<p>
— Короче, вышли мы с ним, и пошли в сторону метро, похоже. Бля-а-а, — во время своей речи, Философ потрогал разбитую губу, — И тут он достаёт палку откуда-то и начинает меня пиздить. А я ж под циклопом, я вообще, бля, нихуя не понимал, что происходит, но на каком-то ударе, бля, меня осенило вдруг! Ебануться! Будда ж, бля, тоже бил своих учеников, и Иисус же там тоже кого-то хуячил. Ну, я этого еблана и принял за мессию. Упал перед ним на колени и завопил: «О, учитель, спасибо за урок, я всё понял! Это большой урок для меня» или что-то такое. Ну, бля, этот хмырь охуел и куда-то съебал. Только по итогу у меня телефон после его урока пропал, блядь.</p>
<p>
— Ты его где угодно проебать мог, — резонно заметил Дойчлянд.</p>
<p>
— Да что я, первый день в говно? — взъелся Философ. — Никогда не терял, бля, а тут на тебе! Нет, он спиздил. Надо заяву писать.</p>
<p>
— Нахуя? Думаешь, кто-то почешется? — не спешил вставать на сторону друга Дойчлянд.</p>
<p>
— Да мне до пизды, телефон застрахован. Надо пруфануть этим долбоёбам, что у меня его украли, для этого заява нужна. Ну, и побои там, я не знаю… — объяснил Философ, направляясь на кухню.</p>
<p>
— В смысле застрахован? — не понял Дойчлянд.</p>
<p>
— Что непонятного-то, ёпт? Телефон дорогой был, больше пятидесяти штук, хули, я и застраховал, — Философ налил себе полный стакан воды из-под крана, хотя на столе был выбор из дешёвых вин.</p>
<p>
— Дожили, блядь, — картинно развёл руками Дойчлянд, — телефоны уже страхуют. Пятьдесят штук? Ты ебанулся? Зачем?</p>
<p>
— Ой, отъебись! Захотелось, — не стал ничего объяснять Философ. — Пойдёшь со мной свидетелем?</p>
<p>
— Бля, — засомневался Дойчлянд, но спустя пару секунд решился. — Пойду, хуле. Хату, главное, не засветить как-то…</p>
<p>
</p>
<p>
Хату засветить всё же пришлось. Перед аудиенцией у милиционеров, Дойчлянд и Философ, конечно же, подготовились. И не только хлопнули по рюмашке, но и сговорились о том, какую версию событий будут рассказывать. Дойчлянд категорически отказался выдумывать что-то большее, чем то, что видел лично. Впрочем, оно не особо расходилось с тем, что собирался (и этот оборот, несущий на себе бремя сомнения, тут ключевой) рассказать акабам Философ.</p>
<p>
</p>
<p>
Поскольку Дойчлянд пришёл в ментовку пьяным, то и играть из себя святошу смысла не было. Избегая сухих бюрократических формулировок, приведу примерные показания героя: «Я проснулся вечером пьяный. Выпил водки. Ко мне пришёл Е. (молодой любовник Миро, - примечание автора) с неким сорокалетним мужчиной Владимиром. Я открыл им дверь, выпил ещё водки и заснул. Ночью меня разбудил стук в дверь, я выпил водки и открыл дверь Философу. Я опять выпил водки и уснул. Утром Философ и Владимир пошли в метро, я закрыл за ними дверь, выпил ещё водки и продолжил спать. Вечером Философ пришёл с разбитым лицом и без телефона. Мы выпили водки, и я заснул».</p>
<p>
</p>