Что может быть выше счастья заслужить высокую ленинскую оценку!
Мысль, которая уже давно зародилась у Валентина Петровича и теперь ждала своего воплощения, схематично можно изложить так.
Частота колебаний электрического тока способна достигать огромных величин: нескольких сот тысяч и даже десятков миллионов в секунду. Используя токи высокой частоты, Попов и осуществил впервые в мире беспроволочную связь. Он посылал радиосигналы на дистанцию в десятки и сотни километров. Позже появилась возможность передавать такие сигналы на значительно большие расстояния. Как известно, радиоволны достигают и Луны. Правда, энергия при этом доходит до места назначения лишь в какой-то стомиллионной доле, но этого достаточно, чтобы получился сигнал. И вот возникает заманчивая идея: нельзя ли токи высокой частоты применять — пусть на предельно коротких расстояниях, исчисляемых сантиметрами, но зато с наименьшими потерями, — например, в промышленности? Для чего? Для ускорения многих энергетических процессов.
Собственно, сама по себе эта мысль не была нова и уже высказывалась, хотя и несмело, в некоторых теоретических исследованиях. Однако осуществить ее в широких масштабах еще не удавалось.
Приближались тридцатые годы. В. П. Вологдин снова жил в Ленинграде. Он вел кафедру в Электротехническом институте имени B. И. Ульянова (Ленина). Кроме того, работал научным руководителем Радиотреста, был непосредственно связан с промышленностью, с заводами.
Однажды ему позвонил профессор C. В. Лебедев, впоследствии изобретатель синтетического каучука, академик. Тогда же он еще только экспериментировал. Лебедев пригласил Валентина Петровича к себе в лабораторию. И то, что Вологдин увидел там, захватило его. Он понял, что присутствует при рождении большого научного открытия. Но какое отношение к этим опытам может иметь его специальность? Ах, вот оно что! Химикам не удается опыт с натрием. Им нужно так быстро нагреть кусочек опущенного в дивинил натрия, чтобы он моментально испарился. Обычные способы нагрева непригодны. Вологдин обещает «что-нибудь придумать» и конструирует маленькую высокочастотную электропечку, в которой энергия передается с помощью магнитного поля. Натрий мгновенно превращается в пар.
Из этого Валентин Петрович делает важный вывод: если токами высокой частоты мгновенно плавится натрий, то почему же эти токи не могут плавить любой другой металл? Могут, конечно. Должны! И не десятками граммов, а десятками тонн! Вологдин создает индукционные печи разных форм и размеров, но одинаковые по замыслу, по основной идее.
Это был первый шаг. Последовал и второй.
Вологдин часто бывал в Москве. На некоторых московских предприятиях стояли его печи, и он следил за ними. Останавливался всякий раз на квартире Аносова, своего старого товарища. В один из таких приездов Валентин Петрович застал у Аносова трех его друзей инженеров, связанных с автозаводом. Имя Вологдина было известно в инженерных кругах, и эти люди пришли посоветоваться с ним.
Проблема, которую они поставили перед ученым, была сложна и увлекательна. Речь шла об автомобильном коленчатом вале. Точнее — о его закалке. Еще точнее — о закалке шейки вала. Подшипники ставятся очень твердые, и вращающаяся в них шейка быстро изнашивается, стирается. Попробовали ее делать из более твердого металла — ломается. Как добиться, чтобы поверхность детали была жесткой, не поддающейся износу, а сердцевина — вязкой и, следовательно, не ломалась? Словом, чтобы получилось нечто похожее на зубы любого позвоночного животного, мудро сконструированные природой: внутри эластичный дентин, снаружи твердейшая эмаль... Цементировать? Есть такой испытанный способ: деталь обсыпается мелким углем и кладется на несколько часов в печь. Но это долго и в конечном счете ненадежно. Греть автогенным пламенем? Грели. Это еще ненадежней. Что же все-таки делать?
Снова, как в свое время профессору Лебедеву, Вологдин обещал «что-нибудь придумать». И чуточку схитрил. Еще до встречи с автозаводцами он решил употребить в дело одно чудесное свойство токов высокой частоты, называемое поверхностным или кожным эффектом. Свойство это заключается в следующем: токи высокой частоты проходят в металл только на определенную глубину, которая зависит от числа колебаний тока. Это можно проследить и, значит, использовать. Использовать именно в таких обстоятельствах, какие сложились на автозаводе. Совместно с инженером Романовым Валентин Петрович создает метод, с помощью которого токи накаляют поверхность шейки, но на большую глубину проникнуть не успевают. Такой метод был применен в одном из автозаводских цехов. Там закаливали не только коленчатые валы, но и прочие изделия.
Об этом новшестве узнал Серго Орджоникидзе и пригласил к себе Вологдина. Валентин Петрович приехал к наркому тяжелой промышленности с главным инженером завода, захватив с собой закаленные детали. Вологдин выложил их из старенького, видавшего виды портфельчика на стол и приступил к объяснению.
— Прекрасная идея, — сказал Орджоникидзе, — чудесные вещи делаете!.. — Улыбнулся и добавил: — Вещи, достойные, чтобы их носили в лучшем портфеле.
Смущенный Вологдин и слова не успел вымолвить, как нарком раскрыл свой новый большой портфель, вынул из него бумаги, вложил детали и протянул портфель Валентину Петровичу:
— Поменялись. Ваш остается у меня.
Он тут же написал приказ о самом широком внедрении в промышленность высокочастотной закалки металлов по методу профессора Вологдина.
Копию этого приказа ученый бережно хранил.
Вскоре вышла из печати книга В. П. Вологдина «Поверхностная индукционная закалка», ставшая настольным пособием инженеров, техников, рабочих, студентов. Не только книгой пропагандировал он свой метод — прочитал сто популярных лекций в наркоматах, на заводах, в домах техники; выступил со многими статьями в печати; редактировал сценарий специального кинофильма.
Война...
Вологдин и его помощники — на Урале. Позже он так напишет о той поре своей жизни: «...я с глубоким удовлетворением и гордостью следил за тем, как наш метод постепенно завоевывал прочное место в нашей промышленности вопреки высказываниям маловеров, видевших здесь ряд почти непреодолимых затруднений...»
Есть в этой цитате слово, явно подсказанное чувством скромности: «следил». Нет уж, этого человека трудно представить в роли постороннего наблюдателя. Больше всего отличают его инициатива и настойчивость. Об этом, например, было сказано в Указе о награждении ученого орденом Ленина: «За выдающиеся заслуги в области создания, развития и внедрения в промышленность высокочастотной электротехники и термической обработки металлов токами высокой частоты и проявленные при этом инициативу и настойчивость наградить...»
...Едем в один из живописных ленинградских пригородов к Вологдину. Он встречает нас в парке. С трудом поспеваем за ним. Удивительно все-таки молод этот семидесятилетний человек. Походка стремительная. Жесты энергичные. Голос громкий.
— Неумная эта поговорка: «Поспешишь — людей насмешишь». Всю жизнь тороплюсь, а никого еще пока не насмешил. Какой же это ученый, который не торопится! Не хочу уподобляться пушкинскому финну из «Руслана и Людмилы», который не заметил, как ушло время и красавица Наина превратилась в безобразную старуху. Нечто похожее бывает и с иными учеными мужами, которые живут и работают не поторапливаясь и чьи порой прекрасные идеи стареют и становятся никому не нужными.
В газетах частенько пишут: «Ученый такой-то бывает на предприятиях». Валентин Петрович удивляется: а как же иначе? Он начинал на заводе, в науку пришел с завода и не мыслит себя вне завода.
Чудесные токи, которым он посвятил жизнь, оказались неиссякаемыми по своим возможностям. Мало того, что они могут с небывалой скоростью плавить, закаливать, паять, штамповать, ковать металлы. Выяснилось, что эти токи пригодны в таких областях, о которых раньше нельзя было и предполагать. Они сушат литейные формы, скручивают стекло. И даже шьют. Да, шьют плащи из пластмассы. Зачем портить плащи, прошивая иголкой, которая оставляет дырки? Стоит только приложить один кусок к другому, пройти роликом, к которому подключен ток высокой частоты — и куски соединяются самым прочным образом.
К ученому приходят кожевники, хлебопеки, археологи, строители... Сколько дел не терпит отлагательства!
— Вот задумали штуку, которая должна здорово понравиться людям. Сейчас, понимаете, каждую высокочастотную установку питает током отдельный генератор. Десять установок — десять генераторов. Весьма неэкономично. Хорошо бы поставить одну машину, но мощную, такую, чтобы питала все установки.
...Мы сидим в рабочем кабинете Вологдина.
На его столе, рядом с чернильным прибором, сафьяновый футляр. Он раскрыт. Поблескивает массивная золотая медаль. На ней вычеканено изображение человека, учеником которого мечтал стать юный Валя Вологдин. Человека, лекции которого он слушал в молодости, чье дело продолжил... Медаль A. С. Попова. Она учреждена Советским правительством и присуждается за выдающиеся заслуги в развитии радиотехники. Первым ее получил член-корреспондент Академии наук СССР Валентин Петрович Вологдин.
1950