Она достала из мешочка на поясе мешка прозрачный пузырёк с тёмной жидкостью и протянула Аурелии.
— Пей по три капли ежедневно перед едой. А лучше добавляй в питьё, будет не так противно.
— Можно мне спросить вас, госпожа Крисана? Насколько серьёзно моё положение?
— Весьма, дорогая. Лишний раз не волнуйся, избегай дневного зноя и не перенапрягайся. Это вредно для тебя и малыша. Ну, а мне пора идти, ещё нужно проведать нескольких больных.
— Понимаю. Я буду беречься.
Старуха почти дошла до двери, но обернулась.
— И вот ещё: никаких любовных супружеских утех. Это опасно. Понятно?
— Как же тут не понять, — произнесла покрасневшая и расстроенная Аурелия.
Женщина тихо удалилась.
У Аурелии перехватило дыхание от едва сдерживаемых рыданий. Протянув руку, она ухватилась за прикроватный столбик и потёрла глаза.
Она никак не могла взять в толк, почему это происходит именно с ней? За какие грехи она расплачивается?
— Госпожа, — в приоткрытую открытую дверь заглянула служанка. — Вы собирались вместе со мной проверить запасы вина. Хотите это сделать сейчас?
— Ах, да, уже иду, — Аурелия через силу улыбнулась, похлопала себя по щекам и последовала за прислугой в зал.
Однако вскоре девушка поняла, что она никак не может сосредоточиться на домашних делах. Слушая болтовню Хельги и рассеянно кивая время от времени, Аурелия мыслями была далеко.
— Вы чем-то расстроены, госпожа? — задала вопрос служанка, обеспокоенно глядя на свою молодую хозяйку.
— Да нет, что ты. Просто в голове звенит, наверное, от жары.
— Понимаю, — посочувствовала Хельга. — Я видела, как от вас уходила повитуха. Вы ей рассказали про своё недомогании?
— А что тут говорить, ведь отсутствие летом аппетита и головокружение встречается часто, особенно в жаркую пору.
Служанка согласно покивала головой.
— Пойду, подышу свежим воздухом, пока не слишком душно, — сказала Аурелия.
Несмотря на приятную заботу окружающих людей, на прекрасный летний день, чувство тревоги не оставляло её.
В долине было много цветов, которые наполняли воздух чудесным благоуханием. Аурелия вышла за ворота замка и не спеша пошла по широкой тропе, ведущей в рощу. По дороге она собирала букет, слушала успокаивающее щебетание птиц в кронах деревьев и наслаждалась умиротворяющей тишиной. Девушка уже почти вошла в рощу, как услышала позади себя стук копыт. Она резко обернулась и замерла на месте. К ней приближался всадник с сияющими на солнце светлыми волосами. Поравнявшись с Аурелией, он осадил коня, и пронзительно посмотрел на неё.
— Дьявол и его приспешники, Аурелия, ты сошла с ума! — воскликнул Дамир. — Ты хочешь моей смерти?!
Она не успела даже ответить, как оказалась в седле перед взволнованным мужчиной.
— Нужно было предупредить меня, что идёшь на прогулку. Я составил бы тебе компанию.
— Простите, но я не совсем понимаю, почему я не могу прогуляться одна?
Неожиданно Дамир дёрнулся, и девушка не успела опомниться, как в плечо супруга вонзилась стрела, а затем ещё одна. Болезненный стон вырвался из груди мужчины, когда он развернул коня и, вонзив шпоры в бока лошади, стрелой полетел назад в замок.
Вне себя от ужаса, что раздирал когтями изнутри, Аурелия что есть силы ухватилась за холку во время этой бешеной скачки и спрыгнула на землю, едва за ними закрылись ворота. К ним немедленно поспешили стражники, которые всё видели. Они помогли Дамиру спуститься с лошади, а затем, подхватив под руки, унесли.
Аурелия некоторое время постояла на улице, приходя в себя от испуга и восстанавливая дыхание. Во дворе стояла суета, и на неё никто не обращал внимание.
Мать природа! Её супруг тяжело ранен, а она стоит здесь и ничего не делает!