Карта капитана Берли. Часть 2: читать начало книги онлайн

– Уж меньше всего мне хотелось бы говорить с тобой, Фрей. Да и вообще, о чем с тобой можно говорить?!

Если бы раньше кто-нибудь сказал Мери Ньюмен, что она к знатному дворянину, каким по прохождении является Фрей, будет обращаться на «ты», она бы просто не поверила и сочла бы это неудачной шуткой. И дело даже не в том, к кому она обращается, пусть он и не будет заслуживать большого уважения. Дело в ней. При своем воспитании и уважении к себе, обратиться к кому-то на «ты» девушка сочла бы это позором в первую очередь для себя, позволившей так низко пасть своим моральным устоям и принципам, теперь же подчеркнуто выраженное «ты» в обращении с Фреем не только не смущало ее, но и добавляло какое-то непонятное чувство гордости, мол, как я тебя?! Знай, ничтожество, свое место! Ты настолько ниже меня, и настолько этого заслуживаешь, что даже общаться с тобой на равных никак не позволительно.

Однако, Фрей, казалось, не обращал никакого внимания на такое отношение, хотя Мери видела, что это не так. От ее взгляда не могли скрыться досадные бесинки в его глазах.

– Ошибаетесь, мисс Мери. Поговорить есть о чем. Если вам не безразлична судьба Джона Кросса.

– Какого Кросса? Того, которому шейные позвонки отделили друг от друга безболезненно, или как там вы говорили? Не помню, я ведь не такой специалист по экзекуциям, как вы.

– Напрасно паясничаете, я говорю вполне серьезно.

– Серьезно? Помилуйте! Да как можно говорить серьезно, если один из собеседников выступает в роли палача и тюремщика, второй – в роли жертвы и узника. А узник-то кто? Та, которую ты хочешь озолотить и которую ты так страстно, судя по твоим словам, любишь. Отдаешь ли ты себе отчет в том, что творишь, Фрей? Так ли завоевывают любовь женщины?

Казалось, Фрей слегка опешил от такого откровения.

– Но… Так вы же, как дикая кошка, мисс Мери. Вас не понять. Я уж и так и эдак, а вы… Унижаете меня обращением на «ты», хотя я, прошу заострить на этом ваше внимание, не отвечаю тем же, а обращаюсь к вам подчеркнуто вежливо. Да что обращаюсь, я и отношусь к вам точно так же. Мери. Я преклоняюсь пред вашей красотой и готов во всем ублажать вам. Но ведь моему терпению может прийти конец!

– О-о-о, так хорошо начинал и так закончил… Ублажать, говоришь. Да, сильно ублажаешь, держа взаперти. Предоставь мне свободу – и тогда, возможно, еще можно будет о чем-то говорить. Хотя о чем с тобой можно говорить, Фрей?

– Ну вот – пожалуйста. Что, снова я виноват? Так кто же из нас идет на конфронтацию, мисс Мери?

– Ой! Обидела… Бедняжка. Что эта обида по сравнению с тем, когда тебя предают и швыряют за борт «на корм рыбам», когда отделяют шейные позвонки…

– Да замолчите же вы! Есть же предел всему! Вы хотите, чтобы я взял вас силой, да?

Фрей поднялся и угрожающе двинулся на Мери. Лицо его было искажено злобой, от личины добродетеля, желающего озолотить и одеть н шелка, не осталось и следа. Предвещая беду, девушка мгновенно сориентировалась и пошла ва-банк. Она одним прыжком преодолела расстояние, отделяющее ее от постели, сунула руку под подушку и закричала:

– Стой! Стой, Фрей, а то я выстрелю. Ты что, не заметил, что твой человек ушел отсюда без пистолета за поясом? Я вытащила его у него, когда он был еще без сознания. Уходи! Уходи, Фрей, не заставляй меня брать грех на душу.

Хотя она мало верила в успех своего блефа, однако Фрей все-таки остановился. видимо, он не обратил внимание на то, с пистолетом, или без него уходил избитый им матрос из каюты и не хотел бессмысленно рисковать. А вдруг Мери действительно сделает это? Памятуя случай с обрушившимся на его голову стулом, можно было предположить, что эта сумасшедшая не устоит перед убийством. Досада и злость играли в его глазах.

Мы уже говорили и еще раз повторяем, что Фрей был отнюдь не робкого десятка, однако на этот раз то ли благорозумно решил не искушать судьбу, то ли на него подействовала магическая сила этой сумасбродной девушки, которая, невзирая ни на что, волновала его сердце и разжигала чувства, он лишь снисходительно ухмыльнулся и укоризнено покачал головой:

– Нет, все-таки разговора с вами не получится, пока вы не остынете, не осознаете, в каком положении находитесь и от кого зависит то, как и, главное, с какими последствиями для своего будущего выйдете из этого положения. Думаю, вскоре придет время, когда мы поменяемся местами: не я буду искать возможность поговорить с вами и ублажить вас, а наоборот.

Фрей сделал учтивый кивок головой и удалился.

Мери откинулась на подушку и задумалась. Не было ни отчаяния, ни страха. В глубине души она понимала, что находится в руках ужасного человека, от которого можно ожидать всего. Но с другой стороны она была глубоко уверена, что непременно выпутается из этой ситуации, тем более, сейчас, когда оказалось, что Джон не просто жив, а плюс ко всему еще и сбежал от Фрея. Уж теперь-то он наверняка придет ей на помощь. Как это вдохновляет, когда надеешься не только на свои силы, но и на помощь извне. Нужно только выждать. Непременно выждать, и все обойдется. Ну что же будем ждать.

Девушка заложила руки за голову и предалась воспо-минаниям и мечтаниям. Вспомнила, как впервые увидела Джона, как он сразу же ей приглянулся, и как ликовала в душе, когда заметила, что и он не сводит с нее глаз, а потом, в этот же вечер, нашел смелость и повод, чтобы познакомиться. Господи! Какие то были счастливые времена! Рядом был любимый. Никаких проблем, никаких забот. Как все изменилось с тех пор! Разве можно сравнить обстановку в трюме «Герцога», когда она находилась там пленницей, с обстановкой на балах с обилием яств на столах и… Господи! Сколько там было угощений! Сколько различных блюд и напитков! Мери проглотила слюну и только сейчас вспомнила, как давно не кушала, и только сейчас осознала, как сильно она хочет есть. Она даже задвигалась на своем месте, чтобы прогнать навязчивые желания. Однако мысли о пище не выходили из головы да еще плюс к этому в животе начало неприятно бурчать и покалывать. Девушка горько усмехнулась, вспомнив последние слова Фрея. Как все-таки все сложно в этом мире! Сколько на свете существует мелочей, о которых по обыкновению никогда и не думаешь даже, но в определенных обстоятельствах они могут сыграть немалую роль. Казалось бы, все на свете мелочь. Главное сейчас для нее является ненависть к дьяволу во плоти – Фрею, желание отомстить ему, вырваться на свободу, вновь оказаться в объятиях любимого человека. Нет таких ухищрений, которыми Фрей мог бы сломить ее волю. Ее ненависть к нему и чувство возмездия святы. Ничего не может с этим сравниться. А вот поди ж ты, появляются вдруг нюансы, которые поначалу кажутся такими мелочными, что просто смеяться хочется, насколько они несерьезные, но которые потом вдруг выходят на первый план и с которыми просто необходимо считаться. Ну чем раньше для нее был прием пищи? Незначительной деталью жизни, непродолжительным отрезком своего времяпровождения. Теперь, когда она едва ли не впервые в жизни испытала чувство голода, взглянула на это немного другими глазами. При этом подсознательно появилась и попутная мысль: а ведь это только начало. А что будет, когда чувство голода обострится настолько, что его невозможно будет терпеть? Вспомнила об услышанным когда-то давно словосочетании «голодные обмороки», смысл которого тогда не поняла, и которому в то время не придала абсолютно никакое внимания. Теперь же… Нет, это был отнюдь не страх, пока всего лишь легкое беспокойство, но она отдавала себе отчет в том, что это действительно «пока». А что если наступит момент, когда прийдет острая потребность отправить естественные надобности, а она не сможет выйти из этой запертой каюты?

Мери почувствовала, что не на шутку разволновалась. Сначала поднялась и села на уголок кровати, а потом нервно зашагала по каюте. Нет и еще раз нет! Ни в коем случае нельзя позволить себе пасть духом. Господи! Как рано она запаниковала! Девушка готова была проклинать себя за этот порыв слабости. Она непременно выкрутится из этой передряги! Непременно! Да она просто-напросто убежит с этой чертовой посудины, да и дело с концом! Ведь один раз это ей уже удалось сделать, хотя и положение ее тогда было серьезней, она могла запросто угодить в рабство. Теперь же все проще. Наверняка проще! Вон он берег, совсем рядом. Она неплохая пловчиха и без труда доберется до него.

Девушка подошла к громадному окну, долго возилась с ним, но наконец открыла одну из его многочисленных створок, облокотилась на нижний брус, и взглянула на все, что раскинулось пред ее взором.

Первое, что бросилось в глаза: вода. Везде вода, а главное внизу, прямо под ней, что и не удивительно, ведь каюта была кормовая, следовательно, и окно получалось «с видом на кильватерную струю». Причем, кормовые надстройки были спланированы таким образом, что по мере возвышенности они расширялись, а если смотреть вниз, то как бы сходили «на нет». Потому-то, взглянув вниз, девушка не увидела там ничего такого, на что можно было бы стать, или за что можно было бы уцепиться. Внизу была только вода и ничего кроме нее. Притом расстояние до нее было довольно приличное. Это обеспокоило девушку. Ведь невольно придется прыгать в воду, а при такой высоте произойдет столь громкий всплеск, что непременно привлечет внимание кого-нибудь на судне. Нет-нет! Только не это! Неудачи она не переживет! Все должно получиться с первого раза. В противном случае Фрей настолько может стеснить ее в действиях и в движениях, что потом ни о каком побеге невозможно будет и мечтать.

Мери взглянула в сторону острова. Боже! Он совсем рядом. Она непременно попадет туда рано или поздно! Она вырвется из грязных рук этого мерзавца!

– Госпожа! Вам подогнать лодку прямо к окну каюты, или вы и так, вплавь доберетесь к берегу.

Не успела девушка вздрогнуть от неожиданности, а сверху, откуда только что прозвучал голос, уже доносился грубый матросский хохот. Мери подняла голову и увидела несколько расплывшихся в самодовольных улыбках физиономий, среди которых Фрея, однако, не было. Да и судя по простоте одежды, было ясно, что это простые матросы. Это озадачило девушку. Она поняла, что не все так просто, как она предполагала вначале, Наверняка Фрей приставил к ней стражу, Наверное, наблюдают не только за ее окнами, но и за дверью. Она почти не сомневалась теперь, что только стоит ей выйти, и она непременно столкнется с кем-нибудь из матросов корабля. Ну, Фрей ну, негодяй!

– Ну так что, красавица, насчет лодки-то?!

– Да нет, милок! Она вам самим пригодится, когда вы будете убегать от посланников короля, призванных карать пиратов и изменников!

Мери захлопнула створку окна, отошла от него и присела к столу. Ее разрывала досада. Еще минуту назад все казалось так просто и так легко осуществимо. Как теперь все усложнялось! Дьявол! Что же делать? Все равно нужно что-то предпринимать. Сдаваться на милость негодяя Фрея она не будет. Об этом не может быть и речи! А он на это надеется. Ведь в последней своей фразе он на это и намекал. Нет, Фрей, нет! Только бы вырваться отсюда. А там, на острове она найдет поддержку. Там Джон, там… Мери похолодела. Ужас охватил ее. В эту минуту она вспомнила о том, о чем совершенно забыла и о чем некогда было вспомнить за лавиной своих личных переживаний. Малышка Жанни, Маго, Ван Любарри! Как они там? Господи! Выздоровела ли маленькая Жанни? Не опоздала ли Маго? Боже! Как не вовремя все произошло. Мери почувствовала себя страшно виноватой. вдруг из-за нее Маго опоздала и произошло непоправимое? Нет! Только не это!