– Очень много.
Он вернулся в машину и поехал в полицейский участок. Петерсон сидел в общем зале.
– Холланд прав, – сказал Ричер. – Они сюда не приедут. Это был блеф. Или кто-то блефовал от их имени. Мы ведь не знаем, кто именно здесь побывал. Это мог быть стрелок, который пытался создать себе подходящие условия и направить вас в ложном направлении.
– Так или иначе, но у них ничего не вышло. А теперь мы можем их арестовать.
– Тогда стоит поспешить. Они собираются уезжать.
– Кто тебе сказал?
– Подумай о звонке из УБН. Ты когда-нибудь продавал дом?
– Один раз.
– Ты привел его в порядок, верно? Чтобы он хорошо выглядел?
– Я покрасил деревянную обшивку.
– А они убирают снег. Все вещи сложены в коробки. У них почти закончились запасы продуктов. Тот, кто владеет тем местом, его продает.
– И когда они уедут?
– Скоро.
– У тебя возникли с ними проблемы?
– Честно говоря, нет.
– Они поверили, что ты представляешь армию?
– Ни на мгновение. Но им сказали вести себя прилично, чтобы не возникло ненужных разговоров. Тот, кто всем там владеет, не хочет, чтобы ему испортили репутацию. Поэтому они вели себя мирно.
– Никто не владеет тем местом. Это общественные земли.
– Кому-то оно приносит прибыль, и он думает, что оно ему принадлежит. Байкеров он нанял, вот и все дела. Рабочие пчелы. А теперь они получили приказ уехать. Их перевели на следующий проект.
– Платон-мексиканец.
– Владелец.
– Ты нашел лабораторию? – спросил Петерсон.
– Я хочу посмотреть на товар, который захватили на парковке возле ресторана.
– Зачем?
– Так работает моя голова. Шаг за шагом.
Петерсон пожал плечами и повел Ричера за собой в коридор, а потом к комнате, где хранились вещественные доказательства. Перед дверью стоял стол, но дежурного за ней не было. Петерсон прошел мимо, вытащил из кармана связку ключей и отпер дверь.
– Подожди здесь, – сказал он.
Он вернулся через десять секунд с большим пластиковым мешком и прикрепленным к нему документом с четырьмя датами и подписями. Внутри Ричер обнаружил пачку, которую описывала Джанет Солтер. Солидный кирпич белого порошка, твердый и гладкий, завернутый в вощеную бумагу. На ней была карандашом нарисована корона, лента, три точки, три шарика, изображающие драгоценные камни.
– Вы проводили тесты? – спросил Ричер.
– Конечно, – ответил Петерсон. – Это метамфетамин. Нет никаких сомнений. Около килограмма, очень высокой очистки, почти лабораторной. Превосходное качество, если тебе нравятся такие вещи.