- Это же, это же мои мечи! Я уже думала, что никогда их больше не увижу! Дай мне их скорее сюда!
Счастью девушки сейчас не было предела. Она крайне не хотела отдавать свои мечи Головоногу за дозу, вернее за пять доз. Уже, когда Тано попыталась выкинуть своё оружие в помойку под волей негативных эмоций после неудачного посещения ордена, тогрута, пусть и глубоко в душе, но поняла, почувствовала, что не сможет с ними расстаться, ни за что и никогда. Однако тогда в притоне это была просто жизненно-важная необходимость, тогда вопрос стоял о том, мечи или она. Страдания по утраченному оружию или страдания по абсолютно недостижимой любви. Меньшая или большая боль. Приятное наслаждение с наркотиком, сродни чистому глотку жизни или же страшные мучительные страдания от ломки, подобные холодному прикосновению смерти. Конечно же, Асока, как и любой другой человек выбрала жизнь и наслаждение, а мечи… Такова была цена за её жизнь, за её избавление от боли. Но, слава Силе, они опять вернулись к ней. Энакин опять принёс их ей. Это было так трогательно, это было так приятно, что даже несмотря на всё своё ужасное нынешнее состояние, Тано не переставала улыбаться. Улыбка просто не сходила с её пухлых карамельных губ с того самого момента, как только тогрута завидела своё оружие.
Наблюдая за тем, как рьяно Асока рвётся получить обратно свои мечи, Скайуокер, как и планировал, решил этим воспользоваться, воспользоваться только исключительно в благих целях, для спасения Тано.
Резко подняв руку над головой, так, чтобы прыгающая вокруг него в попытках забрать оружие девушка не достала клинки, генерал хитро протянул:
- Э нет, не так быстро. Взамен, ты должна будешь кое-что мне пообещать.
Совсем не ожидав подобного от бывшего мастера, тогрута даже перестала суетиться и на какое-то время замерла на месте, хмуро уставившись на джедая. Дескать чего ещё взамен за мечи от неё он мог хотеть? У Асоки были самые разные мысли по этому поводу, в том числе и не очень приятные, например, учитель мог всё же настоять на возвращении в орден. Но своих предположений она так и не высказала, позволив Энакину самому огласить собственные условия. Хотя, такой вариант возвращения мечей Тано совсем не нравился.
Несмотря на негативное и скептическое поведение тогруты, Скайуокер по-прежнему непоколебимо продолжил:
- Раз ты действительно не наркоманка, то докажи это. Я даю тебе второй шанс. Ты получишь обратно свои мечи, но только если длительный срок не будешь принимать наркотики. Если у тебя нет зависимости, значит они тебе и не нужны, - крайне убедительно, уговаривающим, в то же время настойчивым и поучительным тоном, предложил Асоке генерал.
Вот этот вариант, Тано как раз-таки и не учла, хотя хотела выполнять подобные условия куда меньше, чем то же возвращение в орден.
- Но… - быстро, однако крайне неуверенно попыталась возразить что-то тогрута, но помедлила с какими-то более убедительными доводами и тут же была перебита непреклонным джедаем.
- И никаких «но». Мечи в обмен на жизнь без наркотиков, - абсолютно готовый к тому, что его бывшая ученица стала бы сопротивляется подобному предложению, отрезал Энакин, совершенно не оставив девушке никакого выбора.
Асока хотела воспротивиться этому, Асока хотела воспротивиться тому, что Скайуокер опять пытался указывать ей как жить и решать за неё, но вернуть собственные мечи, с такой любовью и заботой добытые для неё генералом у коварного и жадного Головонога, наверняка за непомерную сумму, Тано хотелось куда больше и чем, бесцельно спорить со «своим героем», и чем качаться всякой бесполезной дрянью в ближайшие дни. Тем более, что её просто распирало от желания доказать и Энакину и всему миру, что она не была и не является наркоманкой, и никогда ей не станет. То есть, Асока принимает и будет принимать наркотики только пока ей этого действительно хочется, для развлечения, для кайфа, а когда она сама так решит, она в любой момент сможет абсолютно легко отказаться от них, бросить так же, как когда-то бросила этот треклятый орден. Но порой, чтобы добиться в жизни каких-то целей, нужно было рисковать, жертвовать чем-то, и Тано решила пожертвовать несколькодневным кайфом, чтобы только получить желаемое.
- Ладно, я обещаю, - без особого энтузиазма произнесла она три заветных для Энакина слова, после чего торжественно получила свою долгожданную награду – своё оружие обратно.
Крепко сжав мечи в собственных руках, будто так сильно вновь боясь их потерять, девушка опять прошла за обеденный стол. Есть не хотелось, но стоять на ногах в таком состоянии как сейчас длительное время было ещё трудновато.
Разобравшись с основной проблемой, Скайуокер тоже проследовал за тогрутой. Сделав пару шагов вперёд и, оказавшись прямо напротив присевшей на прежнее место Тано, генерал, как бы невзначай, бросил ещё одну новость-условие, с которым Асока непременно должна была согласиться, в этой же реплике и обосновывая собственное решение:
- И да, я какое-то время поживу и у тебя, хочу убедиться, что ты окончательно пришла в себя после того, что случилось… Вчера.
То, что Энакин, настоящий Энакин когда-нибудь скажет ей, именно ей, подобные слова, было пределом мечтаний Асоки в её милых, романтичных, любовных фантазиях. Она столько раз за войны клонов представляла себе, как Скайуокер говорит ей нечто подобное, как собирает свои вещи, просит собрать её, и они вместе уезжают из храма жить в их общий дом. Это было так здорово, это было невероятно, это было её несбыточной мечтой. Которой суждено было сбыться не совсем так, как Тано ожидала и лишь благодаря наркотикам. Но тем не менее, с одной стороны это безгранично шокировало Асоку, безгранично радовало и окрыляло. С другой же стороны, знание о том, что у Энакина при этом была жена, и все его переезды были лишь необходимой и временной мерой, причём только лишь для полного контроля Тано и против её воли, дико злило и раздражало юную тогруту. От того услышав сейчас от джедая подобное заявление, Асока даже не сразу сообразила, как ей на это отреагировать. Она была поражена, шокирована, потрясена, рада и зла одновременно, так переполнена эмоциями, что даже выронила на пол очередной стакан воды, который только-только успела взять в трясущуюся руку.
Ничуть не обращая на это внимания, абсолютно сбитая с толку Асока хотела было что-то ещё сказать. Она даже спрыгнула с места и, дёрнувшись вперёд, приоткрыла рот, однако…
В этот самый момент в вещах Энакина опять зазвонил коммуникатор, беззвучно, но всё же с мысли он как-то сбил, да отвлёк внимание обоих на себя. Сказать то, что запланировала Тано, ей так и не удалось. В гостиной на несколько минут повисло какое-то тяжёлое, напряжённое молчание, и Скайуокер, чтобы как-то сгладить ситуацию, всё же решил узнать, кто там трезвонил. Хотя, лишь взглянув на номер, который принадлежал Оби-Вану Кеноби и уже раз в тысячный оставлял не принятый вызов, генерал как-то передумал отвечать, только сейчас вспомнив о чём-то крайне важном, и грубо нецензурно выругался:
- Твою мать, я совсем забыл про задание!
Комментарий к Глава 4. Чтобы её спасти, Часть 3
Ох и тяжело мне далась эта часть. Х_Х
========== Глава 5. Разочарование, Часть 1 ==========
С того последнего задушевного разговора между Энакином и Асокой прошёл день. Скайуокер так и не явился ни на ту злополучную миссию, ни в орден, хотя дать о себе знать, что он-таки был жив, пришлось. На счастье генерала совет не стал отчитывать его прямо по коммуникатору, и теперь джедай жил ещё и в предвкушении хорошей взбучки от разгневанных магистров. Помимо всего прочего, Энакину было крайне стыдно ещё и за то, что из-за последних событий он подвёл и Оби-Вана. Скайуокеру уже начинало казаться, что подводить всех близких для него людей становилось нормой, и это с каждой минутой всё больше и больше начинало угнетать его.
Радовало генерала только, пожалуй, то, что Асока действительно выполнила свою часть обещания, она отчаянно держалась подальше от наркотиков, никуда не убегая, не накачиваясь до беспамятства, не буяня. Девушка тихо и мирно бродила по дому, занимаясь какими-то своими делами.
С Падме, на радость джедая, у него тоже всё наладилось. Прошло какое-то время, и женщина успокоилась, поняла и приняла данность, смирилась с, казалось бы, не правильным и весьма странным, но всё же твёрдым решением её мужа. Конечно, на мгновение могло почудиться, что в отношениях супругов проскользнул некий холодок, но это было не так. Энакин по-прежнему до безумия любил свою жену и очень сожалел, что так сильно был перед ней виноват. Падме же, просто боялась, боялась того, что её любимый и единственный муж не просто так решил съехать от неё к Асоке, она пыталась изображать понимание или безразличие, но на самом деле до потери пульса страшилась лишиться своего единственного. Наверное, потому Амидала как никогда сильно старалась удержать его рядом с собой. Вот, например, сейчас миловидная сенатор звонила Энакину на коммуникатор, чтобы договориться о свидании, коих у них давно уже не было из-за общей занятости.
- Эни, дорогой, у меня освободился сегодняшний вечер. Мы так давно не проводили время вместе. Я имею ввиду именно вдвоём, только ты и я. Может быть устроим свидание? - премило улыбаясь, нежным голоском запела Падме, лишь только Скайуокер ответил на её вызов.
Эти слова приятно грели душу генералу, действительно, он уже и сам не мог вспомнить, как долго им обоим не удавалось побыть наедине, вдали от суеты, вдали о от мирских проблем, предаваясь только их чувствам, только их любви. Джедая так поглотили с головой романтические фантазии о свидании с собственной женой, что он даже не заметил или просто не хотел замечать истинных мотивов поступка Амидалы.
- Было бы замечательно, - искренне радуясь тому, что Падме больше не злиться на него, что она всё забыла и приняла как должное, и даже более того, сама предлагала ему нечто подобное, мгновенно согласился Энакин.
Явно довольная его беспрекословному «подчинению» сенатор игриво улыбнулась собственному мужу и таким загадочным тоном, как только могла, тут же добавила: