"Дикий слон Elephant".
Пятым оказался заросший колючими волосами мужчина дикобраз:
"Дикий дикобраз Porcupine".
В пятой скалила зубы на блондинку девушка-пантера:
"Дикая пантера Panthere".
- Мои экспонаты в зверинце - люди-звери, - князь Nikki превратился в безумно доброго дядюшку.
Он даже игриво попытался ущипнуть блондинку за худую ягодицу, но девушку намазали благовониями, поэтому рука князя соскользнула с блондинки.
Князь злобно посмотрел на рабов. Видели ли они его неудачу? - Посмотри на зверинец, который я любовно создал, когда осматривал подземелья замка.
Я трудился ради того, чтобы, когда лень расслабит мои члены, и не будет желания ездить на охоту и посещать рабынь и рабов в купальне, я спускался бы сюда и тыкал палкой в пленных человеко-зверей.
Это все я придумал, следил за работниками, когда они с трогательными улыбками и шумящими рабами, обустраивали зверинец.
Только львы в зверинце настоящие.
Они всегда голодные, и на их содержание уходит много еды, поэтому я часто подкармливаю львов провинившимися рабами. - Князь Nikki почувствовал ком в горле, и худые колени матушки под собой. - Некоторые мои гости считают, что я поступаю неправильно, когда содержу людей в клетках, как диких животных.
Мои друзья считают, что гуманнее было бы просто скармливать рабов львам.
И до сих пор во мне бурлит сомнение.
Теперь к сомнению добавилась боль в разбитой коленке! - Князь Nikki открыл рот еще шире, чтобы зачитать обвинительный приговор для блондинки, но боль ударила его ниже пояса, в коленку.
Князь скривил лицо в безумном танце: - В клетку ее, обойдемся без шуток! - решение принято
В просторной клетке нервно ходили из угла в угол белый лев и золотая львица.
При приближении князя и рабов, львы озверели.
Они бросались на клетку, ревели, показывали чудовищные клыки.
- Jakomo, открывай и запихивай, - князь даже привстал в коляске, парализованная матушка свирепо вращала глазами.
- Помилуйте, сиятельнейший князь, они же меня сожрут, - Раб Jakomo из бывшего смелого жениха блондинки превратился в дрожащую мышь.
Он с недоверием смотрел на князя, оглядел его с головы до разбитой ноги, надеялся, что князь шутит.
- Скажи, Jakomo, что ты делаешь в моем дворце?
- Служу вам, сиятельнейший князь Nikki.
- Тогда служи, Jakomo, - князь, несмотря на боль в коленке, засмеялся.
Он знал, что коленка воспалится, разбухнет, придется страдать и страдать, но это в будущем, а сейчас он желает насладиться зрелищем.
- Я надеюсь, что львы меня не тронут, и я смогу проводить взглядом каждый кусочек блондинки, который они закинут себе в пасти. - Раб Jakomo с величайшей предосторожностью открыл клетку, на чуть-чуть, на щелочку: - Да запихните ее скорее. - Он на правах любимца князя приказал другим рабам.
Но к величайшему удивлению всех, блондинка спокойно сама пошла к клетке.
"Хочу потрогать их милую шерстку", - она написала перед своей смертью (все думали, что перед смертью).
Но смерть взяла не блондинку, а Jakomo.