У мола его ждал джип, рядом стоял сержант в форме, на фуражке его был прикреплен значок Королевских артиллерийских сил. Неподалеку, но все же на почтительном расстоянии собралась толпа местных жителей. Они стояли под пальмами и наблюдали за происходящим.
Сержант вытянулся и отдал Джону честь.
– Сержант Бенсон, сэр, – представился он.
– Рад приветствовать вас, сержант.
Крепкого телосложения, лет тридцати пяти, сержант Бенсон производил впечатление человека добродушного и серьезного.
Брюки его были отутюжены самым тщательным образом, а знаки различия на рукаве выцвели и почти побелели от постоянного пребывания на солнце.
Навстречу им из толпы вышел человек, приветственно приподняв шляпу. Высокий, крепкий, загорелый, он держался спокойно и непринужденно. Приблизившись к ним, улыбнулся и на несколько высокопарном английском произнес:
– Сеньор Андреа Альдобран к вашим услугам, майор. Я управляющий местного винного кооператива. Если вам понадобится помощь, обращайтесь ко мне. Жители Моры рады приветствовать вас.
– Благодарю вас, сеньор Альдобран.
Альдобран улыбнулся, довольный тем, что выделился на фоне остальных островитян, и сказал:
– Нас тут мало, майор, но наши сердца всегда открыты для англичан… У меня в конторе имеется очень недурной херес. Так что буду рад принять вас у себя.
– Благодарю. Обязательно зайду как-нибудь отведать вашего хереса, сеньор Альдобран.
Они сели в джип, сержант Бенсон, дав задний ход и не обращая внимания на приветствия островитян, начал прокладывать путь сквозь толпу и вскоре выехал на дорогу, ведущую к крепости.
– С местными жителями ладите? – спросил Джон, сидевший на переднем сиденье рядом с сержантом. Имрей пристроился сзади.
– Да, сэр. Они довольно дружелюбные, только, ей-богу, как дети. Некоторые, правда, нечисты на руку, тащат все, что плохо лежит. Альдобран у них старший.
Бенсон говорил осторожно, присматриваясь к новому офицеру. Тот вроде бы внушал доверие. Только разве сразу поймешь, что за человек перед тобой? Иные тоже на вид сначала кажутся вполне добропорядочными…
– Хочу все осмотреть, сержант, и определиться с жильем, а по ходу дела со всем познакомлюсь. Вы конечно же знаете, кого мы привезти сюда?
– Да, сэр. Нам сообщили из Порт-Карлоса. Кроме того, у одного из наших солдат есть коротковолновый приемник, мы слушаем новости из Лондона. Сам-то я год прослужил на военной базе в Кирении.
– Сколько сейчас людей в вашем распоряжении, сержант?
– Двенадцать человек, сэр. Один капрал, врач… – Бенсон немного помолчал в нерешительности, потом прибавил:
– В общем, сами все увидите, сэр. К нам ведь сюда попадает не самый цвет армии… – Он вдруг покраснел, сообразив, что сказал не то, и, желая исправить положение, поспешно добавил:
– Это относится к солдатам, сэр.
Джон рассмеялся:
– Иногда это относится и к офицерам. Ладно, я познакомлюсь с ними, когда закончу осмотр крепости.
Вскоре машина поравнялась с тремя отбившимися от стада козами, которых погонял мальчик. Завидев джип, он поднял руку и, помахав Бенсону, поздоровался. Тот нахмурился, переключил скорость и, когда машина преодолела небольшой подъем, недовольно пробурчал:
– Вот, все они такие.
Дорога пошла вниз, к обширному, пыльному плато, окруженному со стороны моря высокими зарослями кактусов и агавы, которые словно гигантские шипы торчали из земли. За ними начинался крутой, примерно в сотню футов спуск к морю. Форт-Себастьян располагался на самом краю мыса, и две его башни возвышались над водой. Они соединялись длинной зубчатой стеной, в центре которой находился высокий арочный вход в крепость. Прочные деревянные двустворчатые ворота были закрыты, возле них стоял часовой со штыком. Завидев приближающийся джип, он вытянулся по струнке.
В течение следующего получаса Джон осматривал крепость, внутренний двор. Со стороны моря возвышалась Флаговая башня, напротив нее еще одна, не такая высокая. Эту башню называли Колокольной: на самом ее верху с внутренней стороны был подвешен старинный набат. Колокольная башня выходила на длинный откос гребня, тянувшегося на несколько миль до самой Ла-Кальдеры. По периметру крепостной стены проходила галерея, а в самих стенах располагались самые разнообразные помещения: жилые комнаты, кладовые, кухня, оружейные склады, квартиры для офицеров и обшитая деревом столовая, Все они были рассчитаны по меньшей мере человек на триста.
Большинство из них, сырые и пустынные, стояли запертыми, а сержант Бенсон и его подчиненные ютились в нескольких комнатках, расположенных с другой стороны крепостного двора.
Джон решил поселить Шебира и его спутников в Колокольной башне. Три просторные комнаты вполне могли служить спальнями, а самая большая, располагавшаяся над ними, – столовой. На площадке между этажами была устроена примитивная ванная и туалет. Войти в башню можно было только со стороны галереи, поднявшись по каменным ступеням из внутреннего двора. Себе Джон облюбовал две комнаты рядом с главными воротами и столовой.