— Что «почему»?
— Почему именно педофилов?
— Какая разница — кого?
Он улыбнулся шутке, но очень вяло:
— Ну а все-таки?
— Ради рейтинга, наверное.
— Это понятно. Но была и другая причина, разве нет?
— Мистер Грейсон…
— Просто Эд.
— Давайте все же на вы. Прошу — переходите к делу.
— Я знаю, что произошло с вашим мужем.
Вот так вот. Уэнди начала закипать, но промолчала.
— Вышла. Ариана Насбро на свободе.
Уэнди поморщилась от звука этого имени.
— Я знаю.
— Думаете, произошло исцеление?
Она вспомнила письма и то, как ее едва не выворачивало от одного их вида.
— Не исключено, конечно, — продолжил Грейсон. — Я сам знаю людей, которые завязали на такой же стадии, как у нее. Но для вас-то это ничего не меняет, так?
— Не ваше дело.
— Верно. А вот Дэн Мерсер — мое. У вас ведь сын?
— Тоже не ваше дело.
— Люди вроде Дэна… Точно одно: такие не меняются. — Он подсел ближе и склонил голову набок. — Так не в этом ли причина?
— Причина чего?
— Того, что вы ловили педофилов. Вот алкоголики могут завязать. А с педофилами все проще — у них нет шансов исправиться, а значит, и получить прощение.
— Пожалуйста, мистер Грейсон, не устраивайте сеанс психоанализа. Вы обо мне ни черта не знаете.
— Я понял вашу мысль.
— Тогда переходите к своей.
— А она очень понятная: Дэн Мерсер, если его не остановить, навредит другим детям. И это факт ясный и вам, и мне.
— С такими заявлениями надо к судье.
— Мне от нее больше нет толку.