— Не знаю, — Наги запустил пальцы в волосы, с отчаянием смотря перед собой. — У меня низкий класс, я ничего не стою по сути и ради себя я бы в это точно не полез. Но ради Хлои… Наверное, я способен рискнуть. Я хочу, чтобы она была свободна, счастлива и прожила не двести лет, а намного больше.
— Насчёт намного я не гарантирую, но, если ты готов, то этот вопрос мы тоже решим, — кивнула девушка, внимательно изучая фигурку парнишки спокойным взглядом черных глаз. — Вы поедете с нами на свадьбу. Подробности расскажут там, когда соберутся все заинтересованные лица. Хлое пока ничего не говори. Она замечательная девушка, но, боюсь, её наивность и простодушность может похерить нам все планы. Таблетки пусть пока пьёт, мы не знаем, чем грозит ей временное прекращение приема лекарств, так что лучше будет, если все останется как есть. Не умрет она за три недели, зато вопросов будет вызывать и задавать меньше. Ты согласен с таким планом?
— Да, — помедлив, выдохнул Наги, сжимая руки в кулаки, — я согласен. Я верю вам и надеюсь, что вы сможете все изменить.
— Не вы, а мы. Ты теперь тоже с нами повязан. Тем более, что конкретно для тебя и нашей зомби риски минимальны. В худшем случае для вас ничего не изменится, в лучшем…
Кэй внезапно замолчала, прислушиваясь к воплям, доносившимся из коридора. Два подозрительно знакомых голоса орали друг на друга, на три этажа выясняя отношения. Русал и невидимка тоже невольно прислушались, хотя слов с такого расстояния было не разобрать. Обменявшись взглядами, троица заговорщиков наперегонки рванулась к двери, торопясь узнать, что же в этот раз не поделили вампир и оборотень. Увы, когда они добрались до лестницы, то концерт уже был окончен.
— Да пошел ты! — донесся до них громкий, звенящий от злости голос Шибы. С грохотом хлопнула дверь, раздались торопливые шаги, и мимо них по лестнице поспешно сбежал один из участников конфликта. Вампирша моментально дорисовала в голове картинку, как в этот момент её брат падает на кровать, в бессильной ярости скрипя клыками и борясь с желанием что-нибудь разнести.
— Я схожу к Рэю, — виновато посмотрела она на Натсуме, слегка сжимая его руку. Русал понятливо кивнул и ободряюще улыбнулся, — мало ли что там у них произошло.
— Конечно, — парень легко коснулся губами вороной челки и качнул головой в сторону своей комнаты. — Если что, я буду у себя. Потом поговорим, сейчас ты ему нужнее.
— Ты лучший! — просияла девушка и, привстав на цыпочки, поцеловала перебинтованную щеку. Хоть Натсуме и был ревнивым, у него всё лучше получалось держать себя в руках и не позволять своим особенностям влиять на их отношения, за что она была ему безмерно благодарна.
Вопреки ожиданиям, никакого хаоса в комнате Рэя ни обнаружилось. Впустивший сестрицу вампир безучастно кивнул, вернувшись на кровать и моментально зарываясь носом в подушки.
— Что случилось? — с сочувствием поинтересовалась девушка, облегченно подмечая отсутствие перевернутой мебели и битой посуды. Рэй вообще был довольно спокойным парнем, но, стоило ему разозлиться, как аристократичное воспитание слетало с него, как шелуха с перезревшей луковицы. — Вы так орали на всю общагу… Неужели это из-за вчерашнего?
— Нет, — дрогнувшим голосом признался вампир, глухо выдохнув. — То есть и из-за этого тоже, но не из-за того, что ты думаешь. Я идиот. Конченый беспросветный дебил хуже Хлои. Я такого ему наговорил, что вспоминать страшно. Он наверняка меня теперь ненавидит и даже разговаривать не станет…
— Рэй, что случилось? — обеспокоенная Кэй примостилась рядом с братом, осторожно тряхнув его за плечо. — Если не хочешь, не рассказывай, но ты же знаешь, я не стану трепаться об этом на каждом углу.
— Знаю, поэтому и впустил тебя, — бесцветным голосом выдохнул Рэй, а его сестра впервые услышала, как его голос дрожит, причем совсем не от злости. — Я хотел, чтобы ты пришла… Кэй, я сказал ему, что он меня не достоин. Что он глупая шавка, которую даже оборотнем назвать нельзя. Что он неполноценный урод, ошибка природы, которую никогда не примет нормальное общество. Что нам никогда не быть вместе из-за нашей разницы. На меня будто что-то нашло, и слова сами вылетали, хотя я никогда так не считал. Да, он придурок и недооборотень, но он сводит меня с ума даже таким. Бестолковым, нелепым со своими раздражающими шутками и остальными недостатками. Я знаю, что меня выгонят из семьи, если узнают про нас, что я лишусь положения, наследства и прочего, но я просто не могу… Не могу от него отказаться, понимаешь?! Он лучшее, что было со мной за эти девяносто три года. Ты же знаешь, я всегда жил по правилам. Неужели я настолько привык к этому, что даже в мыслях не могу пожертвовать всем ради того, кто делает меня счастливым?
— Рэй… — вампирша с тяжелым вздохом опустилась рядом, приобнимая брата за пояс и пытаясь хоть немного успокоить. Чуть повернувшийся парень мгновенно повернулся, обхватывая её руками за плечи и крепко прижимая к себе, не давая взглянуть на свое лицо. Но она и так знала, как он сейчас выглядит. Рэй почти никогда не плакал, с детства привыкнув держать морду кирпичом, так что она, наверное, была единственной, кто видел его подрагивающие губы и горячие слёзы, катящиеся из зажмуренных глаз. Поглаживая слегка подрагивающую спину вампира, она прислушивалась к прерывистому дыханию, подбирая слова для утешения. Пусть это будет неправдой, но видеть, как сильный, ни перед чем не сгибающийся братик находится в таком состоянии, ей было невыносимо больно. — Всё будет хорошо. Дай ему время остыть, а завтра объяснишься, извинишься и все будет как раньше. Ты правда готов рассориться с семьёй ради него?
— Да, — тихо выдохнул парень, зарываясь носом в родные черные волосы. — Я люблю его, хоть и вряд ли когда-нибудь смогу в этом признаться. Знаю, звучит как бред, но я никогда не был так счастлив как за последние пару недель с ним. Я долго об этом думал и пришел к выводу, что даже без поддержки семьи я всегда смогу стать актером или основать собственный бизнес. Все это время я тщательно изучал подобные случаи в истории и убедился, что даже без родового имени вампиры могут оставаться успешными. Поэтому я и не понимаю, почему, держа в голове эти сведения, я начал нести совершенно противоположное и теперь даже не знаю, смогу ли заставить Шибу выслушать мои извинения. А завтра как назло полнолуние, так что я его еще дня три не увижу, и от этого становится еще гаже.
— Хм, возможно, это побочные эффекты от крови драконов? — неуверенно предположила Кэй, покусывая губу. — Меня, например, накрыло эйфорией, а в тебе вызвало паранойю и агрессию. Я могу спросить у ребят, может это как-то связано. А по поводу Шибы… Попробуй разыскать его и извиниться сегодня, а если не получится, завтра подберешь у леса, запрешь в комнате, когда обратно превратится, и не выпустишь, пока он тебя не выслушает. План, конечно, не ахти какой порядочный, зато за это время ты точно придешь в себя и сможешь поговорить с ним адекватно, высказав всё то же, что и мне сейчас. Шиба вроде парень отходчивый, тем более про побочки такого кровопийства слышал, может, и простит на первый раз?
— Надеюсь, спасибо, — чуть отстранившийся Рэй слабо улыбнулся, мягко погладив сестру по голове. — Знаешь, иногда мне кажется, что мы и без ритуалов олицетворяем сэй’тэнн. По крайней мере, у меня от одного твоего присутствия мозги встают на место.
— У меня с тобой так же, — тихо рассмеялась вампирша, с нежностью смотря на оживающего братика и вспоминая древний ритуал, который они еще в детстве вычитали в книге и попробовали воплотить в жизнь. Тогда им знатно досталось от родителей, пришедших в ужас от одного осознания того, что их дитятки в буквальном смысле чуть не стали «разделившими жизнь на двоих». Они тогда по малолетству не поняли всей важности подобного ритуала, но теперь, став взрослее, даже радовались, что их вовремя поймали за шкодливые ручки. Всё-таки иметь одни чувства на двоих это был явный перебор даже для них. — Вообще я хотела с тобой поговорить кое о чем важном, но сейчас, наверное, момент неподходящий.
— Наверное, да, — согласился вампир, ласково поцеловав сестру в лобик и растягивая губы в вымученной улыбке. — Я сейчас ни о чем другом думать не в состоянии. Хотя, если вопрос серьезный, то могу попытаться собраться и выслушать.
— Да нет, не горит, — Кэй взъерошила его золотистые волосы, тихо посмеиваясь и поднимаясь. — Всё будет хорошо, не переживай. Лучше разберись поскорее со своими моральными терзаниями, и потом уже я посвящу тебя в наш злодейский план. Полагаю, теперь он тебе понравится.
— Ты планируешь влезть во что-то опасное? — моментально догадался Рэй, садясь на кровати и нахмуриваясь. — Кэй, это плохая идея. Я не хочу, чтобы ты пострадала.
— Во-первых, это не тебе решать, — упрямо поджала губы девушка, — во-вторых, можешь не участвовать. А в-третьих, если тебя всё устраивает, то будь хотя бы добр, не мешай мне поступать так, как я считаю правильным. Грядут большие перемены, Рэй. Я не осужу тебя, если ты предпочтешь ни вот что не вмешиваться. Но, если ты всё-таки примешь такое решение, то надеюсь, что мы не окажемся по разные стороны баррикад. Я не требую ответа прямо сейчас, но и затягивать с этим вопросом не стоит. Я хочу точно знать, поддержишь ли ты меня в любом случае или будет проще тебя просто не посвящать во все это.
— Ты даже не рассматриваешь вариант, что я могу тебя предать? — грустно улыбнулся парень, чуть склонив голову набок.
— Ты? Нет, — вампирша, уже взявшаяся за ручку двери, обернулась, серьезно смотря в в голубые глаза, — ты можешь быть трусом, заносчивым придурком, эгоистичным хамом, кем угодно, но точно не предателем. Я знаю тебя с детства, а ты знаешь меня. И пусть весь мир катится к чертям…
— Пока мы вместе, нам ничего не страшно, — продолжил за сестру Рэй, медленно кивнув. Эта фраза, придуманная ещё в детстве, позволяла им всегда чувствовать незримую связь, соединяющую души. — Я тебя понял. И намек тоже уловил. Сколько у меня времени?
— Две недели. Прости, я не хотела тебя в это ввязывать, но сам видишь, что происходит. Эта свадьба многим спутала все планы, — вздохнула Кэй, покачав головой.
— Хорошо, — вампир потер лицо и устало посмотрел на сестру, тихо выдохнув: — Только обещай, что это в любом случае не встанет между нами. Ни Натсуме, ни драконы, ни русалки с вампирами… Дай мне слово, что ничто из этого не изменит нас. Что в случае чего мы сбежим хоть на край мира, как и хотели, вдвоем, чтобы никто и ничто не могло нас потревожить.
— Слово? Если тебя так волнует этот вопрос… — девушка, не задумываясь, резанула удлинившимся ногтем собственную ладонь и подошла к брату, протягивая ему руку. — Я даю слово, что с моей стороны никто и ничто не станет для меня важнее тебя. Я клянусь, что ты, мой брат, всегда будешь для меня на первом месте, пока не предашь или не поставишь свои интересы выше наших общих.
— Всё настолько серьезно? — вскинул бровь Рэй и, зеркально повторив жест сестры, медленно проговорил, взявшись за её ладошку: — Даю слово, что с моей стороны никто и ничто не станет для меня важнее тебя. Клянусь, что ты, моя сестра, всегда будешь для меня на первом месте, пока не предашь или не поставишь свои интересы выше наших общих, — руки вампиров соприкоснулись и багрово засветились, скрепляя кровавую клятву. Вздрогнувший парень первый отдернул руку, рассматривая на глазах затягивающийся шрам. — Что ж, ты меня немного успокоила. Или втянула в свои планы, я пока не могу понять.