Декан сплел пальцы и положил руки на стол, делая вид, будто владеет собой.
— Очень странный разговор у нас получается, — сказал он. — Может, объясните, зачем вы здесь?
— Думал, посидим, поболтаем.
— О чем?
— Для начала — о вашем факультете филологии. Вы до сих пор заставляете студентов зубрить «Беовульфа»?
— Слушайте, как вас там, у меня нет времени играть в бирюльки.
— У меня тоже. — Майрон достал из кармана «Укус» и бросил его на стол. Журнал уже поистрепался и был захватан руками, словно принадлежал подростку, переживавшему пору полового созревания.
Декан скользнул по нему взглядом.
— Что это такое?
— Так кто же из нас играет в бирюльки?
Декан Гордон откинулся на спинку кресла и принялся теребить пальцами подбородок.
— Кто вы? — спросил он. — Кроме шуток.
— Это не важно. Я лишь служу посланником.
— От кого?
— Кому. Служат кому-то, а не от кого-то, — поправил его Майрон. — Вы как-никак декан колледжа.
— Не умничайте, молодой человек.
Майрон взглянул на него.
— Спуститесь на землю.
Декан вдохнул полной, грудью, будто собирался нырять в воду.
— Чего вы хотите?
— Мне вполне достаточно радости общения с вами.
— Мне не до шуток.
— А это и не шутки.
— Вот и сделайте одолжение, перестаньте дурачиться. Что вам от меня нужно?
Майрон снова нацепил улыбочку — знак некоего высшего знания. Декан Гордон на миг растерялся, но потом улыбнулся в ответ, причем не менее лукаво.
— Или, может, лучше спросить, сколько вы хотите? — добавил он.
Похоже, самообладание мало-помалу возвращалось к Декану. Удар он выдержал и принял бой. Возникла сложная проблема. Но вполне разрешимая. Решение всегда можно найти. Деньги.
Гордон извлек из верхнего ящика чековую книжку.
— Ну-с?
— Не так-то все просто, — ответил Майрон.