— А как насчет «Комодо»? — спросила она. — Мы передвинемся?
— «Комодо» недостаточно быстр, чтобы обогнать бурю. Гесс говорит, что нам лучше оставаться на месте.
Она замедлила шаг, поравнявшись с ним, удивленная тем, что он так много ей рассказывает. Лоран нахмурился, но она помнила его добродушную улыбку, когда он спарринговался с Лив.
— Я видела тебя в Крае, — сказала она. — Ты нравился Лив.
Его взгляд смягчился.
— Мне повезло, что я знал ее.
Ответ был серьезным и звучал с нежностью. Она изучала его, ее любопытство росло. Волосы у него были черные и достаточно длинные, чтобы касаться воротника мундира. Длинный острый нос и высокие брови придавали ему естественный вид превосходства. Он выглядел старше Соболя лет на десять.
Он сжал губы в мрачную линию, когда поймал ее пристальный взгляд.
— Так ты наткнешься на стену. Поверни направо впереди.
— Куда ты меня ведешь?
— Кое-куда. Надеюсь, мы доберемся в этой жизни, но с темпом, который ты задала, это не точно.
Они подошли к двери, по бокам которой стояли солдаты Рогов.
— Десять минут, — сказал Лоран. — В эту комнату никто не заходит.
Один из мужчин у двери кивнул.
— Да, сэр.
Лоран перевел взгляд на Арию, его брови сошлись на переносице. Она увидела страх и ожидание на его лице, и ужасные мысли пронеслись в ее голове.
До этого момента она не боялась его. Теперь она поняла, какой наивной была. Лоран проявил к ней необычный интерес, когда увидел ее в первый раз. Она чувствовала его присутствие, потому что чувствовала его интерес к ней. Она перевела взгляд с двери на него, страх превратил ее в камень и лишил дара речи.
Лоран выругался, увидев ее реакцию.
— Небеса! Нет. — Он схватил ее за руку, понизив голос. — Держи рот на замке и никому ни слова об этом не говори. Ни слова, Ария. Поняла?
Затем он втолкнул ее в комнату.
Где она нашла Перри.
Он лежал на узкой койке на боку, то ли спал, то ли был без сознания. Голый, если не считать простыни, натянутой до пояса. Белые полотенца были сложены на полу возле кровати. Даже в тусклом свете она могла сказать, что они были испачканы кровью.
Ее ноги дрожали, когда она подошла ближе, охваченная онемением, когда увидела его состояние.
Его руки всегда были мускулистыми. Теперь они раздулись. Опухшие от фиолетовых и красных пятен, покрывавших его кожу. Синяки расползлись по его груди и животу. Почти через каждый дюйм его тела.
За всю свою жизнь ее сердце никогда так не болело.
Никогда.
Рядом с ней тихо заговорил Лоран.
— Я думал предупредить тебя. Я не мог решить, помогло бы это или сделало бы все еще сложнее. Ожидается, что он полностью восстановится. Так сказали врачи.
Она повернулась к нему, ярость вспыхнула в каждой клеточке ее тела.
— Это ты сделал?