Вдруг на телефон цыгана пришло сообщение от его молодого любовника: «Я на Московской, вызови такси, плиз». Дойчлянд был не против – когда количество человек в квартире зашкаливает за все мыслимые пределы, наличие лишних юнитов ничего не меняет.</p>
<p>
</p>
<p>
Мальчуган приехал не один. Когда ему открыли дверь, в квартиру также зашёл сорокалетний мужчина, с лицом героя игры «Месть боксёра». Дядька почувствовал себя сразу как дома, пошёл на кухню и налил себе водки.</p>
<p>
</p>
<p>
Дойчлянд галантно вышел из комнаты, чтобы Миро и мальчик могли уединиться на время, и попытался забыться в кутеже празднования.</p>
<p>
</p>
<p>
Владимиру, краснолицему мужику, который пришёл с пацанёнком, Дойчлянд не удивился: ну пригласили и пригласили. Тем более он нравился традиционалистам, они тёрли с ним за жизнь и шутили. Наркоманам же Владимир дал денег на ширку. Дядька казался в доску своим.</p>
16 сентября
<p>
К ночи незваный гость стал вести себя хуже. Он смертельно напился и порывался дать всем пизды. Традиционалисты по очереди выводили его на улицу покурить, в надежде, что Владимир куда-нибудь уйдёт, но мужик каждый раз возвращался и продолжал буянить по-новому. За всю ночь он так никого и не отпиздил, а утром незаметно для всех пропал.</p>
<p>
Спустя несколько часов после исчезновения мужчины с лицом побитого боксёра, гостивший в притоне Философ метнулся в аптеку и накупил на взятые ранее у Владимира деньги «Циклоптика» – аптечного холинолитика, похожего на «Тропикамид». Циклоп тоже был в формате глазных капель и превосходно скользил по венам. Двигаться холинолитиками Дойчлянд зарёкся, а вот купчинцы охотно вписались – поголовно с гепатитами, они уже были готовы на что угодно ради удовольствия… но удовольствия ли?</p>
<p>
</p>
<p>
Заварившись, ребята достаточно быстро стали себя комично вести. Особенно отличался один из купчинцев: каждый раз, упоровшись, он лез в свой рюкзак, доставал женскую одежду, переодевался в неё и начинал дрочить. Его сознание работало немного странно: он это делал вне зависимости от того, что принял накануне. Лёгкая эйфория или галлюцинаторное безумие – для этого парня не было никакой разницы, так он, видимо, был устроен. Публикой девиантное поведение только поощрялось. Всем было интересно фотографироваться на фоне обкáпанных мудаков.</p>
<p>
</p>
<p>
Традиционный в таких случаях трезвон дверного звонка поначалу мало кого удивил. Впускать пришедшего не торопились.</p>
<p>
</p>
<p>
— Дойч, — обратился к хозяину флэта малознакомый подросток, — тут опять этот хрен явился, разберись?</p>