– Ты случайно не слышала о каком-то там куку?
– Куку – это моя кошка! А при чем здесь она?
Но вместо ответа Питч снова спросил:
– А о Черной Топи слышала?
Пенелопа вздрогнула, глаза у нее загорелись.
– Что ты знаешь о Черной Топи? – набросилась она на Питча, но тут же пожалела. Вид у него и без того был перепуганный.
– Да в том-то и дело, что ничего… Я даже не знаю, что это и где! – запинаясь, сказал он. – Я… Я подумал, может быть, ты знаешь…
– Да? И почему ты так решил?
– Потому что… Потому… – Питч замолчал и успокоился лишь, когда Пенелопа взяла его за руку.
– Потому что… кто-то велел мне отнести Куку в Черную Топь. Вот так прямо и сказал: «Отнеси Куку в Черную Топь!»
Пенелопа побледнела. Неужели кто-то собирается похитить ее кошку?
– Кто это тебе сказал?
– Да в том-то и дело, что никто! Я просто услышал голос… В голове, понимаешь? Я играл на футбольном поле, вокруг ни души – и вдруг над ухом раздался этот голос. Тихий такой, даже ласковый, и попросил отнести куда-то какое-то куку…
Отступив на шаг, Пенелопа смерила его взглядом. Посмотрела на его голубые кроссовки с разноцветными шнурками (голубым и оранжевым), на тощие ноги в поношенных джинсах, потрепанный черный свитер и соломенные волосы… Неужели он тоже?.. Но разве такое возможно?
– Ты что, тоже слышишь наперед?
– Я… что? – брови Питча поползли вверх от удивления. – Слушай, Пенелопа, понятия не имею, что вы там все слышите! И я бы сразу забыл про этот голос, если бы тут же не услышал другой, и он назвал твое имя. Именно поэтому я тебя и спрашиваю: что все это значит?
Питч растерянно переминался с ноги на ногу.
– Тот голос – я имею в виду, второй, – был уже не таким дружелюбным. Он был каким-то скользким и холодным… «Этот голубой шнурок – твоя новая игрушка, Говиндер?» – спросил он. А потом тишина. Я подождал еще, и уже почти поверил, что мне просто померещилось. И продолжил гонять мяч. Но сегодня утром увидел тебя и решил, что надо все-таки рассказать. Может, ты знаешь, что к чему…
Пенелопа не знала, что ответить. То, что рассказал Питч, казалось какой-то бессмыслицей. Она начала тихо пощелкивать языком. Колени задрожали, но она тут же взяла себя в руки. «Я, Пенелопа Говиндер, разберусь, что тут к чему!» – мысленно пообещала она себе.
– Спасибо, что рассказал, – сказала она Питчу. – Думаю, это важно. Как только я пойму, в чем дело, обязательно скажу тебе. А сейчас пойдем к остальным, у нас же все-таки перемена!
12
Бетонщик
Если делать уроки, думая о чем-то другом, можно просидеть за столом целую вечность. Пенелопа уже три часа корпела над сочинением и написала пока всего два предложения – не то чтобы много. Особенно если учитывать, что к теме сочинения эти две фразы не имели никакого отношения.
– вывела она крупными буквами на линованном листе. А снизу, помельче:
Пенелопа решила записать услышанное в надежде, что это поможет ей разобраться. Мысли в ее голове сплетались в клубок. То, что Питч не обладает даром предслышанья, было очевидно. Волосы у него были хоть и соломенные, но не рыжие, и к тому же рядом с ним Пенелопа никогда не ощущала ничего необычного – а отец упоминал, что такие как, ты могут чувствовать друг друга. Но что же он тогда слышал? И главное, кого?!
– Да ну его! Я так никогда ничего не выясню!
Пенелопа вскочила из-за стола, быстро собралась и направилась в деревню.
Дом, где жил Питч, был самым большим и самым впечатляющим во всей округе. Выкрашенный в ярко-желтый цвет, украшенный лепниной, он был похож на небольшой дворец с башенками и эркерами. Чтобы подойти к дому, нужно было пройти сквозь кованые ворота, а затем пересечь огромный и очень ухоженный сад. Вдалеке на небольшом возвышении стоял сам дом. Остановившись перед большой дубовой дверью, Пенелопа позвонила. Сердце ее отчаянно колотилось. Но никто не открывал. Подождав, немного, она позвонила снова и на всякий случай еще постучала по двери молотком в виде головы льва.
Внезапно позади раздался какой-то хруст. Пенелопа испуганно обернулась. В саду под большим олеандром стоял странно одетый человек в серебристо-черной мантии и колпаке, из-под которого выбивались тонкие седые волосы. В руке у него была черная волшебная палочка, которой он почесывал локоть.
– Приветствую, юная леди! Давно звонишь? Мы все на террасе с другой стороны дома и, вероятно, ничего не слышим! – улыбнулся он.