— Огромная окружность в центре комнаты, прям надо мной, — прокрехтел Соул, — в ней ещё куча таких же, но поменьше. От неё идёт куча больших и толстых проводов, — он выдержал паузу, — соединяющихся, судя по всему, с этими самыми зубьями.
— Это и есть генератор плазмы, — похвально сказал я, — теперь тебе его нужно разогреть. Дальше дело за мной.
— Тогда управляй мной, босс, — просмеялся Соул, — меня ведь не расплавит?
— Только твои имплантаты, всё что органическое — сгорит, — усмехнулся я.
— Пошёл ты нахрен, Мартин.
— Ладно. Перед тобой есть три панели команд — каждая из них соединена с зубьями и позади, около большого контейнера с пометкой «радиоактивно» есть ещё одна.
— Всё вижу, — явно не понимая принадлежности всех этих панелей, проговорил Соул, — приступаем к делу?
— Для начала тебе нужно наклонить зубья немного вниз.
— Мы же и так почти носом уткнулись в пол.
— Соул, без вопросов, — строго проговорил я, — подойди к каждой из панели и аккуратно направь каждый из боковых зубьев чуть книзу, но верхний не трогай.
— Если что — ты во всём виноват.
Послышался звонкий грохот и скрежет, я взглянул на голографичекий экран — два огромных зубца, напоминающие скорее жвалы, плавно опустились вниз, поцарапав торианитовую стену перед нами.
— Да я ж просто рождён для этого, твою мать, — послышался вновь довольный голос Соула, — теперь что?
— Подходи к панели рядом с большим контейнером.
— А можно узнать, что в нём?
— Контролируемый термоядерный процесс, — усмехнулся я, — там синтезируется радиоактивная плазма из газообразного изотопа радона, которой мы непосредственно и работаем.
— Твою мать, мог бы и не говорить этого, — пробубнил Алекс, — мне запускать его?
— Не его, — прошипев сказал я, — процесс постоянно происходит там, всего лишь нужно подать плазму в ту самую огромную окружность, которая находится над тобой.
— Твою мать, — испуганно сказал Соул, — я ж и правда сгорю тут нахрен.
— Наши скафандры на это и рассчитаны, — тихо сказал я, — ты как ребёнок, твою мать. Глупеешь на ходу.
— Замолчи ты, — Соул замялся, — всё, делаю что нужно и сваливаю отсюда.
Послышалось нарастающее гудение. Взлед за этим раздался гулкий вой и дребезжание — поток плазмы вырвался из-под зубьев скорпиона и начал прожигать азеритовую породу. Бур слегка двинулся с места, наклонившись вниз. Я потянул на себя рычаги — механические конечности выпрямились, направляя носовую часть вниз.
Мы наконец сдвинулись с места. Шум и тряска заглушали всё вокруг. Юпитер залетел в кабину на полной скорости, что-то пиликая и жужжа в передатчик. Но я ничего не мог разобрать, не только от стоявшего кругом шума, но и от собственных мыслей.
Огромный механический скорпион отправился навстречу неизвестному существу, контролирующего толпы бездумных покрытых корой тварей. За всё это время никто и ни разу не назвал их людьми. То, что оно сделало с ними, исказило их до неузнаваемости. Такое не должно попасть в руки тем, кто запер нас в этой азуритовой тюрьме и знал всё заранее. Все мои видения и сны больше не казались бредом — лишь предупреждением, приманкой или наоборот, способом отпугнуть.
В голове вспылил слова Совета Директоров про бессмертие. Неужели они и правда посмеют использовать такой ужасающий метод на простых людях. В голове не укладывались мысли, царил полнейший хаос. Но он доставлял мне удовольствие и предвкушение встречи.
Нас резко подбросило вверх. Вся конструкция полетела куда-то вниз, провалившись на месте бурения. Я схватился за рычаги, потянув их на себя и быстро опустив вниз. Огромный металлический скорпион, в котором мы находились, неуклюже, с треском и грохотом, рухнул на поверхность, устояв на механических конечностях. Нас сильно тряхнуло, чуть не разбросав по всей кабине.
— Приехали, твою мать, — раздался голос в передатчике, — ребята, вы там в порядке?
— Да, все целы, — кашляя и переводя дыхание, сказал я, — ты там как?
— Из тебя не такой уж и плохой пилот, — усмехнулся Соул, — если управление этой машиной можно так назвать.
Я вспомнил, что пока мы спускались, Юпитер пытался мне что-то сказать. Повернувшись к нему, я спросил: