Лорен Мьюз развела руками.
— А кто сказал, что с ней что-то случилось?
— Это сказали вы, Мьюз. Когда остановили меня в аэропорту. Вы сказали: «Это касается Эйми Биль». Не люблю хвастаться, но у меня поразительные способности делать выводы, и я понимаю, что если два полицейских говорят про Эйми Биль, то это не потому, что она выплюнула жвачку на уроке. Нет, совершенно очевидно, с ней что-то случилось. Поэтому не надо водить меня за нос, потому что я все понимаю!
— Вы закончили?
Он был готов. Он нервничал и начал говорить.
Лорен Мьюз достала ручку — блокнот уже лежал на столе. Лэнс Баннер стался стоять и хранил молчание.
— Когда вы видели Эйми Биль в последний раз?
Он понял, что спрашивать об Эйми было бесполезно — Мьюз все равно будет действовать по-своему.
— В субботу ночью.
— Во сколько?
— Думаю, между двумя и тремя часами.
— Значит, речь идет скорее не о субботней ночи, а о воскресном утре?
Майрон с трудом подавил в себе желание съязвить.
— Да.
— Понятно. А где вы ее видели в последний раз?
— В Риджвуде, штат Нью-Джерси.
Лорен записала в блокнот.
— Адрес?
— Я не знаю.
Ее ручка застыла на месте.
— Вы не знаете?
— Не знаю. Было поздно. Она говорила мне, куда ехать, а я просто ее подвозил.
— Понятно. — Лорен отложила ручку и откинулась на спинку кресла. — Расскажите все с самого начала.
В это время дверь распахнулась, и все обернулись посмотреть, в чем дело. В комнату ворвалась Хизер Кримстайн с таким видом, будто ее только что смертельно оскорбили и она требовала удовлетворения. На какое-то мгновение все молча замерли.
Хизер выдержала паузу, развела руки, выставила вперед правую ногу и закричала:
— Ну и ну!
Лорен Мьюз удивленно подняла бровь:
— Хизер Кримстайн?
— Мы знакомы, дорогуша?
— Я видела вас по телевизору.