— Что?
— Не говорите глупостей, о которых потом пожалеете.
— Да, здравая мысль, — кивнул Тремонт.
— Значит, дело официально закрыто?
— По нашей линии, в общем, да. Преступник мертв — зарыт где-нибудь в лесу. Человек поумней меня увидел бы в этом иронию.
— Вы пробовали еще раз надавить на Эда Грейсона, выяснить, где тело?
— Давили как могли.
— И?
— Молчит. Я хотел обещать ему неприкосновенность, но мой главный босс, Пол Коупленд, не дал согласия.
Уэнди подумала, не пойти ли снова к Грейсону — вдруг теперь он разговорится. Тремонт смахнул с дивана газеты, предложил сесть, а сам рухнул в кресло с подставкой для ног и взял пульт от телевизора.
— Знаете, что сейчас будет?
— Нет.
— «Суд Кримстайн». В курсе, что она защищает Грейсона?
— Да, вы говорили.
— Точно, забыл. Так вот, Кримстайн сказала несколько интересных вещей, когда мы допрашивали Эда. — Фрэнк налил себе немного «Капитана Моргана», предложил Уэнди; та отказалась.
— Каких именно?
— Во-первых, Грейсону за убийство Мерсера медаль дать надо.
— За правосудие?
— Не совсем. Она глядела шире.
— То есть?..
— Не случись убийства, мы бы никогда не нашли айфон Хейли. — Фрэнк протянул пульт и выключил телевизор. — Кримстайн заметила, что следствие три месяца стояло на месте, а Грейсон дал нам единственную наводку, где искать девушку. А еще — что хороший детектив обязательно обратил бы внимание на известного извращенца, который связан с районом, где проживала жертва. Знаете, о чем я думаю?
Уэнди помотала головой.
— Эстер права. Как я проглядел человека, попавшего под суд за сексуальное преступление и имевшего контакты в городе той девочки? Вдруг Хейли погибла не сразу? Вдруг я мог ее спасти?
Уэнди посмотрела на самодовольного, если не сказать, жуткого капитана Моргана с этикетки — пьянеть в такой компании, наверное, страшно — и уже хотела возразить, однако Фрэнк жестом оборвал ее.
— Только давайте без снисходительного сочувствия. Вряд ли вы пришли смотреть, как я занимаюсь самобичеванием.
— Ну, не знаю, это довольно увлекательное зрелище.
Фрэнк едва заметно улыбнулся.
— Чего вы хотите, Уэнди?
— Почему вы думаете, что ее убил Мерсер?
— Интересует мотив?