Бровь незнакомца выгнула дугой, взгляд стал более колким и напряженным. Кошка, словно почувствовав перемену настроения хозяина, резко вскочила на лапы. Маг плавным жестом опустил руку на голову животному и нежно почесал за ушком. Пантера вскинула голову, пристально посмотрела ему в глаза, и, словно получив молчаливый приказ, снова спокойно легла у его ног. Все говорило о том, что у этих двоих прочная незримая связь.
Я отошла на несколько шагов от этой странной парочки и осторожно задала вопрос:
— Откуда вам известно про кинжал? У меня его нет.
— Детка, — маг снова расслабился, — да об этом знают все волшебные создания этого мира. И если бы не Совет Гителан, оберегающих и сохраняющих равновесие сил добра и зла, то неизвестно, где бы этот кинжал сейчас был. Кстати, у каждой хранительницы есть родимое пятно в виде полумесяца, которое я прекрасно вижу на твоей шее. И да, знаю, что артефакт не у тебя, а в тайнике. Учись опускать туманную завесу на мысли. Не помешает.
Я быстро прикрыла пятно рукой, тряхнув волосами, чтобы они скрыли знак от его глаз.
— Ох! Моя же ты лапушка, заговорила меня, и я совсем забыл представиться. Моё имя Вестар.
Вот так я познакомилась с самым загадочным мужчиной в своей жизни. Он всегда появлялся и исчезал по своему усмотрению. И пока моя тетушка готовилась к свадебному торжеству, мы в течение оставшихся двух месяцев виделись почти каждый день. Именно Вестар мне пояснил, зачем нужны хранительницы кинжала. Оказывается, только носителю особого знака не дано испытывать искушения применить это оружие в действии, пытаясь пошатнуть равновесие. А также я узнала, что не все в нашей семье обладают этой меткой. У моей бабушки она была, а у мамы отсутствовала. Не обладала она набором качеств, что необходимы для того, чтобы стать хранительницей. Это боль нашей семьи, и гордиться тут нечем. Мама не могла смириться с мыслью, что бабушка оставит кинжал мне, ибо метка, хоть и слабо, но уже обозначилась на шее. Искушение стать значимой в волшебном мире пересилило все запреты, и мама, воспользовавшись отсутствием бабушки, пробралась к серебряному источнику и вытащила кинжал из тайника. Однако заговорённый артефакт обжог её. И тут же, чтобы не дать ей опомниться, последовала атака демона Бальтазара. Именно он, невидимый всё время, был рядом и подзуживал на ухо. Он мастерски внушил ей желание безграничной власти, подталкивая медленно, но верно на путь предательства. И она, бедная, не смогла устоять перед искушением власти, и, сама того не ведая, привела его к желанной цели. К чести мамы можно сказать, что она в совершенстве владела холодным оружием, но атака демона была молниеносной. При нападении демон принял свой естественный безобразный вид, что делало его вдвое сильнее. Он просто швырнул маму в дерево, как тряпичную куклу, и стал искать отлетевший в сторону кинжал. Видимо, демон знал о силе кинжала, но не знал, что прикосновение к нему нежити может обжигать, как святая вода. Найдя артефакт, довольный демон схватил его и в тот же мгновение взревел от боли, выронив назад в воду.
Так получилось, что я вместе с бабушкой собирала лекарственные травы, недалеко от источника. Услышав женский крик, мы поспешили на помощь.
Первое, что я увидела, приблизившись к источнику, — это бездыханное тело матери. А уж после заметила склонившегося над водой демона. Вот тогда меня накрыло. Не думая ни секунды о возможных последствиях своего поступка, я вихрем понеслась к воде. Всем хорошо известно, что демонов ранит и убивает серебро, а значит, в воду, где оно содержится, он не должен был полезть. Однако этот гад оказался весьма находчивым. Демон подцепил кинжал на палку и держал над водой. Этого хватило на то, чтобы, проехавшись на животе между расставленных ног демона, перехватить кинжал, и я, подскочив, с размаху прошлась твари по горлу. Со страшным воем и шипением демон испустил дух. Сгорел в пламени и рассыпался пеплом, как будто его никогда и не было. Кинжал снова оказался у законной хранительницы. Маму похоронили на следующий день. Вскоре за ней ушла и бабушка. А далее, как я и говорила, на пороге бабушкиного дома появилась тётя Лавиния и велела собирать вещи.
Что-то я отвлеклась. Ах, да… Мой будущий супруг, оказывается, разглядел метку на шее при первой встрече и пожелал обладать и мной, и кинжалом. Так уж получилось, что я случайно подслушала разговор Доминика с одним из баронов буквально за несколько дней до свадьбы. Вестар посоветовал быть более осмотрительной, особенно это касалось супруга, который любит власть. Как итог всего: став женой Доминика и переехав в замок, я лишилась единственного друга, который был по-настоящему добр и внимателен ко мне. Не у кого стало спросить совета. Ведь я больше не могла видеться с Вестаром по своему желанию. Кинжал всегда находился при мне, днём в ножнах на поясе, а ночью в серебряном ларце с секретом. Никто, даже супруг, не догадывался о тайнике в такой изящной вещице ручной работы. Этот ларчик принадлежал ещё прабабушке, и Доминик считал, что он мне дорог, как семейная реликвия.
В семнадцать лет у меня на руках были вы, мои девочки. Это событие стало моим утешением в безрадостной семейной жизни. Несмотря на все мои старания и старания Доминика, я не смогла полюбить вашего отца так, как он бы того хотел. Иногда он даже ревновал меня к вам, понимая, что только вас я люблю искренне и всей душой.
Вам исполнилось два годика, когда. оставив вас на попечение няни в саду замка, я ушла дать распоряжения относительно меню для ужина. Пригревшись на солнышке, няня задремала. Так уж получилось, что Арлетта всегда была шустрее тебя, Аурелия. Воспользовавшись подвернувшейся удачей, она сползла с покрывала и отправилась изучать двор. Шустро передвигаясь на маленьких коротеньких ножках, никем не замеченная, она умудрилась покинуть замок через открытые главные ворота, через которые только прошли купеческие обозы. Оставшись одна, Аурелия заплакала, чем потревожила сон няни. А в следующую минуту весь двор был уже на ногах в поисках Арлетты. Один из дозорных, стоящих на стене высмотрел маленькую девочку, шагающую к озеру. Не помня себя от страха, я выбежала за ворота и понеслась в направлении, указанном стражником. За считанные мгновения преодолев расстояние от замка до воды, я подхватила Арлетту на руки. Но тут моё внимание привлекло непонятное движение слева. Повернув голову, я почувствовала настоящий ужас. От леса к нам приближался огромный пёс. Это была не просто большая собака, а настоящий двуглавый монстр. Практически в рост человека, с мощным телом и огромными, как блюдца, красными глазами, с двойным рядом зубов, торчащими из пасти острыми треугольниками. Я поняла, что вместе нам не убежать, и бросилась в воду в надежде, что Орф, а это был именно он, побоится лезть в воду. Но не тут-то было, он бросился за нами, рассекая своими загребущими лапами воду. Волшебница Ильвия почему-то решила вмешаться, тем самым нарушив запрет, и едва не потеряла доверие Совета Гителан, отвечающих на порядок в этом мире. Неизвестно, как она всё объяснила и осталась хранительницей. Ильвия открыла портал для нас и сразу же закрыла его перед самым носом чудовища. Так я и Арлетта попали в чуждый для нас мир, который на долгие годы стал родным. Уже там я встретила Майкла, который нам очень помог, но которого я тоже не смогла сделать счастливым.
Закончив свой печальный рассказ, Малика обернулась посмотреть, что делают мужчины. Они, к её величайшему удивлению, стояли рядом, и, похоже, слышали если не весь рассказ, то точно большую его часть. Об этом можно было судить по мрачному потемневшему лицу Доминика Велора.
========== Глава 7 ==========
Малика была утомлена погружением в прошлое, и ей нестерпимо захотелось остаться одной. Рассказ длился недолго, но вымотал душу болезненными воспоминаниями. Солнце тем временем ушло на другую сторону замка, и главный зал погрузился в полумрак. Дав распоряжение слугам принести на стол канделябры со свечами, она поднялась со своего места, извинилась и хотела было удалиться, как Арлетта придержала её за локоть.
— Мама, это значит, кто-то из нас следующая хранительница? — испуганно протараторила она.
— Нет, дочь моя. Боюсь, на мне всё и закончится. Ни у тебя, ни, тем более, у нежной Аурелии, нет метки. А она появляется до совершеннолетия. Нас слишком долго не было. Что-то изменилось. Где-то подрастает новый хранитель. И как только он будет готов, кинжал притянет его.
После этих слов Малика похлопала дочь по руке и царственной походкой направилась к двери. Проводив её взглядом, Арлетта тут же решила переговорить с Тариком. Улучив момент, когда Дамир отвлёк Доминика, сверлящего взглядом дверь, за которой исчезла неверная жена, она быстро подошла к своему супругу.
— Скажите, я могу мою последнюю ночь в отчем доме провести с сестрой? Если я правильно понимаю, то завтра мы будем ночевать уже под крышей вашего дома. А нам, согласитесь, есть о чём поговорить.
— Нет, и это не обсуждается. Сегодняшнюю ночь ты проведёшь в супружеской постели. Мне действительно жаль, но таковы наши традиции. Сегодня наша свадьба, и я не хочу давать повод слугам к сплетням. И, пожалуйста, не нужно устраивать истерику. Побереги свои нервы и моё терпение, которое вовсе не безгранично. Арлетта, — покачал головой Тарик, видя, что девушка хочет возразить, — на сегодня довольно препирательств. Не будь ребёнком.
Девушка опустила глаза, и яркий нервный румянец окрасил её щёки. Руки сжались в кулаки. У неё возникло стойкое чувство, будто Тарик читал мысли. Он словно понял её желание добиться желаемого и пресек всё на корню.
Тарик оглянулся на остальных членов семьи и, ощутимо ухватив Арлетту за руку, наклонившись к самому лицу невесты, произнёс:
— Послушай меня внимательно, моя пылкая красавица. Сейчас мы вместе с тобой пожелаем всем приятного вечера и удалимся вместе в отведённые нам покои. Ни слова и ни звука против. Пожалеешь. Всем и так хватило за день переживаний.
В ответ на него презрительно взглянули серо-голубые недовольные глаза.
— Пришло время покинуть наших родных, — громко, с лёгкой насмешкой в голосе, сказал Тарик, — и окунуться в омут страстной любви в объятиях прекрасной жены.
Краска моментально отхлынула от щёк Арлетты, даже губы побледнели. До неё только сейчас дошёл весь ужас скоропалительного замужества, то, что уже сегодня она будет пожинать его последствия. Девушка окинула взглядом зал, и ей вдруг нестерпимо захотелось оказаться далеко-далеко отсюда: где-нибудь в баре в окружении своих друзей.
— Сейчас засвидетельствуем своё почтение твоему отцу, как подобает новоиспечённой супружеской паре, и на выход, — шепнул он на ухо Арлетте.
Она ничего не ответила, ибо в горле стоял ком страха, и не сопротивлялась, когда супруг потянул его по направлению к стоящему у камина Доминику Велору.
— Разрешите нам удалиться на покой, — сказал Тарик, подходя к хозяину замка. — А то я и моя прекрасная супруга сгораем от нетерпения остаться наедине.
Арлетта вновь ощутила сильнейшее головокружение, как тогда, в комнате, но супруг, сообразив, что она снова балансирует на грани обморока, подхватил её дрожащее тело на руки.