Психология рас (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Рада это слышать, — звонко рассмеялась Аллира. В этот момент к стойке неспешно подковылял покрытый побегами лешачок и равнодушно скользнул по гостям взглядом черных поблескивающих глаз. — О, отлично, мне даже не придется покидать пост. Знакомьтесь, это Олах, он у нас главный санитар. А это наши гости, о которых леди Динитра говорила, проводишь их в комнаты?

— Без проблем, — проскрипел леший, с немного большим интересом смотря на парочку. Парень был совершенно обычным, а вот девчонка… От неё исходил какой-то странный аромат гниения и смерти, что для этих краев было довольно странно. Впрочем, это не его дело.

Наги и Хлоя увлеченно вертели головами, разглядывая непривычный интерьер клиники. Для них довольно странно было осознавать, что сейчас они идут по переплетенным деревьям, которые по одному только движения сучковатой ладони лешака изменяют форму, то превращаясь в лестницы, то открывая проходы прямо в стенах. Комната, отведенная им, была очень просторной, светлой и на удивление пустой. Наги уже было задумался, как бы потактичней поинтересоваться у проводника, где же им спать, но тот внезапно коснулся одного из стволов и мебель начала выплетаться прямо на глазах у ошарашенных ребят. Просторная кровать, покрывшаяся каким-то неизвестным материалом, небольшой стол и стулья, а также пара комодов.

— Это наши гости, Большой, — произнес Олах, обращаясь к потолку. — Уровень допуска третий.

— Извините, это Вы сейчас с кем разговариваете? — с опаской уточнила Хлоя, оглядываясь и пытаясь найти в комнате следы присутствия еще кого-нибудь, кроме них троих.

— Большой — это наш дом, мы его так зовём, — пояснил лешак, любовно оглаживая проем, в который они вошли. — Он не то чтобы обладает разумом, но может понимать просьбы тех, кто в нем обитает. Третий уровень допуска это просьбы вслух, вы сможете открывать двери и создавать или убирать мебель. У меня второй, мне не нужно озвучивать желания, чтобы куда-либо попасть, он понимает мои мысли. Ну, а первый только у леди Динитры, она может запирать помещения и вообще менять тут всё по своему усмотрению, достаточно ей только пожелать.

— Это… Довольно удобно, — признал Наги, осторожно касаясь, казалось бы, вросшего в пол стула. Как ни странно, тот сразу же отодвинулся, с тихим шорохом поменяв ветви, которыми крепился к полу.

— Ага. Купальню и столовую я вам позже покажу, а пока принесу одеяла и посуду. Кстати, вы голодны? — дождавшись пары отрицательных кивков, медбрат облегченно вздохнул. — Ну и хорошо, тогда вы располагайтесь, я скоро вернусь.

Гости проследили, как он скрывается в тут же затянувшемся проеме, и переглянулись. В глазах Хлои переплетался восторг и страх, отчего Наги немедленно захотелось её обнять.

— Всё будет хорошо, — заключая свою девушку в объятья, ободряюще улыбнулся он. — Здесь никто не причинит нам вреда. А скоро мы еще наконец узнаем, что это за таблетки, и сможем вернуться в Академию.

— Я знаю, что обучение важно, но, наверное, предпочла бы остаться здесь, — грустно улыбнулась зомби, уткнувшись носом в его плечо. Ей почти ничего не объяснили, лишь туманно намекнув, что дриада хочет узнать побольше о её расе и таблетках, но на душе все равно было неспокойно. — Тут так тихо и спокойно. Никто не толкается и не смотрит сверху вниз лишь потому, что мы низкой расы. Или это потому, что у них у самих невысокие ранги?

— Дриады довольно высокого класса, а лешие вообще причисляются к «условно разумным расам», не поддающимся классификации. Ну, то есть, они разумны, но, судя по учебникам, довольно необщительны, никогда не покидают Виридиэн и вследствие этого никто не знает, чьи Приказы на них подействуют, а чьи нет, — пояснил невидимка, мягко касаясь губами соломенной челки девушки и невольно улыбаясь.

Он обожал обнимать её хрупкие плечики, смотреть в огромные голубые глаза, открытые всему миру, любил эту вечно извиняющуюся улыбку. В ней, по его мнению, было прекрасно все, начиная от внешнего вида и заканчивая чистой непорочной душой без единой задней мысли. Даже у него самого была куча комплексов и страхов, а у неё нет. Только доброта и любовь ко всему миру, особенно к одному очень везучему невидимке. Это теплое чувство как будто обволакивало его, заставляя совершать ради неё безумные поступки, как, например, участие в затее дракончиков. Он прекрасно знал, что они не будут в случае чего требовать ничего за помощь в решении проблемы Хлои, но и отказаться значило предать друзей и навсегда уронить себя в глазах той, кто, не задумываясь, всегда мчится на помощь всем нуждающимся. Натсуме был прав, он должен стать сильнее, научиться давать отпор и любой ценой защитить эту ни на кого не похожую девушку, бывшую сродни мифическим ангелам из лекций о человеческом мире.

Следующие дня три пронеслись для посетителей клиники незаметно, особенно для Хлои. С восходом луны они просыпались, завтракали и садились за учебу, стараясь не отрываться от намеченной профессорами программы. После обеда Наги садился готовить планы уроков на следующий день и читал, а вот зомби уходила в лабораторию и тестовый зал. Леди Динитра хотела знать всё, изучая не только принесенные таблетки, но и саму девушку, её способности, скорость реакции, интеллектуальный уровень и еще тысячу параметров, необходимых для наиболее полной картины. Иногда вернувшаяся в комнату Хлоя тихо плакала, успокаиваясь лишь в объятиях любимого невидимки. Нет, её никто не обижал, но она сама видела, как ничтожны её показатели даже в сравнении с нижними границами нормы, и от этого ей было очень больно. Хоть над ней никто даже не улыбнулся, было чертовски обидно осознавать себя неуклюжей и тупой.

Ближе к ночи третьих суток, когда уставшая за день зомби уже свернулась калачиком под одеялом, в комнату постучался Олах и, даже не снизойдя до приветствий, сухо сообщил, что Наги просит зайти леди Динитра. Обеспокоенный невидимка заметался, чуть не смахнув со стола разложенные учебники, и поспешил за неразговорчивым лешаком, гадая, о чем же с ним хочет поговорить пожилая дриада. Рабочий кабинет её мало чем отличался от их комнаты, разве что всюду стояли полочки с книгами и потрепанными папками. Сама женщина сидела за столом, заполняя какие-то бумаги.

— Присаживайтесь, юноша, — благожелательно улыбнулась Динитра, кивая на выросшее с другой стороны стола кресло. Наги, уже привыкший к подобным чудесам, моментально примостился на него, нервно теребя край галстука. Сменная одежда у них, конечно, была, но он по привычке предпочитал носить свою школьную форму.

— Что-то случилось? — осторожно поинтересовался он, так и не дождавшись продолжения. Перо тихо поскрипывало, слегка нагнетая обстановку.

— Не совсем, скорее хотела поделиться с тобой результатами своих трудов, — поставив точку, усмехнулась дриада и, отложив перо, чуть откинулась на спинку. — Ты же любишь эту девочку, не так ли? Даже такой вот бестолковой дурочкой?

— Конечно, больше всего на свете, — еще сильнее занервничал парень, поёрзав и не понимая, при чем тут вообще их отношения. — А к чему этот вопрос?

— Полагаю, что именно в твоих руках сейчас находится её судьба. Сама она лишена права голоса, потому как не способна трезво оценить свое состояние. С её прабабкой или прадедом я связываться не хочу, они наверняка побоятся изменений и потребуют оставить все как есть. А вот ты тот, кто способен здраво рассудить, как нам теперь будет лучше поступить, — леди Динитра жестом остановила уже открывшего рот для уточняющих вопросов невидимку. — Попрошу не перебивать. Итак, исследования показали, что таблетки созданы для снижения функций организма, в том числе метаболизма и интеллектуальных способностей. Полагаю, ты заметил, что твоя девушка, уж прости за прямоту, довольно глуповата и неуклюжа. Без таблеток гением она, конечно, не станет, но быстро догонит сверстников в развитии. Также ускорится регенерация тканей, поменяется состав крови… В общем, она сильно изменится. И вот тут как раз возникает проблема. Помимо явных изменений вроде увеличенного срока жизни, не как у русалок, естественно, но примерно лет до шестиста, а также резкого повышения айкью, будут еще и другие. А вот какие, мы не можем знать и даже предполагать. Увы, в истории не сохранилось ни одного описания зомби до приема лекарств, но одно могу сказать точно: всё вышеперечисленное является лишь побочным эффектом сдерживания их расовых способностей. А что это за способности, мы можем узнать лишь эмпирическим путем, причем даже я заранее не могу угадать, в чем это будет выражаться и какие из этого будут последствия. В связи с этим я и позвала тебя, дабы ты принял решение. Мы можем оставить всё как есть, а можем рискнуть и посмотреть, какой она станет, когда её кровь очистится от препаратов.

— Но во втором варианте она может умереть, да? — тихо спросил Наги, лихорадочно соображая. Ему по сути сейчас предлагали взять на себя полную ответственность за оба варианта развития событий, и он понятия не имел, какой из них худший. Назвать какой-нибудь из них лучшим у него язык не поворачивался. Что будет правильнее — позволить ей умирать от лекарств в счастливом неведении или дать шанс на лучшую жизнь, но сопряженную с определенным риском?

— Полагаю, она не умрет без таблеток, — пожала плечами дриада, внимательно вглядываясь в собеседника. — Но может стать агрессивной, неуправляемой, какой угодно. И не факт, что это потом можно будет отыграть обратно, вернувшись к приему лекарств. Может оказаться, что процесс необратим.

— И какова вероятность такого исхода? — дрогнувшим голосом уточнил невидимка, нервно покусывая губы.

— Примерно такая же, как и то, что сейчас за окном пойдет дождь. Пятьдесят на пятьдесят — либо пойдет, либо не пойдет. Вероятностей, как и гарантий, я, увы, не даю. Чтобы знать наверняка, надо проводить тесты на контрольной группе, но откуда я тебе её возьму? Не пошлю же девочек отлавливать зомби по их закрытым городам и свозить сюда для экспериментов. Судя по твоему взгляду, ты думаешь «почему бы и нет», так что поспешу огорчить, я не безумный профессор, готовый на всё ради науки. Рожденным в Зеленых Просторах претит сама мысль о причинении вреда другим существам. Ради гипотетического блага одной девчонки я еще могу скрепя сердце поступиться принципами и рискнуть, это всё же ваш выбор. Но о большем даже не проси. Я могу проследить за её состоянием, постараться минимизировать последствия и проконтролировать весь процесс, но лишь потому, что обещала Малесу разобраться, в чем дело, и помочь конкретно вам. Если всё окажется весьма безобидно, то в массы полученные знания понесете сами и заниматься спасением всех зомби тоже будете сами.

— Можно мне немного времени на подумать? — попросил Наги, чувствуя, как сердце кольнуло неприятной тревогой. В вопросах преимуществ синиц в руках перед манящими журавлями в небе он всегда выбирал первое, но сейчас вопрос касался не только его. Надо было понять, что будет лучше для Хлои, и уже от этого отталкиваться.

— Конечно, подобные решения не принимаются сходу, — понимающе качнула головой леди Динитра. — Надеюсь, до завтрашнего обеда ты сможешь определиться с ответом? Не сочти меня грубой, но жители Виридиэна предпочитают, чтобы гости не задерживались дольше необходимого. Как бы лично я к вам ни относилась, у леса свое мнение о гостях, и мне не хотелось бы… Последствий. Мы рады оказать помощь, но как только вы перестанете в ней нуждаться, вас сочтут лишним элементом и вежливо попросят на выход. Причем даже не я или другие разумные расы, а само окружение.

— Конечно, я все понимаю, — виновато улыбнулся парень, поднимаясь. — Мы и так перед Вами в неоплатном долгу за то, что Вы уже для нас сделали. Спасибо огромное.

— Не за что, молодой человек, я только рада, если такая старуха, как я, может помочь молодежи, — усмехнулась женщина. — Спокойной ночи.

Откланявшись, Наги вернулся в комнату, терзаемый невеселыми мыслями. Пожелание спокойной ночи казалось практически издевательством. Как тут уснешь, когда перед тобой стоит задача выбрать дальнейшую судьбу того, кого ты всем сердцем любишь и желаешь только добра?

— Что-то случилось? — стоило ему зайти в комнату, как на него тут же уставилась пара обеспокоенных голубых глаз. Девушка сидела на кровати слегка сонная и такая беззащитная, что у невидимки сразу появилось желание стиснуть её в объятиях. Чёрт, почему он не может поменяться с ней местами? — Я проснулась, а тебя нет. Всё в порядке?