой и с их Главой — Христом Господом.
Отдельные лица — члены Церкви могут погрешать, но вся Церковь в целом никогда не может погрешить и отступить от истины. Выражается эта истина в догматах, принятых Церковью, в неизменно сохраняющемся в ней апостольском и отеческом предании, таинствах, богослужении — во всем том, что составляет дух Церкви, передающийся от древних времен к позднейшим.
Это православное учение о непогрешимости Церкви извращено римо-католиками и протестантами. Римо-католики приписали непогрешимость Церкви одному лицу — папе Римскому, а протестанты, не желая признавать авторитета Священного Предания, хранимого Церковью, отвергли самое учение о непогрешимости Церкви.
С этой целью вышеприведенный текст они толкуют по-своему. После слов Церковь Бога живаго они ставят точку и следующие слова столп и утверждение истины относят не к Церкви, а к выражению великая благочестия тайна, читая все это место таким образом: «Столп и утверждение истины и беспрекословно великая тайна благочестия в том, что Бог явился во плоти». Но такое чтение противно смыслу греческого текста и древним святоотеческим толкованиям этого места. Все отцы Церкви относили слова столп и утверждение истины к Церкви.
Беспрекословно — великая благочестия тайна: Бог явился во плоти, оправдал Себя в Духе, показал Себя Ангелам, проповедан в народах, принят верою в мире, вознесся во славе (1 Тим. 3, 16). В этих словах святой Павел указывает своему ученику Тимофею, какую истину христианского вероучения он должен положить в основу своей проповеди.
«Сию истину, — говорит епископ Феофан, — Святая Церковь возвещает и подтверждает самим существованием своим. Ибо она есть здание, коего основание есть Христос Господь (см. 1 Кор. 3, 11), есть тело, коего Глава есть Он же — Бог Слово, соделавшееся плотью. Как видящий живое тело в этом самом имеет удостоверение о главе и видящий прочное здание — удостоверение об основании, так видящий Церковь удостоверяется, что несомненно Бог явился во плоти».
Этой истиной святой Павел предлагает Тимофею мерить всякое учение и не согласное с нею отвергать, как противное христианству.
Оправдал Себя в Духе. Это значит, что Дух Божий, почивший на Иисусе Христе (см. Мф. 3, 16), засвидетельствовал на самом деле, что Он есть воплотившийся Сын Божий.
Об этом красноречиво говорят все великие дела, знамения и чудеса, которые творил Он силой Духа Божия (см. Мф. 12, 28), животворное учение, которое благовествовал, будучи помазан Духом Божиим и преисполнен Его благодатью.
Показал Себя Ангелам. Это значит, что и Ангелы, подобно нам, увидели Сына Божия, Которого прежде не могли видеть, ибо и им недоступно лицезрение Самого Божеского естества, как оно есть, а только в проявлениях Его. «О таинство! — восклицает блаженный Феофилакт. — С нами и Ангелы увидели Сына Божия, не видевши Его прежде. И се, — говорит Евангелие, — Ангелы приступили и служили Ему (Мф. 4, 11). И не здесь только, но от самого рождения до Вознесения они служили Ему. Во время рождения Ангелы поют песнь Ему и благовествуют о Нем пастырям и во время Вознесения служат Ему». Во время же Вознесения Ангелы узрели Богочеловека во всей Его пренебесной славе (см. Евр. 1, 6; 1 Пет. 3, 22).
Великая благочестия тайна. Почему явление Бога по плоти названо тайной? Потому что оно непостижимо для ума человеческого. Велия тайна и в том, что Бог, явившийся во плоти, проповедан в народах, принят верою в мире, ибо проповедь о воплотившемся и потом распятом Боге, естественно, должна была казаться соблазном для иудеев и безумием для эллинов, и тем не менее она покорила весь мир и преобразовала его.
Вознесся во славе. Что касается славы, в которой вознесся Бог воплотившийся, то об этом так рассуждает епископ Феофан: «Хотя само это преславно, но надо полагать, что Вознесение Господне было сопровождаемо особою некоею славою, не виденною людьми, но узренною Ангелами и воспетою их славословием.
Такова великая тайна нашего благочестия, — продолжает епископ Феофан, — и вместе сила воплощенного домостроительства, по всему пространству вселенной возвещаемая, исповедуемая и дивно действующая. Она — основание Церкви, которая в силу сей тайны, ей вверенной, и есть столп и утверждение истины. Она — основание спасения всякого верующего. Верующему чаще надлежит поминать о ней, нежели как часто дышит».
Глава четвёртая
В четвертой главе святой апостол Павел дает Тимофею правила архипастырского учительства словом и делом, предупреждая прежде всего о имеющих появиться лжеучителях — отступниках от веры христианской.
Дух же ясно говорит, что в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам обольстителям и учениям бесовским (1 Тим. 4, 1). Под последними временами здесь разумеются не последние времена в узком смысле слова, которые наступят перед концом мира и Вторым пришествием Христовым, а последние времена в широком смысле слова, под которыми и здесь, и во многих других местах подразумевается последняя эпоха существования человечества — эпоха, наступившая на земле со времени пришествия в мир Спасителя мира и совершения Им Своего искупительного дела спасения человеческого рода.
Об этих лжеучителях святой апостол предупреждал ефесских пресвитеров еще в своей личной прощальной беседе с ними (см. Деян. 20, 29–30). Под бесовскими учениями разумеются всякие ложные учения, противные духу истинной веры, как происходящие от бесов (см. 2 Кор. 11, 13–15). Но были в Ефесе и в собственном смысле учения бесовские, о чем говорится в Книге Деяний (см. Деян. 19, 13, 19). Внешней чертой этих лжеучителей будет лицемерие — принятие на себя вида каких-то особенных людей, будто постигших всю премудрость; одевание в личину святости.
Характерная черта их — сожжение в совести своей (1 Тим. 4, 2), то есть такое состояние, будто у них совесть сожжена или будто они сами обожжены своей совестью. Блаженный Феодорит пишет: «Сожженными совестью назвал их апостол, показывая крайнюю их бессовестность, потому что прижигаемое место, омертвев, теряет прежнюю чувствительность». А они действительно дошли до такого нравственного состояния, будто совести у них нет, или они сами стали глухи к ее внушениям.
Греческое слово, употребленное тут и означающее «нажигать знак», дает повод к еще одному толкованию употребленного апостолом выражения. Как ныне это делают животным, в древности беглым рабам и преступникам на плечах и на лбу выжигали особые отличительные знаки. Так и эти лжеучителя носят на своей совести знаки, нажженные своей нечистой жизнью.
Апостол указывает затем только две характерные черты лжеучения, очевидно, как наиболее бросавшиеся всем в глаза: Запрещающих вступать в брак и употреблять в пищу то, что Бог сотворил (1 Тим. 4, 3). Здесь речь идет, конечно, не о подвигах безбрачия и воздержания, а об особом отношении к плоти и ее требованиям, которое проповедовали эти еретики, несомненно, те же, о которых писал святой апостол Павел и в Послании к Колоссянам (Кол. 2, 21–23).