— Вес конечно пулеметный, а как с верхним стволом обращаться?
— Переводчик дальше очереди прокрутить.
Военный явно не ожидал такой отдачи.
— Упс, это воспринимается как сюрприз, приклад лягается так. Вижу, затвор остался открыт, как зарядить?
— Патрон в патронник, толкните пальцем вперед. Он должен сбить выбрасыватель вперед и затвор закроется сам пружиной, если нет — толкнуть вперед рычажок справа от ствола.
Клац — затвор закрылся. Опять оглушительный выстрел, наушники-то мы с Катей сняли.
В общем, смог спокойно посмотреть со стороны на стрельбу, хотя Катя все равно снимала на видеокамеру, дома изучим, может что интересное заметим.
Вторую винтовку тоже сначала опробовали стрельбой из тисков, а затем с рук. А вот ее капрал Полански раскритиковал:
— После выстрела рукоятка затвора поворачивается назад и влево, чтобы ее схватить и закрыть, нужно перенести руку над винтовкой. Но это еще не все. При неправильном хвате, если наклонить голову вперед, то можно получить по лицу рукояткой затвора.
— Ага, а вот об этом мы не подумали…
Отстреляв все двадцать 416-х патрона и шесть автоматных магазинов, поехали домой. Вечером в гости предсказуемо зашел Билл Ирвин, уж не знаю, какими путями узнавший про новинку. Он долго изучал оба уже почищенных образца, задавая самые неожиданные вопросы, проверяли ли автоматный ствол работой с магазинами разных изготовителей и патронами разного производства? Короткий ход верхнего ствола и качающися затвор его не удивили, но вот ударник под сорок градусов вызвал вопрос — а что будет с капсулями?
Показал коробку со стреляными и еще не переснаряженными гильзами — вроде след обычный. И тут Билл предложил убрать нафиг четвертьавтоматику из второго варианта, сказав, что риск получить рукояткой по лицу отпугнет покупателей, как и летящая по непонятной траектории гильза, а экономия времени при перезарядке незначительная. Прикинули что к чему — это еще и вес на полкило уменьшит, а значит этот вариант фермерского ружья снизится ниже пяти килограммов, то есть уже как-то приблизится к самозарядкам под 308-й, которые сейчас предпочитают фермеры из-за хоть каких-то шансов против крупного хищника.
Второй вариант был просто переделан, убрал короткий ход верхнего ствола и самооткрывание затвора, что заняло дней несколько. Сходил к Биллу, потом в "РА Ганз анд Аммо", купив по одному магазину для М-16/М-4 разных изготовителей, чтобы проверить надежность подачи патронов из них. И разных патронов по сотне для опытов.
На стрельбище оказалось, что с подачей проблем нет ни у одного изготовителя магазинов, но вот надежность перезарядки староземельными патронами болгарского производства оказалась недостаточной. Новоземельные Демидовские работали как часы. Решил в ближайшее время затеяться еще пятью винтовками первого варианта, а эти две поставить на витрину.
Обе винтовки купили геологи, зашедшие в магазин, по их разговорам понял, что приехали они до мокрого сезона, четыре месяца доучивались здесь, и вот скоро в поле. Спросил, доучивались где? Оказалось, что у Ордена есть некий Пионерный центр, где изыскателей доучивают местной специфике.
Ненавижу просыпаться в такую рань. К тому же от непонятного звука в доме. Жена тоже проснулась, первым делом взглянула на кроватки дочек — спят.
— Что это?
— Не понимаю совсем, пойду проверю
На случай таких проверяний под кроватью лежали пистолет и фонарь. Медленно подошел к лестнице, прислушался — звук снизу, медленно стал выглядывать по лестнице — вроде никого. Спустился вниз и понял — это просто душ. Но только кто в нем? Прошел в кухню — грязный след на подоконнике, но окно закрыто. Прислушиваясь к шуму воды, обошел первый этаж, фонарь в правой, вытянутой вверх-вправо, пистолет в левой, прижат к талии. Обычные копы держат пистолет слева-сверху, и такой хват давал вероятность, что при выстреле на свет он будет мимо, даже если противник знает, как обычно носят фонарь в таких ситуациях. Но никого в доме больше не оказалось — ни в подсобке с оружием, ни в мастерской или магазине. Вернулся к двери ванной, очень бережно присел сбоку от нее и чуть толкнул фонарем дверь.
— Димка, хватит там уже в ниндзей играть, лучше намылиться помоги — раздался ни с кем не перепутываемый голос Маши
— Маш, а вообще-то это мой муж — сзади подобралась Катя
— С которым я познакомилась раньше, чем ты в школу пошла — пошутила Маша, — И вообще, у меня левая рука не очень двигается
Заглянули в ванную. Порядком загорелая Маша стояла в душе и смотрела на нас с каким-то странным выражением лица. Она почти не изменилась, кроме одной очень портящей внешность детали — шрама на боку рядом с левой грудью. Кто-то явно пытался убить наследницу древнего прусского рода…
На полу кучей лежали какие-то воняющие костром и чем-то вроде лимона тряпки. Часа два спустя отмывшаяся Маша в белом махровом халате сидела за столом и рассказывала свои приключения, назвать которые обычными вряд ли смог бы даже Черкасов или Обручев.
Про переход и орденцев она кратко помянула, что с Базы ее отправили в тренировочный центр, где через две недели оказалось, что в район меридионального хребта севернее отметки какой-то отправляется экспедиция, на месяц примерно, и ей предложили съездить в качестве практики, геолог в группе уже был. Транспортом экспедиции были три Дефендера и Унимог в качестве заправщика, основной груз в его кузове — бочки с горючим и для воды. После Порто-Франко проехали примерно тысячу километров за два дня, и свернули на север в предгорья. По заросшей колее доехали до старого экспедиционного лагеря, сгрузили там часть бочек, вся группа из шести человек осталась на дневку, а водитель с напарником укатили обратно за бочками. Два дня радиальных выходов, Крис и Маша собирали образцы минералов, Дитрих и Ричард — топографы, вели съемку местности, Лена и Леша, старый машин приятель, которого она сманила с собой, были на обустройстве или помогали то там то сям. Его везучесть проявлялась пока только в шашлыке из некоего змея толщиной в ногу, которого он пристрелил ночью, проснувшись по понятной надобности. Казашка Эсфирь была в экспедиции поваром и разнорабочей, как и археолог Леша.
Как вернулся грузовик, перебрались на новую стоянку в километрах пятидесяти, соорудили столы и навесы, поставили палатки и продолжили изучать предгорье, собирая образцы. Природа в целом и геология в частности напоминали Рудный Урал, гранитные пегматиты, линзовые месторождения то железа, то меди в виде малахита и азурита, отдельные находки поделочных камней.
Австралиец Крис очень сокрушался, что нет никаких признаков золотоносных руд, о разведке которых он мог рассказывать все вечера напролет. А вот к топографу Ричарду возникали все большие и большие подозрения — то ли он недоучка, то ли самозванец. Формально он и был командиром группы, что могло объяснить странность — некий работник Ордена, которому хочется получать полтора оклада вместо одного.
Дитрих был типичным представителем своей профессии — возрастом чуть к 50, родился в ГДР, учился в Германии, потом работал в Центральной Африке, чего-то не поделил с местными, устроив "проверкоповесочную", из которой чернокожих чиновников-взяточников выносили в мешках и сбрасывали в скважину, а затем и на Новую.
И так две недели подряд — радиалки, поиск места для лагеря, переезд, опять съемка и выходы в стороны. С четвертого лагеря отправили грузовик по своим следам обратно, вывезти к дороге ящики с образцами минералов. Наметили перспективное место, куда весной поедет группа рабочих с одним геологом оконтуривать медное месторождение, отсняли долину речки;, явно пригодную для перегоражвания узости на предмет строительства миниГЭС, если месторождение окажется годным
Очередной переезд вдоль предгорий, и тут спокойная работа сменилась кошмаром. Проехали километров сорок, до присмотренной большой поляны на берегу ручья. На другой стороне ручья на склоне горы виднелось очень странное образование — козырек. Из не очень крутого склона горушки высотой хорошо если полторы сотни метров, на высоте около ста метров торчал как будто козырек бейсболки, только шириной метров двести и длиной около того же. На верхней стороне "козырька" росли деревья.