Вспышка. Машкины глаза на миг ослепли, слёзы хлынули потоком — петля почти затянулась. Игорь успел лишь в самый последний момент.
Но зато она разглядела. Разглядела то, чего они все так боялись увидеть.
Мёртвые человеческие тела в болотине, невдалеке от жуткой дёргающейся огненной твари.
— Сожрала-а-а… — вырвалось у Машки.
Резкий запах нашатыря. В свете от костра — лицо Игоря, губа закушена.
— Ох, Рыжая…
— А ты… испугался, что ли?.. Что я тебе, барышня? Нашла я, вот чего.
Какое-то время ушло, чтобы прийти в себя. Лейтенант Морозов и его люди выслушали известие в мрачном молчании.
— Вытаскивать надо, — закончила Маша.
— Вытаскивать?! Вы, товарищ маг, сами ж нам говорили, мол, не подходить ни на шаг!
— Это когда мы мимо шли, — пришёл на помощь Игорь. — Нельзя их там оставлять, даже до утра, если у твари пятнадцать по Риману.
— Чего «пятнадцать»? По какому Риману? — не выдержав, огрызнулся лейтенант. — И что такого страшного случится? Они ведь уже мёртвые!
— В том-то и дело, — ответила Маша таким замогильным голосом, что Морозову вдруг совершенно расхотелось спорить. Правда, ненадолго.
— Велика вероятность спонтанной денекротизации, — буркнул лейтенанту Игорь. — При такой-то локальной напряжённости…
Кто-то из милиционеров сдавленно прошипел сквозь зубы пару крепких слов. Лезть прямо в пасть болотной твари не хотелось никому.
— Так если опасно, надо в город вернуться и сапёрную команду вызвать. — Лейтенант оправился и, скрипнув зубами, упрямо настаивал на своём, не желая подвергать опасности своих молодцов. — Заминировать всё тут, да и…
— Повезло вам, лейтенант, — теперь нахмурился и Игорь. — Повезло, коль в войну ни разу не пробовали «заминировать» бестию с хотя бы десяткой римановской, не говоря уж о пятнадцати.
— А что? Мина есть мина. Тротил, он и в Африке тротил.
— Интересно, зачем тогда маги, если «тротил, он и в Африке»? — ядовито спросила у лейтенанта Маша. — Не получится ничего, товарищ Морозов. Только людей губить. Этот болотник твой тротил сожрёт и только облизнётся. Ему и снаряды, и бомбы — всё нипочём.
— Предел Корсакова, — вставил Игорь. — Десять целых и семьдесят четыре сотых по Риману.
— Ага. А когда пятнадцать, да ещё и девятнадцать с половиной по Чикитскому, что, в частности, показывает и вероятность стихийной денекротизации и анекротических явлений на свежих трупах, то ясно даже и ежу, что тела надо вытаскивать немедленно.
— Как? — не сдавался лейтенант.
— Кошками. Крючьями, — пожал плечами Игорь. — Вы, лейтенант, разведвзводом командовали, неужто я вас учить должен?
— Без команды я людей под такое не подведу. — Морозов упрямо нагнул голову.
— Мы с товарищем Угаровой — оба старшие лейтенанты, между прочим. — Глаза у Игоря блестели зло и упрямо. — Показать удостоверение?
— Не тебе мне приказы отдавать, — не опустил взгляда Морозов. — Доложу, куда следует, там решат. Игнатьев! Разворачивай рацию.
— Куда радировать собрались, м-м? — поинтересовалась Машка, словно невзначай оказавшись рядом с лейтенантом, прищурилась, сердито ли, игриво, не разобрать.
— Тебе не доложился! — рявкнул тот, совсем забыв былую почтительность. — Фокин! Ко мне!
Маша прицокнула языком.
— Трщ лейтенант? — подскочил рослый боец.