Ибо это хорошо и угодно Спасителю нашему Богу, Который хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины (1 Тим. 2, 3–4).
Ясно, что эта молитва должна быть молитвой о спасении всех, а потому она и приятна Богу, желающему спасения всем людям. Догматическая важность этих слов в том, что ими опровергается безотрадное лжеучение реформатов, учащих о безусловном предопределении Божием, независимом от воли людей. Ибо зачем молиться о тех, которые все равно предопределены к вечной погибели?
Ибо един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус, предавший Себя для искупления всех (1 Тим. 2, 5–6).
Это сказано в доказательство того, что все люди без исключения призываются ко спасению ради искупительных заслуг единого посредника, Человека Христа Иисуса. Христос называется здесь только Человеком для того, чтобы подчеркнуть, что Ходатаем за нас Он стал благодаря Своему вочеловечению, как истинный Человек.
Этими словами не исключается молитвенное ходатайство за нас святых угодников Божиих, как пытаются утверждать это сектанты. Христос назван здесь единым Ходатаем в том смысле, что единственно Он один принес за нас искупительную жертву на Кресте, но этим нисколько не упраздняется молитвенное ходатайство за нас людей, достигших спасения и желающих своими молитвами помочь нам достигнуть его.
Таково было в свое время свидетельство (1 Тим. 2, 6). Свидетельство о том, что Мессии-Искупителю надлежит пострадать за людей, было дано еще в древних пророчествах. Для которого я поставлен проповедником (1 Тим. 2, 7) — то есть для проповеди об этом свидетельстве я и поставлен.
Далее апостол говорит о том, кто, где и как должен совершать общественные молитвословия в церковных собраниях.
Желаю, чтобы на всяком месте произносили молитвы мужи, воздевая чистые руки без гнева и сомнения (1 Тим. 2, 8). Богослужения церковные должны совершаться мужами — предстоятелями Церквей, а женщины не должны ни совершать богослужений, ни выступать в молитвенных собраниях со словом учения. Об этом святой Павел прямо писал коринфянам: Жены ваши в церквах да молчат… ибо неприлично жене говорить в церкви (1 Кор. 14, 34–35).
Как видно из Книги Деяний (см., напр., Деян. 14, 23), святой апостол Павел во всех основываемых им Церквах учреждал клир, рукополагая пресвитеров. В Первом послании к Коринфянам он заповедует: Все в церквах должно совершаться благопристойно и чинно (1 Кор. 14, 40). Посему несомненно, что под этими мужами (см. 1 Тим. 2, 8) разумеются предстоятели Церквей.
Молитвы эти, или богослужение, может совершаться на всяком месте (1 Тим. 2, 8), а не в одном иерусалимском храме, как было в Ветхом Завете. Так исполнилось проречение Господа самарянке, что наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу (Ин. 4, 21), то есть что христианское богослужение не будет привязано к одному определенному месту, как предрекал это и пророк Малахия: На всяком месте будут приносить фимиам имени Моему, чистую жертву (Мал. 1, 11).
Как должны совершаться эти молитвы, или богослужение христианское, выражают слова: Воздевая чистые руки (1 Тим. 2, 8). То есть молитвенному воздеянию рук должно соответствовать и возвышенное настроение души — чистая, не запятнанная пороками совесть и свобода от гнева и сомнения (1 Тим. 2, 8), то есть злых чувств против ближнего и всяких сомнений и колебаний.
Затем апостол делает наставления женам о том, как они должны вести себя в церковных собраниях.
Также и жены, в приличном одеянии, со стыдливостью и целомудрием, украшали себя не плетением волос, не золотом, не жемчугом, не многоценною одеждою, но добрыми делами, как прилично женам, посвящающим себя благочестию (1 Тим. 2, 9–10). То есть женщины должны являться в молитвенные собрания в скромных целомудренных одеждах и думать не о внешних украшениях, но о внутреннем благоукрашении себя добрыми делами.
Жена да учится в безмолвии… а учить жене не позволяю, ни властвовать над мужем, но быть в безмолвии (1 Тим. 2, 11–12). Здесь запрещается женщинам учительство в церкви, то есть произнесение поучений во время общественных молитвенных собраний, ибо такое учительство было бы равносильно властвованию над мужем, между тем как слово Божие повелевает жене быть в подчиненном положении у мужа.
Но учительство жены вне церковных собраний этим не запрещается. «Так Прискилла, — говорит блаженный Феодорит, — вместе с Акилою оглашала здравым учением Аполлоса, так верной жене не запрещено оглашать неверного мужа». «Детей же учить даже повелено им» (Экумений).
То, что женщина должна находиться в подчиненном положении и не претендовать на главенство, святой апостол выводит из истории сотворения первых людей и их грехопадения: Ибо прежде создан Адам, а потом Ева; и не Адам прельщен; но жена, прельстившись, впала в преступление (1 Тим. 2, 13–14). Еще в Книге Бытия сказано, что жена сотворена как помощница мужу, а помощник, естественно, занимает второстепенное значение после того лица, которому он назначается в помощь (см. Быт. 2, 18, 20, 22).
Из того, что жена первой согрешила, апостол делает вывод о большей удобопреклонности жены ко греху, а потому и о неспособности ее главенствовать. Надо, конечно, иметь в виду, что апостол разумеет здесь не отдельных женщин и мужчин, среди которых могут быть исключения и в ту, и в другую сторону, а целый женский и мужской пол.
Впрочем спасется через чадородие, если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием (1 Тим. 2, 15). Здесь, конечно, не о том говорится, что самый физический процесс чадородия послужит жене во спасение, а о том, что спасение женщины и, следовательно, жизненное призвание ее — быть матерью и воспитательницей своих детей.
«В том не малая, но великая будет состоять для них награда, — говорит святитель Иоанн Златоуст, — что они воспитали ратоборцев Христу». Блаженный Феофилакт говорит то же: «Не родить только, но и воспитать дóлжно; и это есть настоящее деторождение. Иначе же это не деторождение, а деторастление».
Таким образом, женщина приобретет себе спасение, если через свое чадородие будет содействовать распространению и утверждению Царства Христова на земле, воспитывая истинных чад и воинов Христовых.
Глава третья
Третья глава говорит о лицах, избираемых в клир, а последние стихи ее излагают основную истину христианского вероучения.
Если кто епископства желает (здесь под епископством разумеется и пресвитерство), доброго дела желает. Но епископ должен быть непорочен, одной жены муж, трезв, целомудрен, благочинен, честен, страннолюбив, учителен (1 Тим. 3, 1–2).
Толкуя это место, надо обратить внимание прежде всего на то, что, изложив требования, каким должен удовлетворять епископ, святой апостол сразу переходит к диаконам (см. 1 Тим. 3, 8–10), ничего не говоря о второй степени священства — о пресвитерах.
Мы уже видели, что в апостольские времена еще не установлены были строго наименования этих двух высших степеней священства, а потому «епископами», или «блюстителями», по исполняемой ими должности «блюсти» свою паству, назывались и пресвитеры (см. Деян. 20, 17–28; также Флп. 1, 1). На вопрос, что здесь разумеет апостол под епископством, блаженный Феодорит так и отвечает: «Пресвитерство. Тогда одних и тех же называли пресвитерами и епископами. Но явно, что епископам первым надлежит сохранять сии законы, как приявшим бóльшую честь».
Почему желающий епископства доброго дела желает? Тут имеется в виду, конечно, не стремление к почестям, связанным с этим саном, а ревностное желание послужить Церкви во благо ближних, потрудиться для их спасения.
Что касается требования для епископа быть мужем одной жены, то это требование не то означает, чтобы кандидат во епископы «двух жен не имел зараз, ибо это и всякому христианину воспрещено; но чтобы однажды был женат, был одноженец. Того, кто на второй жене женат, не следует избирать в епископы» (епископ Феофан).
Христианская Церковь издревле хотя и разрешала второй брак, но всегда относилась к нему неодобрительно, предпочитая честное вдовство второбрачию. Почему Амвросиаст и пишет:
«Хотя иметь вторую жену не воспрещено, но достойный епископства должен воздерживаться и от позволенного другим по причине высокости сего чина. Желающий его должен быть несравненно выше всех». К этому блаженный Феофилакт прибавляет: «Говоря сие, апостол не законополагает, что епископ непременно должен быть женат. Как мог повелеть это говоривший: Желаю, чтобы все люди были, как и я (1 Кор. 7, 7)?» В настоящее время это апостольское правило исполняется так, что только к пресвитерскому сану допускаются лица, состоящие в первом браке, а епископами могут быть только безбрачные девственники или вдовцы по первому браку.
В апостольской древности и в первые века христианства безженство не было безусловно обязательным для епископов потому, как поясняет тот же блаженный Феодорит, что в те времена трудно было найти между обращенными иудеями и язычниками людей, проводящих строгую девственную жизнь. «Язычники не упражнялись в девстве, — говорит он, — иудеи не дозволяли его, потому что плодородие почитали благословением». Но когда с возрастанием и расширением Церкви Христовой стало умножаться число девственников, отказывавшихся от брака для Царства Небесного (Мф. 19, 12), тогда епископов стали избирать преимущественно из девственников, что окончательно узаконил Шестой Вселенский Собор своим 12-м правилом.