– Я попробую разговорить этого парня, – объяснил Майрон.
– Как?
– Надавив нужные кнопки.
Она нахмурилась:
– Считаешь, он на это клюнет?
– Надеюсь. Главное, понимать, куда давить. – Майрон взял мобильник. – У меня с собой два сотовых телефона – один в кармане, другой в автомобиле. Я наберу с мобильника номер автомобильной трубки и оставлю линию открытой. Так ты услышишь все, что происходит. Записывай каждое слово. Если со мной что-нибудь случится, иди к Уиндзору. Он знает, что делать.
Одри кивнула, нагнувшись к водительскому креслу. По ее лицу мелькали тени от передних «дворников». Дождь набирал темп, заливая дорогу маслянистым блеском. Майрон миновал очередной перекресток. На обочине промелькнул дорожный знак с надписью «Оверпек-парк».
– Ложись! – велел он.
Журналистка легла. Майрон свернул направо. Еще один знак известил, что парк закрыт. Он двинулся дальше. Вся округа тонула в темноте, но он знал, что слева стоит лес, а справа тянутся конюшни. Болитар свернул направо. Лучи фар заплясали на площадке для пикников, озаряя пустые столы, скамейки, мусорные баки, спортивные снаряды и детский городок. Майрон уперся в тупик и остановил машину. Выключил свет, заглушил мотор, вытащил сотовый и набрал на сотовом номер трубки в своем автомобиле. Ответил на звонок, включив громкую связь, чтобы Одри могла все слышать. Потом стал ждать.
Несколько минут ничего не происходило. Дождь колотил по крыше, словно кто-то бросал в нее щебенку. Одри тихо лежала сзади. Майрон взялся за руль и крепко сжал его в ладонях. Он слышал, как сердце колотится в груди.
Внезапно темноту прорезал острый луч. Майрон сощурился, прикрыв глаза рукой, и медленно открыл дверцу. Ветер хлестнул его по лицу, обрызгав каплями дождя. Он вылез из машины.
Откуда-то из мрака донесся мужской голос:
– Подними руки!
Майрон вскинул ладони над головой.
– Расстегни куртку. Я знаю, ты носишь пистолет в наплечной кобуре. Вытащи его двумя пальцами и брось на сиденье автомобиля.
Продолжая держать одну руку в воздухе, Майрон расстегнул пуговицы. Он уже насквозь промок, с его головы текло ручьями. Он достал пистолет и положил его на кресло.
– Закрой дверь.
Майрон повиновался.
– Ты принес деньги?
– Сначала покажи товар, – произнес Майрон.
– Нет.
– Слушай, веди себя благоразумнее. Я даже не знаю, что покупаю.
Пауза.
– Подойди поближе.
Майрон шагнул к свету – в прямом и переносном смысле.
– Неизвестно, что ты продаешь, – заметил он, – но откуда мне знать, что ты не сделал копии?
– Ниоткуда. Тебе придется поверить мне.
– Кто еще знает об этом?
– Никто, кроме меня, – заверил голос. – Из тех, кто выжил.
Майрон прибавил шаг, держа руки над головой. Ветер бил ему в лицо. Мокрая одежда облепила тело.