– В спальне я нашел твой «смит-и-вессон».
– Моника побежала за тобой?
– Нет. – Голос Ленни упал. – Может, нужно было воспользоваться телефоном. Или потихоньку уйти из дома. Не знаю. Впоследствии я сотни раз проигрывал эту сцену, пытаясь понять, как же стоило поступить. Но представь себе: мой лучший друг убит, а эта обезумевшая сучка орет, что уходит отсюда со своей дочкой, моей крестницей. Вдобавок она уже стреляла в меня. Откуда мне было знать, что ей взбредет на ум?
Он отвернулся и замолчал.
– Ленни?
– В общем, не знаю, как все получилось, Марк. Право, не знаю. Я кубарем скатился со ступенек. Она все еще держала револьвер в руке…
– И ты выстрелил.
Ленни кивнул.
– Убивать ее я не хотел. По крайней мере, так мне казалось. Но вот вы оба лежите на полу мертвые. Я собрался было позвонить в полицию, но вдруг подумал, что все это вызовет подозрения. Я стрелял в Монику под необычным углом, полицейские могли решить, что она стояла ко мне спиной.
– И ты испугался, что тебя арестуют?
– Естественно. Я ведь удачливый защитник, поэтому копы меня ненавидят. Представь себе, как бы они обрадовались.
Это замечание я комментировать не стал.
– И ты разбил окно?
– Да, снаружи. Чтобы подумали на грабителей.
– А потом раздел Монику?
– Да.
– Зачем?
– На Монике наверняка остались следы пороха, коли она стреляла. А я не хотел, чтобы полиция пронюхала об этом. Все должно было выглядеть так, будто имело место внезапное нападение. Я выбросил одежду и вытер ладонь Моники детским подгузником.
Мы подбирались к сути, и оба понимали это.
– Ну а что с Тарой? – Я скрестил на груди руки.
– Она – моя крестница, и оберегать ее – мой долг.
– Не понимаю.
Ленни всплеснул руками.
– Сколько раз я просил тебя составить завещание?
– А это-то при чем?! – изумился я.
– А ты подумай. Все последнее время, когда распутывалась эта ужасная история, ты прикидывал, что да как, опираясь на свой профессиональный опыт, верно?
– Положим.
– Ну и я действовал точно так же. Теперь представь себе: вы с Моникой мертвы, Тара плачет в соседней комнате. И тут появляюсь я, Ленни-адвокат. Я сразу понял, что будет дальше.
– И что же?
– Завещания ты так и не составил. Опекунов дочери на случай своей смерти не назначил. Неужели не понимаешь? Ведь в этом случае Тару должны были передать Эдгару.