Увидев друзей, Пенелопа обрадовалась. А поскольку сама собой напрашивалась мысль о том, что если слишком долго пытаться взлететь, тоже можно запросто чокнуться, даже если научных доказательств пока нет, Пенелопа сопротивляться не стала. Расспросить маму она еще успеет.
Немного погодя все трое качались на волнах в озере, температура воды в котором приближалась к температуре горячей ванны.
– И в такую жару нас еще заставляют ходить в школу! – пожаловался Том. – Вообще-то следовало бы распустить нас по домам!
– Верно, – присоединился к нему Питч. – Неплохо было бы намекнуть учителям… А если получится, то отменить уроки еще и осенью, а там и до зимних каникул рукой подать… – Подставив лицо солнцу, он блаженно улыбнулся. – А новый год можно было бы начать с небольшой передышки, ну, примерно до Пасхи, а может, и немного дольше… А потом – непременно в школу, недели на две, чтобы не прозевать экскурсию, спортивные соревнования и выпускной!
Пенелопа хихикнула. До чего приятно плескаться вместе в желтоватом от глины пруду и представлять себе такую сладкую жизнь! Она так упорно упражнялась, что чуть не забыла, что в мечтах можно воспарить гораздо выше! Давно уже она не ощущала той легкости, которая наполняла теперь всё ее существо.
Когда потом, сидя в теньке, Том открыл сумку-холодильник и достал мороженое, она не удержалась:
– Вот бы всё лето так провести – валяться на пляже и есть мороженое!
– Почему бы и нет, – ответил Питч. – По крайней мере, у меня других планов нет. В отпуск мы в этом году не едем.
– Как это? Почему? – удивленно уставился на него Том. – Вы же обычно уезжаете чуть ли не на все каникулы! Сначала ходите под парусом, а потом летите на вашу виллу на островах…
– О нет, яхту папа давно уже продал, и виллу тоже. Говорит, что дела у нашей компании идут плохо, и лучше уж он сам откажется от излишеств, чем придется увольнять сотрудников.
– Не очень разумно со стороны твоего отца, но нам от этого только лучше – проведем вместе еще целых шесть недель! – воскликнул Том, доставая из сумки каждому еще по мороженому.
Потом они снова отправились купаться в пруду. Потом опять ели мороженое. И опять купались. И опять ели. Купались. Ели. Пили лимонад. Купались. А потом Пенелопе страшно захотелось в туалет.
– Я сбегаю в кустики, – пробормотала она и углубилась в лес. Только она собралась присесть, как из-за деревьев появились юноша и девушка и, не сводя глаз друг с друга, остановились прямо перед ней.
Даже если бы Пенелопа не выдержала и присела бы прямо там, где стояла, молодые люди ничего бы не заметили, настолько они были поглощены друг другом. Но Пенелопа решила поискать другое место, хотя терпела уже из последних сил. Вон там, неподалеку, отличный куст бузины… Да что ж это такое? Рядом с ним уже примостилась другая целующаяся пара. Нет, ну вы подумайте! Не лес, а место для свиданий! Она заторопилась вперед, но путь ей преградили заросли крапивы.
«Вот бы перебраться через них, там уж точно никого нет, и можно наконец уже, наконец… Ох!» – подумала Пенелопа и оглянулась. Парочки, разумеется, ничего не видели и не слышали. Недолго думая, она зажмурилась, пустила в землю воображаемые корни и взмыла вверх. Поднявшись над крапивой, она засеменила в воздухе – как всегда, это получалось у нее с трудом, но зато она тут же поплыла над зарослями. Но что это? Она летела не только вперед, но и вверх! Скользя по воздуху, Пенелопа одновременно поднималась ввысь, не прилагая к этому никаких усилий. ВВЫСЬ!
Йух-ху! Она сделала это! Наконец-то ей удалось подняться выше! Она чуть было не вскрикнула от радости, но тогда влюбленные, наверное, всё же обратят на нее внимание и увидят, как она, перебирая ногами, стремительно и элегантно удаляется от них, и… Бдымс!.. И налетает на толстую ветку.
Ах, если б она только успела сгруппироваться, уйти в сторону… Раздался треск, Пенелопа перекувырнулась вокруг ветки, ударилась плечом, оцарапала ногу, обо что-то ударилась подбородком. Сосновые иголки кололи ей лицо. Соскользнув вниз, Пенелопа ухватилась за какой-то сучок, но тот не выдержал и треснул. Пенелопа чуть не свалилась, но в последнюю секунду успела обхватить в ствол и скрестить ноги. Напрягая все мышцы, она замерла на месте. Спина ныла, голова болела. Тяжело дыша, Пенелопа повисла на сосне.
Как она потом спустилась, она и сама не помнила.
17
Тайна бабушки Эрлинды
Увидев взлохмаченную Пенелопу, которая шлепнулась рядом с ними на покрывало, Том и Питч вытаращили глаза.
– Пенелопа, это действительно ты? – спросил Том. – А я и не знал, что когда писаешь, волосы встают дыбом, словно сунул палец в розетку! И почему у тебя пол-лица расцарапано? Это у вас, девочек, так принято? Или сейчас такая мода, а я не в курсе?
– Умолкни, Том. Не видишь, она вся в крови! – Питч достал из сумки лед и протянул ей. – Вот, возьми! Приложи к ноге. Видок у тебя, словно тебя занесло в крапивные джунгли!
Пенелопа с благодарностью на него посмотрела.
– В следующий раз писать буду в озеро. В лесу слишком опасно!
Она рассмеялась, и друзья вздохнули с облегчением.
– Что с тобой случилось? – полюбопытствовал Том, но Пенелопа сделала вид, что у нее что-то застряло между пальцами ног.
– Эй! Я с тобой разговариваю! С каких это пор наш лес стал опасным?
– Это всё сосны, – ответила Пенелопа.