Она поболтала соломинкой в бокале.
– И ты не можешь представить меня в окружении всех этих милых прелестей?
– Как раз наоборот. В этом-то и проблема.
– Понятно. То есть мне кажется, что понятно. – Она поерзала в кресле. – Пожалуй, я пойду.
– Я тебя отвезу.
– Возьму такси.
– В это нет необходимости.
– Думаю, есть. Спокойной ночи, Майрон.
Нэнси зашагала к выходу. Майрон встал. Уиндзор подошел к нему. Оба смотрели, как она исчезла за дверью.
– Проследишь, чтобы Нэнси благополучно добралась до дома? – попросил Майрон.
Уиндзор кивнул:
– Я уже зарезервировал ей автомобиль.
– Спасибо.
– Можно сделать маленький комментарий? – Уиндзор положил руку на его плечо.
– Валяй.
– Ты полный идиот.
По дороге они заехали к доктору на Верхний Уэст-Сайд. Тот поцокал языком, обработал рану и наложил швы. Добравшись до квартиры Уиндзора, друзья расположились в интерьере в стиле Людовика Какого-то со своими любимыми напитками. Майрон выбрал «Йо-хо», а Уиндзор – ликер «Эмбер».
Уиндзор стал переключать телеканалы. Остановился на Си-эн-эн. Майрон смотрел на экран и думал об оставшейся на острове Терезе. Он взглянул на часы.
«В это время она обычно ложится спать. Интересно, вернется ли она на телевидение? И почему меня это вообще волнует?»
Уиндзор выключил телевизор.
– Еще по стаканчику?
Майрон покачал головой.
– Что тебе сказал Сойер Уэллс?
– Немного. Клу сидел на наркотиках. Он пытался ему помочь. Бла, бла, бла. Сойер уходит из «Янкиз», ты в курсе?
– Нет, я не знал.
– Он благодарен, что они вывели его в свет и все такое. Но пришло время позаботиться о своих интересах и найти новых поклонников. Он отправляется в тур.
– Как рок-звезда?
Уиндзор кивнул:
– Включая футболки с фирменным логотипом.
– Черного цвета?