Психология допроса на предварительном следствии: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Введение

Психологическая наука для следственных работников имеет чрезвычайно важное значение. Одна из конкретных задач этой науки — вооружить следователей объективными и достоверными психологическими знаниями, которые обеспечили бы эффективность расследования.

Предлагаемая читателю книга посвящена лишь одной грани предварительного расследования — психологии допроса. Она явилась результатом многолетней практической работы автора в органах прокуратуры и суда, а также педагогической деятельности. При написании ее использованы новейшие исследования советских психологов и результаты экспериментов, проводимых автором в лаборатории судебной психологии при кафедре криминалистики юридического факультета Казахского Государственного университета.

В работе раскрывается сущность допроса с точки зрения психологической, выделяются его составные части и описываются психологические и информационные процессы, которые происходят при производстве этого следственного действия. Автор старался показать основные предпосылки и закономерности допроса, имея в виду, что творческое и эффективное использование психологических знаний на практике остается делом каждого следователя.

ГЛАВА I. ОБЩАЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА

ДОПРОСА НА ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМ СЛЕДСТВИИ

В процессуальной, криминалистической и судебно-психологической литературе допрос рассматривался в различных планах. Он изучался как получение следователем показания в установленной законом форме^{1}; как общение, во время которого осуществляется обмен информацией^{2}; как ритуал, беседа, формы которой строго регламентированы нормами уголовно- процессуального права, а участники (собеседники) находятся в заведомо неравном положении^{3}. При этом обычно изложение начиналось с определения понятия допроса, а затем шла аргументация и иллюстрация. Но существует и другой, на наш взгляд, более продуктивный путь исследования — это компанентно-структурный анализ допроса и изучение его внутреннего и внешнего функционирования. Для этой цели перспективным представляется подход, утверждающий принцип системности в анализе.

С позиций этого подхода допрос можно отнести к разряду сложных систем. В кибернетике под системой понимается множество однородных или разнородных объектов, объединенных некоторой формой взаимодействия или существенной взаимной зависимостью с точки зрения реализуемых целей.

Рассматриваемый как система допрос на предварительном следствии состоит из трех элементов, или подсистем: уголовно-процессуального закона, следователя и допрашиваемого (свидетеля, потерпевшего, подозреваемого или обвиняемого). Включение в системный анализ норм уголовно-процессуального закона наряду с допрашивающим и допрашиваемым обусловливается тем, что ни один из этих элементов допроса не может выполнять свои функции отдельно от остальных. Каждый из них реализует свое назначение лишь тогда, когда он включен в контекст допроса.

Уголовно-процессуальный закон регламентирует полномочия и обязанности следователя, наделяет правами и обязанностями свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого^{4} регулирует поведение участников допроса, осуществляя как бы разделение труда между ними: следователя обязывает управлять ходом допроса, всесторонне, полно и объективно исследовать обстоятельства дела (ст. 20 УПК РСФСР^{5});

допрашиваемого—подчиняться законным требованиям допрашивающего, сообщать все то, что ему известно по делу (ст. ст. 46, 52, 53, 73 УПК РСФСР).

Реализация этих предписаний закона предполагает наличие коммуникативной связи, которую устанавливает следователь с допрашиваемым, и гибкой координации их действий в ходе групповой деятельности.

Поэтому все три элемента допроса можно рассматривать в их неразрывном функциональном единстве, в качестве подсистем некоей самоуправляемой двухступенчатой системы (рис. 1).

Рис 1. Графическая модель допроса.

В этой системе нормы уголовно-процессуального закона выступают как высшее звено управления (I уровень управления), а следователь, призванный регулировать поведение допрашиваемого, оценивать соблюдение им процессуальных функций,— как низшее звено управления (II уровень управления). Стрелки между подсистемами отражают управляющее воздействие на управляемый объект, а пунктирная линия—обратную информационную связь. Внизу рисунка представлен результат работы системы — показания, которые исходят от допрашиваемого.

Проверка исполнения следователем и допрашиваемым предписаний закона является функцией прокурора, осуществляющего надзор за следствием. В приведенной схеме его можно было бы поместить под управляющим органом. Таким образом, уголовно-процессуальный закон является условием образования системы и функционирования двух других элементов. В этом смысле, как правильно отмечают Л. Б. Филонов и В. И. Давыдов и следователь, и допрашиваемый находятся под воздействием одного и того же фактора— норм уголовно-процессуального закона^{6}.

Если свидетель, потерпевший, подозреваемый и обвиняемый, явившись на допрос по просьбе следователь, дают исчерпывающие показания обо всем, что им известно по делу, то по отношению к ним не возникает необходимости в управляющем воздействии со стороны допрашивающего. Его задача состоит в том, чтобы не упустить верную возможность получения полных и правдивых показаний.

Следователь в данном случае в соответствии со ст.ст. 141, 151, 160, 161 УПК РСФСР выполняет удостоверительную функцию, занося показания в протокол. Это та ситуация, о которой мы можем сказать, что предписания норм уголовно-процессуального закона реализуются в деятельности участников допроса без всяких помех. Но такая идеальная ситуация на допросе бывает не всегда.

Получение показаний, полно и объективно освещающих интересующие следствие факты, нередко сопряжено с определенными трудностями. Существуют объективные и субъективные факторы, которые в той или иной степени влияют на полноту и правильность воспроизведения показаний: допрашиваемый не может припомнить отдельные детали или он в процессе воспроизведения на допросе непроизвольно искажает течение событий недобросовестный свидетель, потерпевший, а еще чаще подозреваемый и обвиняемый преднамеренно оказывают противодействие следователю, отказываясь от дачи показаний или давая заведомо ложные показания. В подобных ситуациях, чтобы привести допрашиваемого в состояние, обеспечивающее получение объективной и полной информации, возникает необходимость в оказании на него управляющего воздействия.

Управляющее воздействие следователя на допрашиваемого оказывается с помощью управляющей величины^{7}, т. е. всего того, что вызывает у допрашиваемого положительные изменения в соответствии с целью допроса. В криминалистике управляющая величина—это тактические приемы допроса. В ходе подготовки к предстоящему допросу или хотя бы на начальной его стадии следователю необходимо определить цель допроса. В общей форме она указана в самом процессуальном законе Статья 74 УПК РСФСР устанавливает, что свидетель может быть допрошен о любых обстоятельствах, подлежащих выяснению по делу. Согласно ст. 75 УПК РСФСР потерпевший обязан дать правдивые показания сообщить все известное ему по делу и ответить на поставленные вопросы Статьи 76, 77 УПК РСФСР предоставляют обвиняемому (подозреваемому) право давать показания по поводу предъявленного обвинения (обстоятельств, послуживших основанием для его задержания или заключения под стражу, а равно по поводу иных известных ему обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств). Как видим/закон целью допроса устанавливает получение правдивых показаний об обстоятельствах дела, по поводу которых ведется допрос. Эта цель определяет процессуальную позицию следователя, но необходимо учитывать, что задача получения правдивых показаний предполагает правильную их оценку допрашивающим Между тем во многих случаях следователь лишен такой возможности, поскольку к моменту допроса обстоятельства исследуемого события с достоверностью им могут быть еще не установлены. Поэтому оценка показаний следователем в ходе допроса часто носит вероятностный характер.

Надо иметь в виду также и то, что объем и содержание сведений, которые сообщает в своих показаниях свидетель, потерпевший, подозреваемый, обвиняемый, обусловлены психофизиологическими свойствами этих лиц в момент восприятия интересующих следователя обстоятельств: состоянием анализаторных систем, опытом, уровнем знания, интересом, степенью активности, переживаемым чувством, ранее сложившимся отношением к тому, что воспринимается, и т. д. Вот почему восприятия одного и того же предмета или явления у разных людей могут вызвать различное субъективное отражение.

Иногда допрашиваемый искаженно воспринимает тот или иной факт или забывает о каком-либо обстоятельстве, которое интересует допрашивающего. Таким образом, показания допрашиваемого должны оцениваться следователем с учетом психологических закономерностей их формирования. Исходя из сказанного, целью допроса с психологической точки зрения следует считать получение от допрашиваемого имеющей значение для дела максимально полной информации в соответствии с тем, как допрашиваемый воспринял и сохранил ее в памяти.

В каждом конкретном случае содержательная сторона цели допроса детерминируется исследуемым фактом и формулируется самим следователем с учетом собранных по делу данных, характера поведения допрашиваемого и тактической ситуации в целом. При этом формулировка цели допроса, во-первых, помогает следователю правильно определить свою процессуальную позицию и уяснить свои задачи по получению правдивых показаний; во-вторых, способствует устранению возможности конфликта между следователем и допрашиваемым им лицом на почве необоснованного требования сведений, которых это лицо не восприняло или не сохранило в памяти. Таким образом, сущностью допроса является взаимодействие следователя с допрашиваемым, которое направлено на то, чтобы получить информацию в соответствии с целью допроса. Трактовка содержания допроса как взаимодействия следователя и допрашиваемого подчеркивает, что допрос не пассивное получение информации, имеющей значение для дела, а активная деятельность участвующих в нем лиц.

Характер взаимодействия в ходе допроса связан с поведением допрашиваемого. Свидетель, потерпевший, подозреваемый, обвиняемый не остаются безразличными к содержанию того, что они сообщают, стремятся понять значение информации, которую предстоит им дать, в силу чего могут полностью или частично изложить известные им сведения, а могут и сознательно утаить их. При этом лицо, как правило, желает сохранить, отстоять заранее избранную им позицию. Результат допроса порой зависит не в меньшей мере от допрашиваемого, чем от того, кто производит допрос. Чтобы обеспечить эффективность допроса, следователь должен строить свой подход к допрашиваемому, свое управляющее воздействие в соответствии с тем, как ведет себя лицо, вызванное на допрос. В условиях советской действительности правдивые показания дают абсолютное большинство свидетелей и потерпевших, ибо им присуще искреннее стремление помочь следствию правильно разобраться в расследуемом событии, добросовестно рассказать обо всем известном Под тактической ситуацией (или обстановкой) понимается любая ситуация, которая в данный момент или в будущем оказывает или может оказать влияние на получение следователем достоверной информации как в положительном, так и в отрицательном смысле Поэтому тактическая ситуация допроса является полем взаимодействия следователя с допрашиваемым по делу Такая позиция объясняется высокой нравственностью советских людей, пониманием своих процессуальных обязанностей как гражданского долга. Цели и задачи борьбы с преступностью в нашем обществе органически соответствуют личным целям и задачам такого свидетеля и потерпевшего. Но встречается и другая группа людей, моральный уровень которых недостаточно высок. Выступая свидетелями или даже потерпевшими, они под воздействием заинтересованных лиц или в угоду каким-то собственным интересам не прочь были бы дать ложные показания. Однако, вызванные на допрос, они также добросовестно выполняют свои обязанности, дают правдивые показания, подчиняясь требованиям закона. Таких свидетелей и потерпевших также следует относить к числу добросовестных.

Таким образом, внутренним стимулом, побуждающим свидетеля, потерпевшего добросовестно выполнять свои обязанности и давать правдивые показания, является в одних случаях их высокое моральное сознание, а в других — сознание ответственности перед законом, подчинение их управляющему воздействию закона.

Допрос добросовестных свидетелей, потерпевших, как правило, не приводит к конфликтам. Совпадение или непротиворечивость целей как бы сами собой сближают следователя и добросовестного свидетеля, потерпевшего, создают между ними те отношения, которые максимально способствуют успеху допроса. Такая согласованность во взаимоотношениях следователя со свидетелем, потерпевшим, по нашему мнению, является основой того процессуального отношения, которое среди криминалистов получило название психологического контакта. Стало быть, психологический контакт между следователем и свидетелем, потерпевшим имеет место только тогда, когда их цели и задачи совпадают или хотя бы не противоречат друг другу.

Линия поведения обвиняемого на допросе также бывает разной. Во многих случаях обвиняемый признает себя виновным в предъявленном ему обвинении и сообщает факты и обстоятельства совершенного им преступления. Чаще всего такая позиция обвиняемого объясняется побуждениями этического порядка — осознанием вины, чистосердечным раскаянием и угрызениями совести, являющимися началом его нравственной перестройки. Существует и другая причина правдивых показаний обвиняемого на следствии это признание своей вины под влиянием изобличения или расчета на смягчение наказания. Такое признание хотя и не связано с нравственной стороной сознания, все же свидетельствует об определенных положительных сдвигах в психике виновного.

В подобных случаях на допросе обвиняемого, как правило, не возникает конфликтных ситуаций, ибо поведение допрашиваемого не противоречит целям и задачам следствия. Своими правдивыми показаниями обвиняемый содействует следователю в установлении истины. Между следователем и допрашиваемым возникает согласованное процессуальное отношение, обеспечивающее в целом успех допроса. Такую согласованность во взаимоотношениях следователя с обвиняемым на допросе мы также понимаем как психологический контакт. Все сказанное в полной мере относится и к подозреваемому.

Успеху допроса способствует, однако, не всякая согласованность действий следователя и допрашиваемого. В следственной практике бывали случаи, когда следователь, отстаивая свою ошибочную, предвзятую версию, «подталкивал» обвиняемого, подозреваемого на самооговор или сам шел у него «на поводу». На почве такого своеобразного «слияния интересов» между субъектами допроса может устанавливаться бесконфликтное отношение, внешне похожее на психологический контакт При этом следователь получает «чистосердечное» показание и «раскрывает» преступление, а недобросовестный допрашиваемый добивается осуществления своих антиобщественных целей. Здесь имеет место лишь внешнее контактное взаимодействие участников допроса при противоположности целей и задач, которые они преследуют. Подобного рода факты возможны при нарушении процессуальных норм: с одной стороны невыполнение следователем своих обязанностей или недобросовестное, недоброкачественное их выполнение, с другой стороны, ложная позиция обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего, свидетеля. Такие нарушения не могут привести к выяснению истины по делу и достижению задач уголовного судопроизводства. Вот почему психологический контакт нельзя сводить, как делают это некоторые авторы{8}, лишь к желанию допрашиваемого вступить в общение со следователем и дать ему показания. Для психологического контакта недостаточно и субъективного мнения следователя о правдивости показаний допрашиваемого, ибо такое мнение может оказаться ошибочным. Следовательно, согласованность целей следователя и допрашиваемого, которая лежит в основе их совместных усилий, вместе с тем должна находиться в соответствии с целями и задачами уголовного судопроизводства или во всяком случае не противоречить им. При наличии такой согласованности следователь может кооперировать{9} свои действия со свидетелем, потерпевшим, подозреваемым, обвиняемым. Это означает, что психологический контакт нельзя относить к тактическим приемам допроса. Его определение можно сформулировать следующим образом психологический контакт—это согласованное деловое взаимоотношение следователя со свидетелем, потерпевшим, подозреваемым или обвиняемым,  которое возникает на основе правильной процессуальной позиции следователя  и поведения допрашиваемого, соответствующего или не противоречащего  задачам уголовного судопроизводства. Психологический контакт, понимаемый только в таком плане, будет гарантировать получение максимально полной и достоверной информации по делу.

От психологического контакта следует отличать контактное взаимодействие, которое, как уже говорилось, может иметь место и при отсутствии психологического контакта. При психологическом контакте наиболее ценной стороной проявления личности допрашиваемого является его своеобразная «самораскрываемость» перед следователем, его стремление к правдивой передаче информации Когда допрос приобретает бесконфликтный, кооперативный характер, тактическая задача следователя состоит в том, чтобы поддерживать и расширять психологический контакт, оказывая посильную помощь допрашиваемому в правильном воспроизведении сведений, относящихся к делу, в припоминании забытого. Иначе складываются отношения между следователем и допрашиваемым, когда последний отказывается от дачи показаний или дает заведомо ложные показания. Допрашиваемый, сообщая заведомо ложные сведения, скрывая или сознательно искажая известные ему факты, создает трудности и помехи для следствия. В подобных случаях возникает конфликтная ситуация допроса. В кибернетике конфликтной ситуацией называют взаимодействие разных подсистем, преследующих противоположные интересы и проявляющих соперничество. Причиной соперничества недобросовестного свидетеля, потерпевшего, обвиняемого, подозреваемого является то, что они преследуют иную цель, чем следователь. Причем цель, к которой стремится, давая ложные показания, недобросовестный свидетель, потерпевший, обвиняемый или подозреваемый, может полностью или частично не совпадать с целью, которой добивается следователь. Их цели не совпадают частично в тех случаях, когда, например, дача ложных показаний не связана с коренными интересами недобросовестного свидетеля, потерпевшего. Под коренными интересами допрашиваемого мы понимаем проявление жизненно важных для него потребностей, связанных, например, с защитой им своего социального положения, близких родственников, материальных и других интересов. В данном же случае имеется в виду такое поведение человека, которое не затрагивает его коренных интересов или затрагивает их неглубоко. Так, свидетель не рассказывает правду, проявляя жалость к обвиняемому или не желая иметь отношение к следствию, либо обвиняемый, подозреваемый частично признает свою вину, оспаривая, скажем, раз мер похищенного, или скрывает соучастника. Для данной линии поведения характерна некоторая пассивность в противодействии следователю. Отношения, возникающие между таким допрашиваемым и следователем, говоря языком кибернетики, можно назвать конфликт пой ситуацией с нестрогим соперничеством.