В спальне Ливи стоял тяжёлый запах розового масла. Массивные пурпурные шторы, напоминавшие занавес в Оперном зале, даже сейчас, в полдень, почти полностью скрывали окно.
Широкая кровать с витыми ножками из чёрного дерева и изголовьем, украшенным серебром, стояла в самом центре, будто гигантский алтарь, на котором хозяину комнаты приносили жертвы – или в жертву приносили его.
Энзо не нравилось здесь всё. Дурманящий аромат вчерашнего секса, смешанный с запахом цветов, бархатные драпировки и гобелены, изображавшие купающихся античных богов. В этой комнате обитало тление, и он сторонился его, опасаясь, что однажды оно перекинется и на него.
- Видел, тебе тоже подарили раба, - произнёс Ливи. Он лежал на постели, закинув руку за голову – то ли ещё не вставал, то ли уже снова лёг. – Поздравляю. Выходишь на новый виток.
Энзо поморщился.
- Не подарили, я сам его купил.
- Сам… Или купил Рой?
- Тебе не всё равно?
- Всё равно, - Ливи поднялся с кровати и, придерживая у бёдер шёлковое покрывало, шлейфом тянущееся за ним по полу, побрёл к окну.
Энзо какое-то время молча смотрел на него, прежде чем задать вопрос:
- Ты хотел со мной поговорить?
Ливи кивнул и, привалившись виском к стене, посмотрел на него. Энзо показалось, что тот принял что-то – то ли гашиш, то ли алкоголь, слишком нетвёрдо Ливи держался на ногах.
- Рафаэль, о чём вчера с тобой говорил господин Аргайл?
Энзо пожал плечами.
- Тебе-то что?
Ливи облизнул губы.
- Скажи, что ты будешь делать, когда тебе здесь… надоест?
Энзо пожал плечами.
- То же, что и отец.
Ливи хрипло рассмеялся.
- Ты не сможешь… Ты никогда не сможешь вернуться в Лонг Айленд, - он замолк, а затем продолжил уже совсем другим голосом: - А впрочем, продолжай верить в это. И оставь Аргайла мне, Рафаэль.
Энзо поднял бровь. Он спрятал руки в карманы и, чуть расставив ноги, опустил голову, так что теперь смотрел на Ливи из-под бровей.
- Странный каприз, - сказал он.
- Энзо… Я здесь последний год.
- Меня зовут… - Энзо запнулся и, помешкав, спросил: - что значит – последний год?
Ливи кивнул непонятно чему.
- Так сказал Рой.
Энзо молча смотрел на него.
- Всё! – повторил Ливи громче, и в глазах его блеснула злость, - мне двадцать пять лет. Оказывается, это слишком много, чтобы соблазнять мужиков!
- Ливи…