Она фыркнула.
– Невинная девочка?
– Нас официально не представляли друг другу прежде.
– «Лорен» будет хорошо.
– Лорен явно не хорошо, – откликнулась я, присаживаясь рядом с ней на корточки. – Лорен плохо себя чувствует, прячется от брата и его девушки, а еще пропускает занятия. Из всего этого следует, что Лорен совсем не хорошо.
– Меня тошнит из-за мигрени, – проворчала она.
– Почему ты не идешь домой?
Лорен сдвинула брови.
– Потому что папа заставит меня поехать к врачу.
– Так делают все люди, когда болеют...
– Я не больна, – прошипела она, обороняясь.
Я пару секунд изучала ее, отметив темные круги под глазами, бледную кожу и тяжелое дыхание. Лорен определенно нездорова.
– Не больна. Ясно, – я поднялась, хлопнув ее по спине. – Менструальные боли – это ужас.
– Менструальные боли? – она посмотрела на меня в замешательстве.
– Когда я хочу, чтобы люди оставили меня в покое, то говорю, что у меня менструальные боли, и им лучше уйти, – я подняла руку, прежде чем Лорен успела меня перебить. – Я знаю твой секрет, так что шантажировать меня этим тебе не удастся. А вот директор Рэннер? Он скривится, как только начнем говорить о менструациях. Я вытащу тебя отсюда и отведу домой.
– Спасибо тебе, – пробормотала она.
– Но ты должна мне кое-что пообещать.
– Ладно.
– Если станет хуже, иди к врачу. Что бы там ни было, это не пройдет одним лишь усилием воли. Возможно, тебе нужны какие-то таблетки.
Она коснулась серебряной подвески в виде сердца, и по ее щеке скатилась слеза.
– Медицина не всесильна. Некоторые вещи нельзя вылечить.
Я нахмурилась, глядя на нее.
– И что же это за невылечиваемые вещи? И откуда ты знаешь, если не пробовала?
Ее губы задрожали.
– Я знаю достаточно. И в курсе, на что такое способно. Оно отбирает все, пока уже ничего не остается. Отрицание означает, что у меня ничего не отнять.
Вместо того чтобы сказать Лорен, что отрицание – плохая идея, я просто протянула ей руку.
– От неизбежного не спрячешься.
– Сейчас я могу.
Упрямая девчонка.
– Ладно, – раздраженно отозвалась я. – Хорошо. Прячься. А сейчас пойдем повергнем в ужас Рэннера. Не могу дождаться, когда увижу его лицо после того, как скажу ему, что у тебя потекла кровь и твои трусики теперь в ужасном состоянии.