- И про любовь можешь?
«Парвати только про любовь…»
- Могу.
Вечеринка уже напоминала «Концерт по заявкам». Мари даже обрадовалась, что МакГонагалл разогнала всех по спальням и «про любовь» петь не пришлось. После «про любовь» было бы про «мир во всем мире», а в магическом мире это скорее просто затишье, а не мир.
Второй семестр ничем знаменательным не отличался. Уроки, мелкие шуточки, большие розыгрыши, отсыпание на истории магии, неудачные зелья в кабинете Снейпа, вечерние музыкальные концерты в гостиной Гриффиндора. Иногда не только в гостиной, выступление на Святочном Балу принесла ей неожиданную известность. Старая акустическая гитара почти не выдерживала такой нагрузки. Но один из плюсов магии – гитара, с трудом, но жила.
Третьим испытанием турнира был лабиринт,
- Они долго там еще бродить собираются?! – Раздраженно спросила Мари у близнецов.
- А что, боишься проиграть? – Ухмыльнулся Фред, который поставил 10 галлеонов на победу Гарри над Седриком.
- Не боюсь. Скучно просто. Сколько уже времени прошло?
- Два часа. – Джордж сверился с часами.
Мари обреченно вздохнула. Что произошло дальше, она не очень поняла – появился Гарри. Музыка, вспышки камер, поздравления министерских чиновников, громкие аплодисменты, крик Флер. Все повставали со своих мест, внизу трибун уже столпилось много людей.
Маленькая и очень худая Мари, смогла протиснуться вперед.
- Седрик… – Выдохнула она. Дыхание перехватило, она покачнулась.
Кто-то взял ее за руку и потащил в тень к трибунам, подальше от толкучки.
- Мари? Ты меня слышишь? Как ты себя чувствуешь? – Из оцепенения ее вывел очень серьезный и настороженный голос Фреда, какой для него не свойственен. Она ничего не ответила, не могла, просто посмотрела на него, как тогда, на матче по квиддичу, когда он взял ее за руку.
Вместе с Джорджем они пошли в раздевалку, Фред осторожно посадил ее на лавку. Там было тихо и почти темно, только пара свечей освещала коридор, ведущий к выходу с поля. Мари начало сильно трясти, замедленная реакция, то ли от шока, то ли от оцепенения. Фред сел рядом, ожидая, что сейчас она разрыдается у него на плече и он будет говорить слова утешения. А она просто обняла его и положила голову на плечо, уткнувшись носом в шею и молчала. Джордж же тоже думал, что нормальная реакция пятнадцатилетней девочки, друг которой вдруг появляется вместе с трупом второго друга – расплакаться. Фред нежно обнял ее и непрерывно гладил по спине, списывая все на шок и ожидая, что слезы будут, но чуть позже.
А Мари все пыталась понять и принять, что веселый парень, которого она знала с девяти лет все-таки идиот, раз полез в это, кинув свое имя в кубок. И не сдержал обещания.
« – Я обещаю, со мной ничего не случится – Он улыбнулся. – Должен же кто-то за тобой присмотреть, пока твои братцы отсутствуют.
- Молчи уже. И запомни, Диггори, если с тобой что-то случится, я тебе этого никогда не прощу! Мне и Поттера хватит. Переживай теперь за вас, волнуйся…»
Да, Диггори, простить все-таки придется. На него никогда нельзя был долго обижаться, одна улыбка и люди сразу же забывали ему обиды, забывали все.
-Пойдем в замок… – Тихо шепнул ей Фред и его голос показался ей роднее и нужнее всего на свете. Мари послушно встала, но пошатнулась, Фред подхватил ее на руки, а Джордж молча открыл двери. Ее первый полет за снитчем закончился разбитой коленкой, очень разбитой коленкой. На руках до дома ее тогда нес Дариус, как и сейчас Фред, а Алекс и Седрик гадали, кому Эйдан первому оторвет голову, за то что не уберегли его любимую сестренку.
Утром часа два после завтрака Дамблдор собрал всех в большом зале. Столов не было, лишь по всему залу стояло очень много сиротливых стульев, небо затягивалось тучами и слышились глухие звуки ливня. Директор обратился с речью ко всем, не разделяя на факультеты и школы. Мари уже знала из рассказа Гермионы, что Гарри и Седрик оказались на кладбище, что кубок был порталом, что Волдеморт возродился, что Хвост убил Седрика, что министр не поверил Дамблдору и рассказу Поттера, что Орден Феникса собирают вновь.
Дамблдор тем временем заговорил что-то про Седрика, Гермиона тихо всхлипывала, Чжоу Чанг плакала, да и многие девочки плакали. Это были это и бывшие его поклонницы, и подруги детства, и однокурсницы или просто очень эмоциональные особы.
Мари сидела между Фредом и Джорджем с самым отстраненным видом.
— Он был хорошим верным другом, любил труд, высоко ценил справедливость. Смерть его подействовала на всех вас, независимо от того, знали вы его или нет. Поэтому я думаю, вы имеете право узнать, как это случилось. Седрика Диггори убил лорд Волан-де-Морт. В Министерстве магии не хотят, чтобы я сообщал вам это..
Мари перестала слушать, остекленевшими глазами она смотрела в даль, будто отключилась, впервые в жизни ей было решительно все равно, что думает об этом старый директор – великий профессор Дамблдор.
Рон, Гермиона и Мари пришли навестить друга, под долгими уговорами мадам Помфри сдалась и пропустила их. Гарри выглядел нормально, насколько это могло быть.
- Гарри… – Мари боялась смотреть ему в глаза.
- Да? – Он уже примерно знал вопрос, который она хотела задать.
- Гарри, когда он называл фамилии пожирателей, ты слышал фамилию… – она запнулась – мою фамилию.