Поспешно поднимаясь по лестнице, я думала, что не так давно представить страстно
обнимающихся Стивена и Софии было из области фантастики.
Однако все менялось очень быстро. Долгая надежная дорога, которую я запланировала для
себя с Софией, оказалась богата на неожиданные повороты и объезды. Невольно
задумаешься, а не забросит ли нас в совсем другие точки вместо изначально
запланированных?
Новости о состоянии Хейвен я периодически получала от Эллы, Либерти и, разумеется,
Джо. Хотя Хейвен быстро идет на поправку, пока к ней пускают только близких
родственников – до возвращения домой. Малышку назвали Розали, она набирает вес и
отлично себя чувствует. Ее часто приносят к маме и укладывают на грудь для контакта
кожа к коже. Так называемый «метод кенгуру».
Я просматривала фотографии, которые Джо снял и сбросил на планшет. Увидев
потрясающий снимок Харди, нежно держащего Розали на руках и с улыбкой склонившего
голову так, что дочка касалась его носа миниатюрной ладошкой, я остановилась.
– Кажется, у нее голубые глаза, – заметила я, увеличивая размер картинки.
– Вчера заходила мать Харди и заявила, что глаза у него при рождении были точь-в-точь
такие же.
– Когда Хейвен и Розали выпишут из больницы?
– Вероятно, через неделю. Харди будет на седьмом небе, когда наконец сможет забрать
своих девочек домой. – Джо помолчал.
– Надеюсь, сестра не захочет еще детей. Харди уверяет, что больше такого не выдержит, даже если Хейвен и готова будет рискнуть.
– А при новой беременности есть риск преэклампсии?
Джо кивнул.
– Может, Хейвен хватит одного ребенка, или Харди передумает. Никогда не предугадаешь
поступки людей. – Дойдя до последней фотографии, я вернула Джо планшет.
Мы были в его доме в Олд-сикс-уорд, в очаровательном бунгало. Рядом с основным
домом, на заднем дворе, стоял домик поменьше. Стены внутри обоих зданий Джо
выкрасил в нежный сливочно-белый цвет, а отделку – в насыщенный ореховый. Прекрасно
отреставрированная мебель дополняла скромное, очень мужское убранство. Однако
больше времени Джо показывал мне второе строение, где он работал и хранил