Десантник № 1 генерал армии Маргелов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но одного из них словно хранила судьба, хранила для будущих славных дел…

Командир в форме капитана Красной Армии медленно открыл глаза и сквозь кровавую пелену увидел погибших товарищей и искореженный автомобиль. Промыв речной водой глаза, он осторожно стал ощупывать себя. «Вроде цел…», — подумал он, и тут острая боль, внезапно возникшая в переносице, прошла как бы через мозг и снова вспыхнула огнем в верхней части лица. Кровоточила также и болела изуродованная левая щека. Хотел было перевязать себе голову, как вдруг услышал топот приближающихся всадников и звуки выстрелов, поднимающих фонтанчики на поверхности воды.

Пока капитан Маргелов выбирался из машины и окончательно приходил в себя, память услужливо в течение мгновений прокрутила события последних дней.

В 1938 году Василию Филипповичу Маргелову присваивается воинское звание «капитан», и он назначается командиром батальона 23-го стрелкового полка 8-й стрелковой дивизии Белорусского Особого военного округа.

Но вот началась военная кампания по освобождению западных областей братских Белоруссии и Украины, потерянных нами в период Гражданской войны по условиям Брестского мира, заключенного по прямому указанию Ленина.

В это тревожное время капитан Маргелов возглавил разведку 8-й стрелковой дивизии, будучи на должности начальника 2-го отделения штаба дивизии.

Немецкие войска полностью разгромили «панскую» Польшу и стремительно приближались к западным границам СССР. В этих сложных военно-политических условиях между правительствами СССР и Германии был заключен мирный договор, который вошел в историю как печально известный пакт Молотова-Риббентропа. Согласно его секретным протоколам, «панская» Польша делилась примерно поровну новыми союзниками и устанавливалась разграничительная демаркационная линия между советскими и германскими войсками. Вот в этой-то стратегической операции на западных рубежах нашей Родины и довелось получить первое боевое крещение начальнику 2 отдела (разведки) 8-ой стрелковой дивизии капитану Василию Филипповичу Маргелову.

В те дни капитан Маргелов получил важное, особо секретное задание. В раэведуправление Белорусского фронта пришел приказ из Москвы «добыть» у «союзников» секретный противогаз, В вышестоящем штабе рассудили: нужен командир боевой, смекалистый, дерзкий, способный сделать почти невозможное, задачу решить по-суворовски «быстро и с натиском». Выбор пал на капитана Маргелова. «Пусть попробует, а вдруг с ходу у него получится. А тем временем тщательно подготовим еще несколько групп разведчиков, для подстраховки».

— Капитан, или грудь в крестах, или голова в кустах, приступить к выполнению немедленно, — заключил командир дивизии после того, как изложил суть боевой задачи. И, отчетливо понимая смертельную опасность и большую ответственность, неожиданно выпавшую на долю уважаемого им молодого командира, добавил:

— Хочу, чтобы вернулся живым.

Комдив обещал всяческое содействие и приказал через час доложить замысел действий. Добавил также, что в случае успеха представит к ордену Красного Знамени.

Боевые ордена тогда очень ценились, и не только в среде профессиональных военных, но и в народе. Орденоносцы были гордостью страны. Отец вспоминал, как в числе других преподавателей ездил за 100 километров от училища, чтобы посмотреть на участника боев в Испании, награжденного орденом Красной Звезды. Но не в ордене было дело. Капитан Маргелов хорошо знал историю… Знал, какой урон нанесли германцы противнику, внезапно применив ОВ (отравляющие вещества) в Первую мировую войну. Противогаз был просто необходим. В войне с врагом коварным, без чести и совести, он мог потребоваться в любую минуту. Маргелов не верил в искренность союзников. Знал, держат они камень за пазухой. Прекрасно он понимал, на что шел, зная, что немцы — наши «союзники», вести себя с ними нужно соответствующим образом.

И еще очень хотелось проверить себя в настоящем деле. Поскольку времени на подготовку к выполнению задания не было и, зная о том, что к немцам собираются выезжать начальник штаба и начальник особого отдела дивизии, отец, тщательно все продумав, доложил командиру дивизии свое решение.

— Задача деликатная, для ее выполнения требуется один человек, но с хорошим «прикрытием», — задумчиво сказал он. У меня, конечно же, есть дерзкие, хорошо подготовленные разведчики, но, тем не менее, прошу разрешить выполнение задания мне лично. Выезжаю вместе с начальником штаба и начальником особого отдела дивизии. А там в расположении немецких войск действую по обстановке. Одновременно в своем батальоне ставлю задачу подчиненным по отработке операции.

Командир дивизии задумался, глядя в глаза капитану: «Велика ответственность», — но, не заметив ни тени сомнения, пожал руку и сказал:

— Машина будет через полчаса. Там никто помочь вам не сможет. О вашем задании начальники будут знать. Вся ответственность — на вас. Удачи, капитан. Я буду ждать вашего возвращения, но, если попадетесь немцам, рассчитывайте только на себя.

Ровно через полчаса Маргелов и его спутники были в пути. По дороге разговор был общий — о предстоящих переговорах с «союзниками», но временами отец замечал короткие напряженные сочувственные взгляды собеседников. Командир известил из о боевой задаче. Наконец приехали на место. Переговоры продолжались не первый день, дело шло по намеченному плану. Появилась выпивка, закуска. Провозглашались тосты, о которых отец вспоминал потом, через пару лет, с горькой усмешкой. Пока «союзники» изощрялись в красноречии разведчик незаметно наблюдал за тем, что происходит вокруг.

Заметил как мимо открытой из-за жары во двор двери прошли два немецких солдата с нужными ему противогазами. Притворясь слегка пьяным и изобразив смущенную улыбку, отец попросил разрешения у начальника штаба выйти «до ветра». Присутствующие заулыбались, отпуская шутки в адрес «слабака», и позволили ему идти. Изображая нетвердую походку, капитан, зорко оглядываясь по сторонам, направился в сторону походного сортира, где заметил «своих» немцев. Один из них скрылся за дверьми, другой ожидал своей очереди. Отец, покачиваясь и улыбаясь, подошел к немцу и, как бы не удержав равновесия, упал в его сторону… ножом вперед. Срезав противогаз, он прикрываясь убитым, ввалился к его приятелю. Там быстро покончил и с ним… Трупы сбросил в отхожее место и, убедившись, что они затонули, вышел наружу.

Забрав оба противогаза, он незаметно добрался до своей машины и надежно спрятал их. Затем вернулся к «столу переговоров» и выпил свой стакан водки. Немцы одобрительно загудели и стали предлагать шнапс. Однако наши командиры, поняв, что разведчик свое дело выполнил, стали прощаться. Вскоре они уже катили обратно.

— Ну что, капитан, добыл?

— Целых два, — похвалился отец.

— Но ты ж не забудь, что мы тебе помогали…как могли, — сказал «особист». Начальник штаба промолчал. Нарушая воцарившееся внезапно молчание, отец, закурив папиросу, сказал, обращаясь к водителю:

— Гони, боец, быстрее.

За окнами машины быстро проносились деревья, впереди — речушка. Машина въезжает на мост и… вдруг взрыв.

Из оцепения вывел грохот выстрелов. Маргелов приподнялся.

— Ясно — подорвались на мине, — подумал отец. И тут увидел, как из леса по направлении к машине скачут всадники, стреляя на ходу в его сторону. Отец, превозмогая боль, пристыковал пистолет Маузер к деревянной кобуре и стал отстреливаться. Вот он сбил первого всадника, затем — следующего… Кровь заливала глаза, мешая вести прицельную стрельбу. И тут немцы, услышав стрельбу, пришли на помощь. Отбив атаку, они взяли русского капитана с собой, отвезли его в госпиталь, где немецкий хирург прооперировал ему переносицу. Шрам же на левой щеке остался памятью о тех днях на всю жизнь…

Когда немцы доставили его, окровавленного, в бинтах, в расположение нашей дивизии, он сразу попал в руки НКВД. Вопросы были в духе «особистов»:

— Почему один остался живой? Почему привезли немцы? Почему они оперировали тебя, капитан?

Он все рассказал подробно. Как водится, не поверили. Трое суток провел в подвале, пока сотрудники НКВД не съездили по приказу комдива на место и не извлекли из «сортира» трупы убитых разведчиком немецких солдат с обрезанным креплением противогазов и убедились, что пули в телах убитых нападавших всадников были выпущены из его Маузера.

Освобождая Маргелова, старший «опер» в звании старшего лейтенанта сказал: