Свет неожиданно погас, мужчина приблизился и ударил ее коленом в живот. Девушка согнулась пополам, боль обожгла до слез.
– Говори! Или пожалеешь, что вообще родилась!
Мужчина снова ударил, на этот раз кулаком по лицу. Марина закричала. Перед глазами расцвела алая вспышка, во рту собралась соленая слюна. Он схватил ее за волосы – отбивающуюся, скулящую, – и потащил во мрак. Запихнул в узкую шахту, где гудел какой-то механизм, и прорычал над ухом:
– Смотри вниз, яйцеголовая сука. Выбирай: или говоришь все как есть, или превращаешься в фарш. Врубилась?
Марина всхлипнула. Сглотнула вязкую кровавую слюну и с содроганием глянула вниз, куда светил теперь луч фонарика. Там крутились лопасти гигантского вентилятора. Мясорубка, не иначе.
Она с силой вцепилась в руку своего мучителя.
– Не надо! Я скажу! Все скажу!
Слово он сдержал: оттащил ее от шахты и швырнул на пол как тряпку.
– Слушаю.
– Он… – голос предательски дрожал, язык заплетался. – Забрал пробирку… Там марсианин… Осколок позвонка с остатками ДНК. Они… Они… «Анти-ген» забрал его на Землю… Они…
– Спасибо.
Холодная усмешка. Пистолет в твердой руке.
Марина хотела закричать, но звуки утонули в раскате выстрела. Они метались по тоннелю и давили, давили, давили… Как же больно.
Как холодно…
Темно.
Глава 14. Татья
Вода была ледяной, обжигала. Сильнее всего Татья боялась, что сведет судорогой руки или ноги, и старалась грести быстро, как могла. В горле застряла вода, в носу и ушах — вода, даже глаза, казалось, слезились Невой. Дыхания не хватало, тело налилось свинцом. Сумка тоже наполнилась водой и тянула вниз, словно булыжник на шее. Татья ругала себя последними словами, что не достала табличку, а сумку не выбросила, как советовал Егор. Но тогда ей казалось, что в сумке надежнее, а из руки можно выпустить.
Подплыв к опорной балке моста, девушка едва не налетела в темноте на что-то большое, торчащее из воды. Увидела в последний момент и тут же попыталась обхватить нечто замерзшими руками. Пальцы скользнули по гладкому, нащупали выемку, вцепились в нее. Татья подтянулась на руках, заползла животом на холодное и плоское, перевела дух. Над головой на мосту стрекотали выстрелы. К счастью, по воде не стреляли, похоже не заметили, как она прыгнула. Что это за люди и что им нужно? От тяжелых мыслей заболела голова.
Внезапно с моста что-то бухнулось с громким плеском. Человек? Татья распласталась на своем «островке», надеясь стать невидимой. В тот же миг ночь захлебнулась выстрелами, реку осветили фонари на стволах. Татья увидела, что лежит на крыше кабины затонувшего самосвала. Рядом с правой ногой что-то громко стукнуло по железу. Пуля! Следующая прошила насквозь сумку. Взвизгнув, девушка перекатилась в воду, схватилась за края кабины и пролезла внутрь. Кабина оказалась почти полностью заполнена. Татья залезла на спинку сиденья, жадно хватая воздух ртом. Ноги скользили по покрытой тиной обивке, зубы выбивали дробь, болела ободранная спина, по крыше стучал металлический дождь из пуль.
Где же Егор? Судя по тому, как щедро бандиты нашпиговывали реку свинцом, в воду прыгнул именно он. Удалось ли ему выжить?
Неожиданно выстрелы смолкли.
– Освети получше реку! Он где-то там! – прорычал наверху мужской голос.
Сверху ударил столп света. Татья зажмурилась, набрала побольше воздуха и с головой погрузилась в воду. Время остановилось. Исчезли все звуки, виски словно сдавили тисками. Когда легкие начали гореть от нехватки кислорода, Татья вынырнула. Судорожно вдохнула, прислушалась. Рев отъезжающих машин... Тишина. Она выбралась из кабины. Теперь единственными источниками света оставались рекламные щиты. Еще ни разу в жизни Татья не была так рада рекламе фастфуда, как в эти минуты! Под аккомпанемент голосов, воспевающих гамбургеры, она огляделась по сторонам. Показалось, что слева метрах в пятидесяти появилось и вновь скрылось под черной водой нечто крупное. Разошлись круги. У девушки перехватило дыхание: Егор?!
Секунда, вторая. Никого.
И вдруг из воды показались голова и плечи. В темноте лица не различишь, но Татья была уверена, что это Егор. Мгновение, и человек вновь исчез под водой.
Оставив сумку на крыше, Татья бросилась ему на помощь. Быстро подлыла и нырнула. Позволила течению захватить себя и протянуть вниз и вправо, а сама водила руками, в надежде нащупать утопающего. Ну же, где ты?! Легкие вновь жгло без воздуха. Пора подниматься...
Неожиданно кто-то схватил ее за ногу. Теперь точно можно наверх. Выплыть самой. Вытащить его.
До заветного глотка воздуха оставалось совсем немного, как Татья почувствовала, что Бестужев разжал руку. Вот черт! Опустив голову, она увидела погружающийся на дно темный силуэт. Рванула следом, схватила подмышки и поплыла на поверхность. Задыхаясь, она выволокла Егора на кабину самосвала и без сил упала рядом. Сердце билось, словно бешеное, руки и ноги дрожали от напряжения.
Полицейский не шевелился. Неужели захлебнулся?! Она с ужасом подумала, что не умеет делать искусственное дыхание и вообще оказывать первую помощь. Как и последнюю.
Внезапно Бестужев закашлялся. Слава богу – живой! Кашель перешел в долгий стон. Ранен выстрелами или ударился при падении? В темноте ничего не понять. Нужно вызвать врачей.