Я сообщил ему, где нахожусь, и спросил:
— Вы знали, что мисс Джулия собирается поехать сюда?
— Да. Перед тем как уехать, она попросила меня пересылать всю почту, адресованную ей, туда.
— И вы рассказали Наджибу, где он может ее найти?
— Все, что я делаю — мое дело.
— Да, все, что я могу сказать, — что вам не следует путешествовать на катере с Тишем Кермодом. Вы страшно все запутали. Где О'Дауда?
— Он здесь и хочет вас видеть.
— Еще бы. Скажи ему, что я буду очень скоро. Он прочитал письмо Джулии?
— Какое письмо?
— То, в котором она сообщает, что разрывает с ним.
После некоторой паузы он сказал:
— Да.
— Жаль.
Я повесил трубку.
Так как О'Дауда знал, что Джулия порвала с ним, я подумал, что она вряд ли будет для Наджиба и компании сильным козырем в их игре против О'Дауды. О'Дауде очень нужен сверток и ему будет абсолютно наплевать на то, что случится с Джулией. А с ней может случиться масса вещей, потому что Наджиб играл по крупному от имени генерала.
Я поджарил себе яйцо и раздумывал еще какое-то время, но ни к чему не пришел. Я поднялся наверх и упаковал свои вещи, включая шикарную пижаму. Я понял, почему Панда и Наджиб не стали ждать, когда я вернусь из отеля. Разговор со мной их не интересовал. Они решили напрямую выйти на О'Дауду.
Одна вещь была для меня ясна. У меня был сверток и я не хотел, чтобы с Джулией что-нибудь случилось. Это означало, что я буду вынужден отдать сверток Наджибу. О'Дауде это не понравится, Аристиду тоже. Они оба постараются сделать все, что в их силах, чтобы остановить меня. Пока, решил я, будет лучше, если сверток полежит на почте в Эвьене, пока я не проясню ситуацию.
Я запер шале и отъехал на “Фейсл Веге”. Хорошо, что у меня не было с собой свертка. На подъезде к Клузу меня остановила пара полицейских на мотоциклах. Они были очень вежливы, проверили мои документы, а затем сантиметр за сантиметром обыскали всю машину. Разочарованные результатом, они спросили, куда я еду. Я не был в этом уверен, но чтобы порадовать их, сказал, что в Шато де ля Форклас. По-гальски галантно помахав рукой, они пожелали мне доброго пути и километров пятнадцать сидели у меня на хвосте. Но их, должно быть, срочно вызвали куда-то по рации, потому что, когда я подъезжал к Тонону, расположившемуся на берегу озера, появились другие полицейские мотоциклисты, притормозили меня немного, взяли в вилку и отконвоировали меня в город на Кве де Рив, где мы все остановились. Аристид поджидал меня в потрепанном голубом седане.
Он вышел, отпустил полицейских, вернулся ко мне и пригласил меня выпить в кафе через дорогу. Он заказал себе пернод, а мне пиво, и тепло улыбнулся. Василек в его петлице уже подзавял и бритвенный порез был в этот раз уже в другом месте.
— Отлично ты сработал на поле для гольфа, — сказал он.
Я мысленно согласился с ним.
— У тебя по всей Франции есть девушки, которые готовы тебе помочь?
— Их очень много, но адреса я не продаю. У меня сегодня не торговое настроение.
— Жаль. Последнюю ночь ты провел с этой мисс Джулией Юнге-Браун?
— Да. Она — первоклассный повар и мы ели баранье рагу, приготовленное в бренди. Я не знаю, как она его готовила, но это заняло часа два.
Он кивнул.
— Можно было сделать и в вине. Но обязательно с чесноком. Совсем чуть-чуть.
— Он там был.
— И где она сейчас?
— Не знаю. Я пошел прогуляться перед завтраком, а когда вернулся, ее уже не было. Одна наша знакомая оставила эту записку.