Пересечение Эйнштейна (сборник): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Для тебя?

Она обвела рукой комнату.

— Для них, — она повернулась к людям. — Эй, вы! Успокойтесь и слушайте! Молчите!

Люди заулыбались.

— ...и слушайте!

Они слушали. Голубка повернулась ко мне и кивнула. Я посмотрел на мачете.

Пистолет схватился за голову. Я улыбнулся ему, присел на край пустого стола и пробежался пальцами по рукоятке.

Я сыграл одну ноту. Взглянул на людей. Потом другую. И засмеялся.

Подростки тоже засмеялись.

Я сыграл еще несколько нот, снизил, потом поднял их до пронзительного вопля.

Я захлопал рукой по столу в такт мелодии. Музыка ожила, понеслась.

Дети думали, что дальше тоже будет весело. Я раскачивался на краю стола, закрыв глаза, хлопал и играл. Сзади кто-то тоже захлопал вместе со мной. Я усмехнулся в флейту (трудно), и музыка засверкала. Я вспомнил мелодию, полученную от Паука. Тогда я решил сделать то, чего прежде не делал. Я позволил одной мелодии плыть без моего участия и заиграл другую. Тона и полутона сливались и подталкивали друг друга в гармонию, когда неожиданно налетали на мои хлопки. Я вкладывал музыку в каждое движение своего тела, в каждый хлопок ногой, в каждый нажим пальца. Я играл, поглядывая на людей, обрушивая на них музыку, придавливая их ее весом, и, когда ее стало достаточно, я затанцевал на столе. Движения повторялись: танцевать самому — это совсем не то, что наблюдать за танцующими. Я танцевал на столе. Изо всех сил. Я хлестал их музыкой. Звуки наталкивались друг на друга, взрывались. Аккорды распускались, раскрывались, как насытившиеся хищные цветы. Люди кричали, я пронзал их стремительными ритмами. Они тряслись и не могли усидеть на своих стульях. Я повел четвертую линию, добавляя в диссонанс все больше и больше новых нот. Трое начали танцевать со мной. Я стал играть для них. Ритм поддерживал их подергиванья. Старика трясло возле синеглазой девушки. Хлоп. Подростки тряслись, плечо — Хлоп — о плечо. Престарелая пара крепко держалась за руки. Хлоп. Звук сделал мертвую петлю, — Хлоп — затронув всех и каждого. Мгновение тишины. Хлоп. И растекся по всей комнате; и как драконы в пустыне, люди, все вместе, застонали и застучали по животам в такт мелодии.

На возвышении, где стоял стол Голубки, кто-то распахнул широкие окна.

Ветер, налетающий на мою потную спину, заставил меня закашляться. Кашель загрохотал в полости моей флейты. Теперь я почувствовал, как шумно и душно было в замкнутой комнате. Танцующие двигались к балкону. Я продолжил играть и последовал за ними. Пол был выложен красной и голубой плиткой. В золотистых сумерках заструились голубые раны. Двое танцоров прислонились к перилам балкона, отдыхая. Мачете затихло, когда я оглянулся...

Ветер развевал серебряное платье. Но это была не Голубка. Она отняла смуглые пальцы от смуглых щек, припухшие губы прощались со вздохом. Она пригладила волосы, заморгала, высматривая кого-то среди людей. На некоторое время исчезла среди толпы, снова появилась.

Смуглая Челка...

Челка вернулась и вращалась среди танцующих...

Прекрасная и желанная...

Однажды я был так голоден, что когда поел, испугался. Теперь — тот же страх, только сильнее. Музыка играла сама по себе, мачете выпало из моей руки. Однажды Челка швырнула гальку...

Я побежал по лабиринту танцующих, всех расталкивая.

Она увидела меня. Я схватил ее за плечи, она стиснула меня, прижалась щекой к моей шее, грудью к моей груди, рука на моей спине. Ее имя плыло в моей голове. Я знал, что делаю ей больно. Ее кулаки вдавились в мою спину.

Глаза мои были мокры и широко открыты. Я хотел открыть в ней все. Я стиснул хрупкое тело, ослабил хватку и снова сжал руки.

В парке, под балконом, выделялось одно дерево, над которым висело безумное солнце. На дереве, наклонив голову так низко, как бывает, когда у человека сломана шея, привязанный руками к ветвям, висел Зеленоглазый. По его рукам стекала кровь.

Она повернулась в моих руках посмотреть, что я там увидел, и тут же закрыла ладонями мои глаза. Я почувствовал, как из ее рук заструилась музыка. Это была траурная песнь девушки, закрывавшей сейчас мои глаза, и звучала она для распятого принца.

И сквозь музыку я различил шепот.

— Чудик, будь осторожен. — Это был голос Голубки. — Хочешь рассмотреть это внимательно?

Пальцы у моего лица замерли.

Я могу заглядывать вглубь. Где-то в скалах скал, под дождем, ты умер.

Хочешь посмотреть на это внимательнее?..

— Я не привидение!