— Говорил же тебе — перенакрутила ты, девочка, — произнес Родион Павлович, поднимая чашку и делая первый глоток уже остывшего за время перепалки чая. — Проще надо было, глядишь — и не пришлось бы краснеть сейчас. Но кто по молодости ошибок не совершал?
— Давайте ближе к делу, — потребовал я. Это вот жонглирование словами уже начало утомлять.
— Ближе, так ближе. Ежели Антонина Игоревна собирается молчать, то я расскажу.
— Я сама, — глухим голосом произнесла девушка. Помолчала, будто собираясь с духом, и продолжила: — Ты ведь уже сообразил, о чем наш Лидер по тебе с другими семьями договаривался?
— В общих чертах. Но давай ты сама это скажешь, чтобы не было недопонимания в дальнейшем.
— Как угодно. Суть в том, что ты имеешь уникальный тип. Подобные тебе никогда не были в составе кланов, да и сами по себе встречаются нечасто. Поэтому само твое появление в наших рядах сразу же подняло акции Ланских на недосягаемую высоту. Еще бы — Ликвидатор! Даже если опустить потенциальную полезность Ликвидатора в плане боевых возможностей, сам по себе генотип уже превращает тебя в очень весомую валюту.
— И вы решили этими генами поторговать? Сделать меня бычком-производителем?
— Не все так просто. То есть да, но не без оговорок. Видишь ли, новусы боятся Ликвидаторов. Очень. Можно сказать, что такие, как ты, — наши единственные враги. Причем враги неизученные и опасные. Поэтому, прежде чем предлагать товар, нужно было убедиться, что он не порченый.
«А чего, сами побоялись попробовать?»
Я сморщился на моменте, когда девушка назвала меня товаром. Неприятно, хотя, по сути, верно. Я был именно товаром, с помощью которого Ланские хотели добиться своих целей. Каких, кстати?
— За тобой постоянно наблюдали. Не мы, другие семьи. Для этого тебе дали иллюзию свободы и право на передвижение по городу. Тебя смотрели на тренировках, на ночных прогулках, даже во время сна изучали. Ну и под конец решили проверить выходом в свет.
— «Ильм»?
— Да. Там ты должен был пройти последнюю проверку. Дать понять, насколько управляешь своим типом. Но она, как ты понимаешь, провалилась.
— То есть люди в черном — это не часть вашего гениального плана?
— Нет. На случай, если ты слетишь с катушек под воздействием коктейля, там дежурили лучшие оперативники трех семей.
— Там ни одного взрослого не было… Да ладно! Дети — лучшие оперативники?
— Не все. Шестеро из них. И они гибриды, ты с такими еще не сталкивался.
Ну почему же не сталкивался? Очень даже сталкивался. У вас же, у Ланских. Мальчуган, который разгонял камешки настолько, что они прошивали лист фанеры, как тонкую пленку. Вот, значит, кто это, гибриды. Ну, будем знать. И помалкивать.
— А если бы я их Криком приложил?
— Прострелили бы гортань, — пожала плечами девушка.
Кстати. Кроме шуток, надо подумать о защите шеи.
— Ладно. С этим, допустим, ясно. Палыч отправляет меня якобы блудить, хотя на само деле на смотрины адекватности племенного быка. Я экзамен проваливаю…
— На само деле ты его прошел.
— Да? Когда на стол с ногами запрыгнул?
— Ну, не стал же никого трахать! Понял, что происходит, и сбежал. Это, скорее, тебе в плюс засчитывается.
— Ок. Значит, выдерживаю экзамен, возвращаюсь и обнаруживаю там выездной филиал медуниверовской расчлененки. К которому вы, мои дорогие названные родственнички, совершенно не причастны. Так?
Тоня кивнул. С секундной задержкой кивнул и Вадим. Даже Родион Павлович согласно прикрыл глаза. Я тоже ненадолго смежил веки, но не в аналоге кивка, а просто желая некоторое время не видеть этих рож, которые вызывали у меня острое желание нанести тяжкие телесные повреждения.
— Отлично. Значит, раз уж мы решили, что как бык-осеменитель я сообществу новусов подхожу, перейдем к другому вопросу. Кто были эти люди? Федералы?
— Конечно, нет, Ваня. — Вадим посмотрел на меня, как на ребенка. — Федералы осведомлены о появлении нового вида, но не враждуют с нами, а сотрудничают. Для них такая акция совершенно нехарактерна, да и бессмысленна, в общем-то.
— Я, безусловно, много еще чего не знаю, Вадим, но выглядело все так, будто детишек хотели взять в плен. С последующим изучением и, вероятно, использованием в деле развития демократических институтов.