Настя нехотя направилась за ней. Наумов тоже поднялся и пошел следом.
Евдокия уже стояла рядом с Максимом в окружении толпы ликующих гостей. Даже в темноте было заметно, как полыхают румянцем щеки юной невесты, а сама она смущенно отводит глаза от Максима. Настя пыталась рассмотреть хоть малейший признак растерянности или волнения на лице самого Максима, но тот по-прежнему оставался спокойным и собранным.
Заиграли музыканты, послышалась торжественная песнь, и, подхваченная толпой, Настя последовала к женской части дворца, где была отведена спальня для первой брачной ночи супругов.
Каким-то невообразимым образом Настя оказалась в первых рядах гостей, вошедших в спальню следом за новобрачными. Хор продолжал петь оды, гости что-то желали молодым, а Настя, будто прикованная, стояла и смотрела на Максима. Как он берет Евдокию за руку… Подходит вместе с ней к большому ложу, застланному пурпурным шелковым покрывалом… Оборачивается с улыбкой к гостям… Их взгляды наконец встречаются, и улыбка застывает на его лице.
Еще мгновение и Настя, стряхнув с себя наваждения, первая отвела глаза и, развернувшись, начала пробираться сквозь толпу назад, прочь из спальни. К счастью, ее комната находилась в этой же части дворца, и вскоре она уже запирала за собой дверь.
Оставшись одна, Настя забралась с ногами на постель и закрыла лицо руками. В носу щипало от приближающихся слез, но глаза оставались сухими.
— Что за глупости?.. — прошептала она, тяжело вздыхая. — Сплошные глупости… И бессмысленность… Зачем?..
— Ты уже здесь? — в проеме двери как всегда некстати появилась Зиновья. — Почему убежала?
— Мне снова прихватило живот, — соврала Настя. — Наверное, болезнь до сих пор не прошла…
— Тогда ложись скорее, — строго сказала Зиновья. — Отдыхай. Завтра точно надо позвать лекаря…
Настя ничего не стала на это отвечать, молча разделась и легла под покрывало.
— Хорошая была свадьба, — протянула Зиновья, тоже раздевшись и укладываясь в кровать. — Это великая радость для нас, что удалось побывать на императорской свадьбе… Я буду помнить ее всю свою жизнь…
Она сладко зевнула, потом еще раз и уже сонно пробормотала:
— Евдокии-то нашей как повезло, — и тут же послышалось ее тихое сопение.
Настя, прикрыв глаза, вновь вздохнула и повернулась на бок. Мыслями она уплывала то во вчерашний день, где была в маленькой церквушке, то в вавилонские сады, то в императорскую спальню, откуда сбежала некоторое время назад.
Вдруг скрипнула дверь, и Настя, встрепенувшись, подняла голову, всматриваясь в сумрак комнаты. В проеме двери стоял человек, о котором она только что думала.
— Максим? — не поверила она своим глазам. — Это ты?
— Тише, — это и вправду был он: его голос заставил сердце Насти биться чаще. — Ты разбудишь свою соседку… — Максим медленным шагом приблизился к ней.
— Что-то случилось?..
— Нет, — ответил он после некоторой паузы. — Я просто хотел узнать, как ты…
— В порядке, — Настя чувствовала, как начинают гореть ее щеки. Что он здесь делает? Почему пришел? Неужели, чтобы увидеть ее? А как же Евдокия?..
— Хорошо, — тихо проговорил Максим, присаживаясь перед ней на колени, так что их лица оказались на одном уровне. Настя видела, как его глаза блестят в темноте. — Тогда спокойной ночи.
— Спокойной ночи… — эхом отозвалась девушка.
— Спи, — Максим положил руку ей на плечо.
Настя почувствовала теплое покалывание там, где его ладонь коснулась ее кожи, а потом ее веки внезапно стали наливаться тяжестью.
— Спи… — еще раз повторил Максим, и она провалилась в глубокий сон.
***
Он держался весь день. И у него даже неплохо получалось. Не смотреть в ее сторону. Не ловить ее взгляды. Не обращать внимания на то, что они с Объектом № 2 почти всегда вместе. Радоваться тому, что все идет по плану.
А потом он сорвался.
Просто вдруг захотелось увидеть ее всего на секунду. Захотелось до зубного скрежета. Так, что терпеть стало невмоготу. Даже придумал себе отличное оправдание: проверить, заснула ли Объект № 1, чтобы можно было продолжить Перемещение. Хотя абсолютно не обязан был это делать. Для таких мелких вопросов существуют Внутренние Наблюдатели.