Избранные произведения в одном томе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но зато на тропе, на краю болота, лежало рядом два тела. Над ними склонились Игорь и лейтенант.

— Нашли? — выдавила Маша.

— Нашли, — мрачно подтвердил Игорь, выпрямляясь и охлопывая себя по карманам. — Да только не тех.

— К-как не тех?

Маша на негнущихся ногах двинулась в сторону страшной находки. Тела были старые, не вчерашние, хоть болото и не дало времени и тлению поработать над ними. На одном мертвеце была тёмная от болотной жижи, порванная в нескольких местах голубая когда-то соколка. В прореху выпала хитрого плетения цепочка. Игорь поддел её кончиком перочинного ножа. Вытянул. На толстой цепочке болтался жестяной кругляш медальона, а рядом — перекрученное серебряное колечко, словно висело ещё что-то на груди мага, но сорвал его страшный противник. Даже — если приглядеться — заметен ожог на груди. Игорь осторожно заглянул за ворот второму мертвецу.

— Это маги, Маха. С жетонами, со смертными медальонами. Офицеры. Действующая армия… или милиция, пока не знаем. Ваши, лейтенант? — Он обернулся к Морозову. — Откуда они тут взялись?

— Не милиция это и не армия, — ответил глухо лейтенант. — Советские воины не стали бы бежать от опасности.

Он поддел сапогом одно тело, перевернул на живот.

Маша взглянула на трупы одним глазом, и её тотчас замутило. Замутило, хотя на фронте, казалось, навидалась всякого.

Спина у мёртвого мага была разворочена, наружу торчали обугленные осколки рёбер, словно кто-то садистски выламывал каждое из них.

— Михаил Мишарин. Владимир Мрынник. Личные номера, — Игорь держал в горсти медальоны. Оба светились тускло-янтарным светом, послушно ответив на прикосновение мага.

— Откуда они тут взялись? — беспомощно выдохнул Морозов.

— Это у тебя, лейтенант, лучше спросить, — бросил Игорь. — Самое большее — три недели прошло, ну, может, четыре, учитывая магию. Кто они? Откуда? Наши, кармановские, местные — или приезжие? А, лейтенант? Ты охраной в горисполкоме командуешь, через тебя все книги посещений проходят — были такие?

— Что пристал? — отвернулся Морозов, сердито сплюнул. — Никогда я этих молодчиков не видел. А кармановские, нет ли — не знаю. Город всё-таки, не деревня. Да и не здешний я, назначили полгода назад.

— Значит, живы наши-то? — подал голос один из бойцов, Фокин.

— Скорее всего, — кивнул Игорь. — Тела вынести надо, деваться некуда. А потом ещё… смотри, Маш, — он склонился над трупом.

Преодолевая дурноту, Маша вгляделась.

Веко покойника чуть заметно подёргивалось.

— Денекротизация в чистом виде. Уже началась, — прокомментировал Игорь. — Понимаешь, что делать надо?

Маша понимала. Недоожившие трупы нести в город, там, в морге, в особой комнате, проводить долгий, нудный, грязный и опасный ритуал. А потом хоронить — в бетонном гробу, потому что бывали случаи спонтанного денекроза уже очищенных, казалось бы, лучшими специалистами трупов.

А ещё это означало, что, по всем писаным инструкциям и по неписаным, но не менее жёстким законам сообщества магов, своих погибших надо было выносить немедленно, потому что их смерть могла обернуться куда большей бедой, чем, к примеру, неразыскание тех шестерых бедолаг, из-за которых всё и началось.

— Надо возвращаться, — выдохнул Игорь, вставая. Как показалось Маше — с отвращением к себе. — Мёртвых… обиходить. Доложить куда следует…

Доложить куда следует они и впрямь были обязаны. Отделения МГБ в Карманове не было, докладывать надлежало напрямую в область.

— Маш… Давай последний заход, а? Хоть бы только на «мёртвый-живой», без привязки к местности?

— Недопоиск…

— Ну да. Чтоб не с пустыми руками домой. И родне сказать, мол, живы, знаем точно.

— Давай. — Рыжая тряхнула волосами.

…И вновь им помогли. Болотная тварь дёрнулась раз, другой, почуяв творимое рядом чародейство, хоть и куда слабее, чем поиск по Курчатову, — и замерла, придавленная, словно бетонной плитой, чьим-то сильным и сложным колдовством. Сплетено было так тонко, что Игорь, похоже, так ничего и не заметил.

А люди ещё оставались живы. Заклятие отвечало на вопрос ясно и недвусмысленно.

— Хоть тут всё удалось, да, Маш?